Темный цветок - Джон Голсуорси

Не его дело! Значит, лишь простое чувство товарищества снова привело его к Дромору после этого признания - надо было показать, что слово "внебрачная" имеет силу лишь в воображении его друга, и еще раз заверить его, что Сильвия рада будет принять девушку, если ей захочется побывать у них.

Когда он упомянул об этом в разговоре с женой, она молчала долгую минуту, задумчиво глядя на него, а потом оказала: "Бедное дитя! Знает ля она сама об этом? Люди ведь такие недобрые, даже в наши дни!" Он был не в силах представить себе, что кто-то способен придавать этому значение, - разве только добрее бы стал к девушке; но в таких вопросах Сильвия разбиралась лучше, она стояла ближе к общим" взглядам - встречалась с людьми, с которыми он не знался, людьми более обычного и распространенного типа.

Было довольно поздно, когда он в третий раз добрался до дроморовской "берлоги".

- Мистера Дромора, сэр, - сказал лакей (у него было то всезнающее выражение лица, каким мудрое Провидение награждает слуг в окрестностях Пикадилли), - мистера Дромара сейчас нет. Но он непременно будет перед обедом - заедет переодеться. Мисс Нелл дома, сэр.

И он увидел ее, сидящую за столом, занятую наклеиванием каких-то фотографий в альбом, - одинокое юное существо в жилище пожилого холостяка! Ленная стоял незамеченный и глядел на ее затылок, на густые вьющиеся русые волосы, перехваченные лентой и ниспадающие по темно-красному платью. И к доверительному шепоту лакея: "Мистер Леннан, мисс!" - добавил от себя еще тише: "Можно мне войти?"

Она с великой непринужденностью вложила ладонь ему в руку,

- О, да, пожалуйста, если только вас не пугает весь этот беспорядок. И прибавила, слегка сжав ему пальцы: - Вам очень скучно было бы посмотреть мои фотографии?

И они уселись вдвоем над альбомом - там были мужчины с ружьями и удочками, группы школьниц, котята, Дромор и она сама на лошади, и на нескольких карточках - какой-то молодой человек с широким, смелым и довольно красивым лицом.

- Это Оливер, Оливер Дромор, папин двоюродный племянник. Он очень мил, правда? Вам нравится его лицо?

Леннан сам не знал. Не ее троюродный брат, а двоюродный племянник ее отца! И в душе его снова вспыхнуло слепое пламя негодования и жалости.

- А как же насчет уроков рисования? Вы до сих пор не пришли учиться.

Она стала краснее своего платья.

- Я думала, что вы просто из вежливости. Я не должна была вас просить. Конечно, мне ужасно хотелось бы, только я знаю, вам будет очень скучно...

- Вовсе нет.

Она подняла глаза. Какие они у нее томные, необыкновенные!

- Тогда можно, я приду завтра?

- В любой день между половиной первого и часом.

- А куда?

Он дал ей свою карточку.

- Марк Леннан... Да... мне нравится ваше имя. Еще в прошлый раз понравилось. Очень красиво!

Что она могла найти в имени, чтобы из-за него ей понравился человек? Что он скульптор, для нее значения иметь не могло, ибо, какова бы ни была его известность, ей его ими известно быть не могло. Ах, но ведь в имени может быть заключено так много для детского слуха! Когда он сам был ребенком, какое очарование содержалось для него в словах: "макароны", "Брабант", "Карниола", "Альдебаран" и "мистер Мак-Крей"! На протяжении недели весь мир был "мистер Мак-Крей", а это всего лишь имя вполне заурядного приятеля Горди.

Как бы то "и было, но под воздействием каких-то чар она разговорилась о школе, о лошадях и автомобилях (ей нравилась быстрая езда), о Ньюмаркетских скачках, которые она находила изумительными, и о театре - о пьесах того толка, какой должен был внушать доверие Джонни Дромору; кроме них, "Гамлета" и "Короля Лира", она ничего не видела. Никогда еще не встречал он девушки, столь не затронутой мыслью, искусством и в то же время неглупой, обладающей каким-то природным вкусом; просто ей не было случая его применить и развить. Да и откуда бы у Джонни Дромора, duce et auspice {Под руководством и покровительством (лат.).} Джонни Дромора! Правда, в школе ее возили в Национальную галерею. И Леннан представил себе десяток юных девиц, шествующих под эгидой одной старой девицы, - как они восторгаются собаками Лэндсира, сдавленно хихикают перед Ботичеллиевыми ангелами, глазеют по сторонам, шаркают ногами и щебечут, словно стайка птичек в кусте.

И все же это дитя "драморизма" оказалось наивнее большинства своих сверстниц. Если ее серые колдовские глаза и следовали за ним, не отрываясь, то открыто, без задней мысли. В ней еще не проснулась покорительница сердец - пока.

Прошел час, а Дромор все не появлялся. Одиночество этого юного существа в столь неподобающем ей жилище начало угнетать Леннана.

Что она делает по вечерам?

- Иногда хожу с папой в театр, а больше сижу дома.

- Ну, а дома что?

- Да так, читаю или разговариваю по-французски.

- Что? Сама с собой?

- Ну да. И еще иногда с Оливером, когда он приходит.

Значит, этот Оливер приходит!

- А давно вы знакомы с Оливером?

- О да! С самого детства!