Ремесло - Сергей Довлатов

Ответственный секретарь редакции И. Популовский:

– Довлатов опередил… У Солженицына не так мрачно… Я читал «Ивана Денисовича», там есть положительные эмоции… А Довлатов все перечеркнул…

Заведующий военно-патриотическимотделом И. Гаспль:

– Один вопрос – ты любишь свою родину?

– Как всякий нормальный человек.

Гаспль перебивает:

– Тогда объясни, что произошло? Ведь это же политическая диверсия!..

Я начал говорить. До сих пор мучаюсь. Как я унизился до проповеди в этом зверинце?! Боже мой, что я пытался объяснить! А главное – кому?!

– Трагические основы красоты… «Остров Сахалин» Чехова… «Записки из мертвого дома»… Босяки… Максим Горький… «Кто живет без печали и гнева, тот не любит отчизны своей…»

Нейфах (перебивает):

– Кто это написал? Какой-нибудь московский диссидент?

– Это стихи Некрасова!

Нейфах:

– Не думаю…

Секретарь партийной организации Л. Кокк. Встает, дожидается полной тишины:

– Товарищи! Свойственно ли человеку испражняться? Да, свойственно. Но разве только из этого состоит наша жизнь?.. Существует ли у нас гомосексуализм? Да, в какой-то мере пока существует. Значит ли это, что гомосексуализм – единственный путь?.. Довлатов изображает самое гнусное, самое отталкивающее… Все его герои – уголовники, наркоманы, антисемиты…

Б. Нейфах:

– Антисемитизма мы ему не простим!

И. Гаспль:

– Но есть и проявления сионизма.

К. Малышев:

– В принципе, это одно и то же…

Л. Кокк:

– Я много бывал за границей. Честно скажу, живут неплохо… Был я у одного миллионера. Хорошая квартира, дача… Но все это куплено ценой моральной деградации… Вот говорят – свобода! Свобода на Западе есть. Для тех, кто прославляет империализм… Теперь возьмем одежду. Конечно, синтетика дешевая… Помню, брал я мантель в Стокгольме…

Редактор Г. Туронок:

– Вы несколько отвлеклись.

Л. Кокк:

– Я заканчиваю. Возьмем наркотики. Они, конечно, дают забвение, но временное… А про сексуальную революцию я и говорить не хочу…

Г. Туронок:

– Мне кажется, Довлатов ненавидит простых людей!..

И это он – мне! Тысячу раз отмечалось, что я единственный говорю «спасибо» машинисткам. Единственный убираю за собой…

И. Популовский:

– А ведь язык у него хороший, образный. Мог бы создать художественные произведения…

Г. Туронок:

– Пусть Довлатов выскажется.

Тут я слегка мобилизовался:

– То, что здесь происходит, отвратительно. Вы обсуждаете неопубликованную рукопись. Это грубое нарушение авторских прав. Прошу не задавать вопросов. Отвечать не считаю целесообразным.

Заведующий сельхозотделом протягивает мне валидол. Век ему этого не забуду.

Г. Туронок, смягчаясь:

– Довлатову надо подумать. У него будет время. Мне известно, что он написал заявление… (Значит, моего дружка – подослали.) Мы не будем возражать.

Можно было, конечно, порвать заявление об уходе. Только зачем все это?! Победить в такой ситуации невозможно… И я сказал:

– Увольняясь, я делаю себе маленький подарок. Это – легкая компенсация за то, что я пережил в издательстве… Здесь нечем дышать!.. Вы будете стыдиться этого беззакония…