Мозг отправьте по адресу... - Моника Спивак

До поступления в школу занимался дома, с учителем. Занимался старательно и прилежно, в этом отношении было наблюдение со стороны родных. Занимался также и древнееврейским, но плохо – по-видимому, это его совершенно не интересовало. Первое время по поступлении в частное реальное училище (ему было тогда 10 лет) учился очень хорошо, аккуратно и прилежно, имел все «пятерки». Так было примерно первые два-три года. Приблизительно с третьего класса поведение резко изменилось, начал относиться к учению небрежно, пропускать уроки («править казну»),^[515] получал переэкзаменовки, учился на одни двойки. Как передает В., «уроков обычно не готовил. Получалось так, что, как и у всех остальных товарищей из этой компании, к концу года распродавал все учебники». Единственным исключением являлись словесность и история, по которым имел «пятерки». По этим двум предметам был лучший ученик, резко выделялся среди всех остальных школьников, знал значительно больше, чем полагалось не только по программе, но и чем знал сам преподаватель. В летнее время часто пропадал из дому на несколько дней, «отбился от рук» совершенно, стал «вконец испорченным мальчиком». Это сопровождалось крупными семейными сценами, отец кричал на него, сын отвечал ему тем же, мать была в отчаянии. Справиться с Эдуардом, несмотря на все усилия, не удавалось. Совершенно очевидно, что в этой борьбе уже тогда проявил большую самостоятельность и выдержку: «ставил на своем».

Компания, с которой водился, была небольшая, около пяти человек, состояла почти исключительно из еврейских мальчиков, но не той школы, в которой учился Багрицкий. Эта компания все свое время проводила вне дома, на море или пляже. Сильно хулиганили. Например, в парке любили смущать парочки тем, что громко нецензурно ругались или садились на шляпы, лежавшие подле на скамейке. Элемент ухаживания за девушками, флирта для Багрицкого не имел значения, но «хулиганил» очень активно, был одним из инициаторов. Большое значение имел, несомненно, интерес Багрицкого к природе. Весной, вместо того чтобы идти в школу, шел в парк и там ловил птичек, раскидывая сети и приманивая птиц подражательными звуками. На это занятие часто ходил один. Одним из излюбленных дел было: вместе с рыбаками ловить рыбу и продавать ее на базаре.

Указаний на то, что были друзья, с которыми был бы откровенен, – нет. По-видимому, эта способность не была ему свойственна и в детские годы, и позже. Никакого интереса к занятиям научными, политическими вопросами не было. Но в спокойные промежутки между похождениями много читал: фантастическую, приключенческую, историческую литературу. Очень интересовался уже и тогда поэзией, очень хорошо знал былины, интересовался славянским языком, знал очень много стихов. Не представлял себе, кем он будет, но зато хорошо знал, кем не хотел быть и к чему его хотели готовить родители – на врача, адвоката. Надежды сделаться инженером не было, так как математика и технические науки совершенно его не интересовали и, по-видимому, не давались.

В школьные годы учили играть на скрипке, но ничего из этого не вышло: не было ни музыкальных способностей, ни желания.

Заболел в возрасте около 12 лет бронхитом с осложнением в виде бронхиальной астмы, был припадок около двух недель (в этом отношении имеются расхождения).

Начал делать первые попытки писать стихи, по сведениям, полученным от матери,^[516] с 15–16 лет. Также и один товарищ по школьным годам передает, что стихи начал писать с 1912 г. Так, однажды в 1912 г. правил стихи своего товарища, причем фактически почти переписал их заново. Но уже до того проявлял повышенный интерес к поэзии.

Вот как описывает его в этот период времени Б.:

Худой, высокий мальчик, со своеобразным лицом, как будто птичьим, сам весь похож был на какую-то птицу (хищную). Уже в то время знал наизусть очень много стихов, читал стихи Бальмонта. Очень сильное впечатление произвели на него «Жемчуга» и «Капитаны» Гумилева и «Кипарисовый ларец» Иннокентия Анненского. Читал эти стихотворения и другим товарищам.

В это время начинает меняться и круг товарищей. Он все более уходит от своих прежних товарищей по школьным проказам и начинает сходиться с интересующимися литературой и молодыми поэтами. Из них особенно большое влияние на первоначальное развитие поэтического творчества Э.Г. оказал талантливый, безвременно погибший поэт Анатолий Фиолетов,^[517] с которым Э.Г. познакомился незадолго (года за два) до войны и сошелся очень близко. Э.Г. в это время настолько забросил свои школьные дела, что выбыл из реального училища, в котором проучился лишь до 6-го класса, причем до того дважды оставался на второй год.^[518] В период знакомства с Фиолетовым он, по-видимому, вплотную начал писать стихи. Однако более определенных сведений мы по этому поводу не имеем. Таким образом, этот очень важный для истории одаренности Багрицкого отрезок его жизни остается для нас темным пятном.