MOBY. Саундтрек моей жизни - Моби

Он подошел к ней, и она хлестнула его плеткой по руке. – Нагнись над этим креслом, – тихо сказала она, показав на офисное кресло из «Икеа». Он нагнулся, и она начала стегать его плеткой по необъятной заднице.

Джиллиан превратилась в госпожу Доминику. Она стояла у своего кофейного столика из Pottery Barn, одетая в комбинезон из ПВХ. В руках у нее была плетка, и она казалась какой-то маленькой. Рядом с ней был страдавший морбидным ожирением бизнесмен в фиолетовой кружевной комбинации и пурпурном парике. Играла кассета сестер Эндрюс, и он танцевал кругами на ее сизалевом ковре. Госпожа Доминика посмотрела на меня. И жирный бизнесмен в пурпурном парике – тоже.

– Что за х*йня? – угрожающе, вполне в характере, заорал я. – Какого х*я этот тип делает у меня дома?

– Он пришел сюда, чтобы продать мне парик, а теперь не хочет уходить! – закричала в ответ Доминика.

– Он ох*ел, что ли? – крикнул я, со все большим удовольствием входя в роль. – А ну надери его сраную жопу!

– Думаешь? – спросила она; бизнесмен в пурпурном парике по-прежнему танцевал под сестер Эндрюс.

– Да, бл*! Надери его сраную жопу!

– Иди сюда! – крикнула ему Доминика. Он перестал танцевать и съежился возле дивана, словно пантомимная актриса девятнадцатого века. – Быстро иди сюда!

Он подошел к ней, и она хлестнула его плеткой по руке.

– Нагнись над этим креслом, – тихо сказала она, показав на офисное кресло из «Икеа». Он нагнулся, и она начала стегать его плеткой по необъятной заднице.

– Нравится? – крикнула она. Он лишь кивнул.

– Как думаешь, надо еще? – спросила она у меня.

– Да, надери ему жопу! – ответил я. Фразы у меня как-то быстро закончились.

Она сняла длинный каблук со своей черной туфли и стала тыкать его в огромную, бледную, едва прикрытую комбинацией задницу.

– Да, он все это заслужил! – сказал я, изо всех сил сдерживая смех – я на самом деле очень хотел с уважением отнестись к желаниям жирного бизнесмена.

После примерно минуты беспощадного ввинчивания каблука в гигантскую задницу она сказала ему:

– А теперь проваливай с глаз моих! Иди в ванную!

– Да, госпожа Доминика, – застенчиво сказал он и ушел в маленькую ванную, типичную для ист-виллиджских съемных квартир.

– Я нормально справился? – спросил я, когда он закрыл за собой дверь.

– Отлично, господин Бобби, – с улыбкой сказала она.

– Когда ты дашь мне мой доллар?

– Тс-с-с, после того как он уйдет.

Дверь открылась, и оттуда вышел бизнесмен в сером полосатом костюме и черных туфлях, с портфелем в руке и «Ролексом» на запястье.

– Спасибо, госпожа Доминика, – сказал он, потом повернулся ко мне и пожал мне руку. – И вам спасибо, сэр.

– Рад помочь, – ответил я.

– Удачно доехать до Джерси, – сказала Доминика. – Увидимся на следующей неделе.

Он удалился, закрыв за собой дверь. Она подошла к магнитофону и выключила сестер Эндрюс. В этот момент я даже не знал, как ее называть: Джиллиан или Доминика.

– Хочешь выпить? – спросила Джиллиан-Доминика.

– Конечно. Знаешь, мне очень трудно было не засмеяться.

– Ну, я уверена, он оценил твои усилия. О! – Она полезла в кошелек. – Вот твой доллар.

– Я профессиональный доминатор! – воскликнул я.

– Ты профессиональный доминатор, господин Бобби, – согласилась она, снимая туфли на шпильках и надевая вместо них кроссовки.