Нация фастфуда - Эрик Шлоссер

«Это не басня, не шутка, – писал в 1906 г. Эптон Синклер, – мясо лопатами нагружали на тележки, и рабочий, занимавшийся этим, не тратил времени, чтобы выбросить крысу, даже если он видел ее, потому что в колбасу попадали такие вещи, по сравнению с которыми отравленная крыса была лакомым кусочком!»^{537} Синклер описал множество опасных для здоровья потребителей безобразий, творившихся на мясоперерабатывающих предприятиях. Широко практиковавшийся забой больных животных, использование химикатов вроде боракса и глицерина для маскировки дурного запаха, умышленно неправильная маркировка мясных консервов и даже тот факт, что рабочие испражняются прямо в цехе, не желая тратить время на поход в туалет. Прочтя роман «Джунгли», президент Теодор Рузвельт организовал независимое расследование. Оно подтвердило правдивость описаний Синклера. Рузвельт призвал законодательно оформить обязательную проверку мясоперерабатывающих предприятий федеральной инспекцией, правила датировки консервов и содержание информации, которая должна быть указана на этикетках, а также основанную на комиссионном вознаграждении систему регуляции, обязывающую владельцев мясоперерабатывающих предприятий поддерживать чистоту.

Могущественные магнаты Мясного треста всячески очерняли и Рузвельта, и Эптона Синклера. Пытаясь опровергнуть их обвинения и убедить американцев в том, что все в порядке, они развязали пропагандистскую кампанию в СМИ. Как утверждал Джонатан Армур^[103] в своей статье в Saturday Evening Post: «Мясо и пищевые продукты производятся на крупных мясоперерабатывающих предприятиях, где не менее чисто, чем на кухне среднестатистической домохозяйки»^{538}. Выступая перед Конгрессом, Томас Уилсон, один из руководителей Morris & Company, заявил, что руководители не виноваты в погрешностях и отступлениях от санитарных правил. Причина – жадность и лень рабочих. «Люди есть люди. За некоторыми нужен глаз да глаз»^{539}, – сказал он. После жестоких дебатов в 1906 г. Конгресс все-таки одобрил Закон о проверке качества мяса и смягченный вариант предложения Рузвельта, обязывающий налогоплательщиков оплачивать новые правила контроля.

Реакция мясоперерабатывающих компаний на роман «Джунгли» многократно воспроизводилась в XX в. всякий раз, когда в обществе возникали сомнения в безопасности продуктов. Компании опровергали доводы и само существование проблемы, возмущались вмешательством федеральных властей, искали способы избежать ответственности за вспышки пищевых отравлений и возможности переложить затраты на безопасность пищевых продуктов на граждан. Иными словами, они сопротивлялись любым мерам государственного регулирования, угрожающим снизить их прибыль. «На нас пытаются взвалить все расходы, – заявлял Уилсон в 1906 г., протестуя против плана федерального правительства обязать мясоперерабатывающие предприятия платить за каждую голову скота меньше 10 центов. – [Наши] возражения разумны и справедливы. Мы платим за все, что считаем возможным оплачивать»^{540}. В 1980-х, когда риск заражения больших партий продуктов возрос, мясоперерабатывающие компании воспрепятствовали использованию бактериологических методов в рамках федеральной программы контроля. А экспертная группа Академии наук США в 1985 г. предупреждала, что федеральная программа контроля мясных продуктов безнадежно устарела: путем осмотра и обнюхивания выявить заражение опасными бактериями невозможно. Через 3 года другая экспертная группа той же Академии заявила, что национальная система здравоохранения отстала от времени и ее возможности обнаруживать новые патогенные виды бактерий и предупреждать их распространение ограниченны^{541}. Без финансовых вложений в ее обновление вспышки и даже эпидемии новых инфекций неизбежны. «Трудно сказать, какой кризис нас ждет»^{542}, – заявил глава этой экспертной группы.