Битва за Рунет. Как власть манипулирует информацией и следит за каждым из нас - Андрей Солдатов

После 1 марта – дня, когда Россия аннексировала Крым, – многие западные эксперты говорили нам, что ожидают массированных DDoS-атак на украинские сайты. Эти страхи выглядели вполне реальными: в 2000-е ни один конфликт России с соседними государствами, в том числе с Грузией и Эстонией, не обошелся без атак на онлайн-ресурсы этих стран^{303}. Поначалу казалось, что украинский конфликт развивается по тому же сценарию. 3 марта украинское информационное агентство УНИАН сообщило о мощной DDoS-атаке на свой сайт, из-за чего тот в течение некоторого времени был недоступен^{304}.

Интернет-инфраструктура страны выглядела столь слабой, что едва не провоцировала на кибератаку. Украинцы это прекрасно понимали. В тот же день сторонник Майдана Константин Корсун, бывший сотрудник СБУ, к 2014-му возглавивший НГО «Украинская группа информационной безопасности» (UISG), обратился с воззванием в LinkedIn. «В связи с военной интервенцией РФ против Украины прошу всех, кто имеет технические возможности противостоять врагу в информационной войне, связаться со мной в личке и быть готовым к бою, – написал он на своей странице. – Будем связываться с силовиками и объединять усилия против внешнего врага».

Почти сразу он получил ответ от Максима Литвинова, начальника Управления борьбы с киберпреступностью в МВД Украины: «На меня можете рассчитывать». Литвинов писал: «Есть аналитики, есть лаборатория, личный состав без дезертиров. Предлагаю не ждать взломов, а провести пен-тесты (тестирование на проникновение) критических объектов, данные готов обобщить и перезнакомить тестеров с админами потенциальных потерпевших»^{305}.

Ожидаемая массированная кибератака не заставила себя ждать, но приняла неожиданное направление. Вместо хакерских взломов Украина получила взрыв пропаганды в соцсетях, и прежде всего во «ВКонтакте»^{306}. На этом направлении у Кремля было несколько преимуществ. Во-первых, Россию с Украиной связывало общее советское культурное и историческое наследие: опыт Великой Отечественной войны и повсеместное использование на Украине русского языка. Во-вторых, российская сеть «ВКонтакте» была самой популярной на Украине, насчитывая около 20 миллионов зарегистрированных пользователей. То есть Кремль прекрасно знал, как подать тему, и почти полностью контролировал «ВКонтакте». Но затем в Москве решили пойти дальше и попытаться отбить поле боя на площадках, которые прежде использовали активисты, – Twitter, Facebook и YouTube. Легионы троллей ринулись в Сеть, чтобы смущать, провоцировать и запугивать. Это были не только добровольцы, но и оплачиваемые Кремлем пропагандисты. В 2000-е их использовали внутри России против независимых СМИ и блогеров. Теперь эту армию выпустили за пределы страны.

Оружие тролля – комментарии на сайтах СМИ и посты в социальных сетях. Одним из бойцов этой армии была 21-летняя Катарина Аистова, работавшая до того в отеле на ресепшене. В апреле 2014 года, заметив критический пост о Путине на WorldNetDaily, она немедленно бросилась на защиту российского президента: «Ты против Путина! Да ты хоть знаешь, что он делает для страны и народа??? А Обама вообще теряет популярность».

Британская The Guardian была одним из первых западных СМИ, попавших под удар троллей. 4 мая газета сообщила о необычно интенсивном потоке оскорблений от странных комментаторов, которые в связи с конфликтом на Украине «наводнили дискуссии на сайте The Guardian, несмотря на все усилия модераторов». Читатели и журналисты пришли к заключению, что авторами этих сообщений являются «тролли, в оскорбительных выражениях нападающие на любого, кто критикует действия России или президента Владимира Путина». Первая жалоба модераторам The Guardian была зафиксирована 6 марта. Читатель писал: «Уже несколько недель ваша неспособность эффективно противостоять наплывам нашистских троллей с их бесконечной пропутинской пропагандой в любой теме, посвященной конфликту между Украиной и Россией, выводит меня из себя». The Guardian ответила, что не располагает убедительной информацией о тех, кто стоит за троллингом. При этом модераторы, каждый из которых просматривает около 40 000 комментариев в день, посчитали, что сайт имел дело с хорошо организованной кампанией^{307}.