Мир английского футбола. Знаменитые клубы, легендарные игроки и драматичные сюжеты - Иван Калашников

В ноябре 2013 года английское медийное пространство ждало потрясение: город Халл назначили культурной столицей Великобритании. Как бы это объяснить? Портовый город к востоку от Лидса стал увядать после краха рыболовной промышленности в 70-х и постепенно превратился в безликое постиндустриальное захолустье – с ужасной архитектурой, выросшей на развалинах бомбежек Второй мировой, высоким уровнем безработицы и невыносимым местным акцентом. В Халле до сих пор верят в старую рыбацкую примету, что зеленый цвет приносит беду, и поэтому на улицах почти нет зеленых машин и зеленых домов. Когда кому-то пришла в голову идея написать книгу с милым названием «50 самых отстойных городов Великобритании», Халл занял в этом списке первое место.

Собственно, титул культурной столицы был выдан Халлу для того, чтобы изменить имидж города, где заводить речь о культуре было не принято. Даже редкие достижения Халла порой шли ему во вред: скажем, после открытия огромного океанариума критики писали, что там пахнет рыбой. Прекрасного английского поэта Филипа Ларкина считали эксцентриком (ну и что, что он сравнивал жителей Халла с гаргульями) и не воспринимали всерьез лишь потому, что он 30 лет проработал в городской библиотеке. А родившийся в Халле математик и логик Джон Венн, придумавший знаменитые диаграммы, получил в благодарность от потомков картинку, на которой множество «умные люди» пересекалось с множеством «люди из Халла» только в одной точке – ей был, собственно, сам Венн.

Халл пытался победить неприглядную репутацию локальным патриотизмом, в том числе футбольным. Например, чудесная местная группа The Housemartins назвала свой первый альбом «London 0 Hull 4». Компания Kingston Communications отстояла право красить телефонные будки не в красный, а в бежевый цвет и стала единственной фирмой в стране, прогнавшей с локального рынка монополиста British Telecom. В 2001 году она дала спонсорское имя 25-тысячному KC Stadium, а в 2008-м футбольный клуб «Халл Сити» впервые за 104-летнюю историю вышел в премьер-лигу. Его было потащил обратно на дно 30-миллионный долг, но «Халл» спас египетский бизнесмен Ассем Аллам, живущий в городе с 1968 года и вроде бы хорошо понимающий суть локальной гордости: он давал деньги и регбийной команде и вкладывался в реставрацию местных достопримечательностей.

Нанятый Алламом тренер Стив Брюс сумел перезапустить свою увядающую карьеру, вернуть «Халл» в премьер-лигу и зазвать в клуб нескольких игроков, способных его там удержать. Дела у потенциального аутсайдера премьер-лиги вроде бы наладились, но владельцу и спасителю клуба пришла в голову идея переименовать «Халл Сити» в «Халл Тайгерс», потому что прежнее название ему казалось скучным, а новое – подходящим для маркетинга с таргетингом на весь мир («тигры» – давнее прозвище команды, играющей в черно-желтой полосатой форме). Несложно догадаться, как болельщики отреагировали на эту бизнес-идею. На стадионе немедленно начались протесты со скандированием «Мы будем называться „Сити“ до самой смерти!», на что разозлившийся Аллам ответил: «Умирайте побыстрее и не мешайте остальным наслаждаться футболом», – и подал заявку в футбольную ассоциацию на переименование клуба.

Я оказался в Халле зимой 2014 года – как раз в разгар протестов. Первым же встреченным мною человеком оказался болельщик со значком «Скажи нет „Халл Тайгерс“», к нему подошел еще один, затем еще несколько, и вместе они начали петь: «Мы умрем тогда, когда захотим!» – заочно полемизируя с последней репликой Аллама. Затем болельщики отправились на футбол, издалека привлекая внимание желтыми кругляшами на груди, словно подпольная ячейка какой-нибудь партии. Уже на стадионе выяснилось, что это партия большинства: значки и баннеры со словом «Сити» были видны с верхних рядов противоположной трибуны, да и матч с «Челси», одним из лидеров премьер-лиги, сразу же превратился из футбольного события в околофутбольное.

Первыми начали фанаты «Челси»: «Ваше имя – „Халл Тайгерс“!» Это так завело трибуны, что они почти не смотрели на поле, где вратарь Аллан Макгрегор с трудом тащил удары Азара и Рамиреса, а пели в ответ: «Мы всегда останемся „Сити“, – и добавляли: „Тут культурная столица, убирайтесь в свой Лондон“». «Халлу» не удалось продержаться до конца матча (Азар и Торрес забили по голу), но болельщиков интересовал не результат матча, а будущее клуба. Еще до оглашения вердикта футбольной ассоциации Аллам заявил, что никому не позволит оспаривать его бизнес-решения и покинет клуб, если тот не будет переименован. Он сдержал угрозу: в апреле 2014-го ассоциация запретила «Халлу» менять имя, и Аллам немедленно выставил клуб на продажу, хотя еще надеялся выиграть повторное слушание дела. Однако оно тоже закончилось решением в пользу «Халл Сити», вылетевшего к тому моменту в чемпионшип.

Пока шли разбирательства, Аллам поменял что мог, в принципе убрав с эмблемы название и оставив на ней лишь оскаленную тигриную морду, а также нашел для команды удивительного спонсора. На футболках игроков «Халла» в 2015 году было написано «Flamingo Land» – это местный парк аттракционов, совмещенный с зоопарком, где в числе прочего живут тигры. Однако и после этих неделикатных намеков болельщики не готовы были согласиться на смену названия даже ради стабильного будущего. Халлу не привыкать: и город, и клуб слишком долго жили на задворках страны, где вечно пахнет рыбой; здесь вряд ли многих можно увлечь гламуром премьер-лиги, если за него потребуется расплачиваться традициями. Английский футбол помнит все, и если «Сити» вдруг превратится в «Тайгерс», от новоприобретенной дурной репутации будет крайне сложно отделаться – в отличие от звания культурной столицы, которое просто перейдет к следующему городу.

На футболках игроков «Халла» в 2015 году было написано «Flamingo Land» – это местный парк аттракционов, совмещенный с зоопарком.

Часть 11
Северо-Восточная Англия

Глава 1
«Ньюкасл Юнайтед» и шахтерская закалка

Если въезжать в Ньюкасл с юга, справа от дороги вырастает гигантская фигура – то ли птица, то ли самолет, то ли супермен с 50-метровым размахом крыльев. Это «Ангел севера» (Angel of the North), работа выдающегося британского скульптора Энтони Гормли, памятник нескольким поколениям местных шахтеров, символ перехода из промышленной эпохи в информационную, а также оберег самого беспокойного, бедного, честного и гордого региона – Северо-Восточной Англии, а то и всего севера, если не обращать внимания на административные границы. Так-то северянами себя считают все, кто живет выше Мидлендс (неофициальное определение: они любят подливку к пирогам с мясом больше, чем сами пироги), но «Ангел севера» имеет особое значение именно для тех, кто родился в окрестностях Ньюкасла или прожил здесь достаточно долго.