Мой взгляд на будущее мира - Ли Куан Ю

Я являюсь членом Международного консультативного совета французской нефтегазовой компании Total. Компания регулярно анализирует состояние дел в сфере альтернативных источников энергии, таких как ветер, солнце, приливы и др. Вывод всегда одинаков: тогда как отдельные районы мира в силу благоприятных природных условий могут находить использование тех или иных альтернативных источников экономически целесообразным, общий их вклад будет оставаться незначительным. Они могут играть вспомогательную роль, но из-за своей маломощности и нестабильности никогда не сумеют заменить традиционные источники энергии.

Пару лет назад один мой китайский друг рассказал мне, что в Китае расширяется использование солнечных батарей в жилых домах, особенно для нагрева воды. Я отправил в наше Министерство окружающей среды и водных ресурсов записку с вопросом о том, почему бы Сингапуру не подумать о покупке таких панелей у Китая, если они действительно настолько дешевы и эффективны, как кажется. Мне ответили, что эта технология пока экономически нежизнеспособна. Китай субсидирует установку панелей и вкладывает большие деньги в исследования в этой области, потому что хочет стать мировым лидером в производстве солнечных батарей. Но Китай — большая страна, поэтому может позволить себе делать это.

Что касается Сингапура, то нам лучше подождать, пока цены на солнечную энергию не упадут до приемлемого уровня. Анализ выгод и затрат говорит о том, что на данный момент единственной альтернативой нефти и газу, не приводящей к глобальному потеплению, является ядерная энергия. После инцидента на АЭС в Фукусиме некоторые страны, включая Германию, решили либо закрыть свои атомные электростанции, либо отказаться от строительства новых. Но другие, такие как Китай и Южная Корея, продолжают идти вперед. Сама Япония приняла трудное, но здравомыслящее решение сохранить свою ядерную энергетику. Разумеется, в идеальном мире все страны предпочли бы отказаться от ядерной энергии из-за сопряженных с ней высоких рисков и нерешенной проблемы утилизации радиоактивных отходов. Но на практике у нас не такой уж большой выбор. Я думаю, что со временем многие страны начнут обращаться к ядерной энергетике. Сланцевая революция может отсрочить этот момент, но доля ядерной энергии в общемировом производстве энергии будет расти.

В конце концов, все страны должны осознать, что у нашей планеты есть пределы того, что она может выдержать. И мы должны учитывать это, если хотим жить. Мы все обитаем на одной планете, и наши судьбы взаимосвязаны. Неважно, кто окажется прав, а кто нет. Если с Землей что-то случится, пострадают все. Разумеется, к тому моменту, когда проявятся наиболее разрушительные последствия глобального потепления, возможно через 50–150 лет, меня, как и многих других ныне живущих людей, уже не будет. Но мы несем ответственность перед нашими детьми и внуками за то, чтобы передать им планету такой же здоровой и жизнеспособной, какой получили ее в наследство от предыдущих поколений.

В: Возможно ли, что научно-технический прогресс — появление технологий, которые мы пока даже не можем себе представить, — позволит смягчить некоторые из наихудших последствий глобального потепления?

О: Кто знает? Ученые могут придумать какой-нибудь способ защитить Землю от избытка солнечного тепла, например создать огромную чашу, которая будет собирать тепло и рассеивать его в космосе. Это можно было бы делать на суше. Но как делать это над водой?

В: Как вы думаете, не обострится ли конфликт в Южно-Китайском море из-за наличия там месторождений нефти и газа?

О: Бурение еще не началось, поэтому пока никто точно не знает, что там есть под водой. Что касается спора вокруг островов Сенкаку, или по-китайски Дяоюйдао, то я не думаю, что он связан с нефтью. Это скорее вопрос суверенитета и национальной гордости. Я думаю, что спор угаснет сам собой без какого-либо урегулирования. Ни одной из сторон невыгодно позволить ему испортить экономические отношения. С точки зрения Японии эта проблема не стоит того, чтобы отказаться от инвестиций в Китае. А китайцам нужны японские инвестиции, хотя пока они поднимают шум из-за этих островов. Но воевать они не станут. Разумеется, если в пределах их исключительной экономической зоны действительно будут найдены нефть и газ, китайцы могут встать на защиту своих интересов, потому что им очень нужны энергоносители.

В: Может ли хлынуть в Сингапур волна переселенцев из других стран, спасающихся от повышения уровня моря?

О: Это сингапурцам придется переселяться в другие страны. Если уровень моря повысится на один-два метра, мы потеряем бо́льшую часть нашей территории. Останется разве что холм Букит-Тимах, но этот клочок земли слишком мал, чтобы говорить о нем.

В: Насколько серьезно Сингапур изучает идею строительства защитной дамбы?

О: Если этого потребуют обстоятельства, нам придется ее построить. Мы уже приглашали специалистов из Голландии, чтобы они дали свои рекомендации, и они сказали, что строительство насыпных дамб у нас невозможно. Нам нужно возводить защитную стену. В Голландии земли расположены ниже уровня моря, у нас выше. При этом нам придется придумать, как разместить морской порт за пределами этой стены.

В: Некоторые говорят, что Сингапур делает крайне мало для охраны окружающей среды. Разумеется, мы должны принимать во внимание стоимость природоохранных мер, но не думаете ли вы, что Сингапур может делать гораздо больше в этом направлении?

О: Наша страна настолько мала, что мы никак не можем повлиять на изменение климата на планете. На нашу долю приходится всего 0,2 % мировых выбросов. Тем не менее Сингапур уже предпринял ряд значимых по меркам нашей страны шагов, таких как переход на природный газ для производства электроэнергии, ограничение роста количества автомобилей и их использования и повышение энергоэффективности.

В: Будь вы сегодня в правительстве, добивались бы вы того, чтобы в этом направлении делалось еще больше?

О: Я поручил бы провести исследования и тщательно оценить все доступные нам альтернативы. Но при этом нужно учитывать, что сингапурцы трепетно относятся к деньгам. Цена для них важнее, чем экология. Например, мы попытались убедить их перейти на гибридные автомобили, но те, даже с учетом сниженных налогов, стоят намного дороже, поэтому люди предпочитают покупать обычные машины. Разумеется, правительство может потребовать этого в законодательном порядке. Когда на рынке появятся действительно эффективные гибридные автомобили, мы можем принять закон, разрешающий сингапурцам приобретать только их или электромобили.

В: Не могут ли проблемы экологии приобрести статус значимых политических вопросов, особенно среди молодых сингапурцев?

О: Нет. Почему экология должна становиться политикой?

В: Например, сингапурцы очень дорожат зелеными зонами и хотят сохранить их. Могут ли появиться группы, которые попытаются спекулировать на этой идее, придав ей политическую окраску и постаравшись мобилизовать народ?

О: Нет, вряд ли. Правительство заботится о защите незастроенных зеленых зон ничуть не меньше, чем любая общественно-политическая организация.