Детокс души и тела. Как избавиться от эмоционального мусора и устранить причины болезней - Хабиб Садеги

Я был на втором курсе мединститута; очередной долгий учебный день закончился. Как только я вернулся в свою комнату, меня неудержимо потянуло в кровать. Всё, чего я хотел, – спать! Вместо того чтобы просмотреть свои записи с последней лекции, я скинул книги на пол и уронил голову на подушку. Через несколько секунд я спал мёртвым сном.

В два часа ночи я, полностью проснувшись и в ясном сознании, резко сел в постели. Я услышал голос у себя в голове так отчётливо, как если бы кто-то заговорил со мной из противоположного угла комнаты. Голос произнёс: «Проверься!» Не знаю почему, но я тут же отправился в ванную и осмотрел свой пах. Вот оно: опухоль на левом яичке!

Следующие четыре часа я шерстил интернет в поисках всех мыслимых объяснений. Запугав себя до смерти обилием информации, я позвонил брату Мехрдаду, который работал терапевтом в Сан-Диего. Он попытался успокоить меня, напомнив, что студенты-медики – те ещё ипохондрики. Но я знал: это не просто игра воображения. Это что-то серьёзное!

В первую очередь я обратился за медицинской страховкой, которой у меня до сих пор не было, ведь студент не может себе её позволить. С помощью брата я получил страховку и немедленно пошёл к врачу. Мне сообщили диагноз: третья стадия рака яичка с 70 % вероятностью метастазов (опухоль расползётся по телу).

Услышав неутешительные новости и прочитав отчёт, где врач подробно расписал, как плохи мои дела сейчас и насколько они станут хуже во время лечения, особенно в случае осложнений, я зациклился на этой информации, как будто кроме неё на свете больше ничего не существовало. Шёл 1997 год, когда газетные заголовки трубили об олимпийском чемпионе по фигурному катанию Скотте Гамильтоне и велогонщике Лэнсе Армстронге, боровшимися с таким же типом рака. Помню, как меня накрыла паника, когда я читал интервью с Армстронгом. Он подробно рассказывал, как из яичек метастазы распространились в лимфатические узлы, в лёгкие и в мозг.

Врачи-онкологи предложили мне единственный вариант лечения – удаление яичек и всех лимфоузлов кишечника (шестнадцатичасовая операция) с последующими курсами облучения и химиотерапии вместе с транквилизаторами и антидепрессантами. Предполагалось настолько серьёзное воздействие на мой организм, что я подумал: неужели нет альтернативы?! Я понимал, что это неправильно, но что в таком запущенном случае «правильно» – и подавно не знал.

ВЫДЕРЖКИ ИЗ ОТЧЁТА НАЦИОНАЛЬНОГО МЕДИЦИНСКОГО ЦЕНТРА «ГОРОД НАДЕЖДЫ», ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ БЕКМАНА. САДЕГИ ХАБИБ, МАРТ 1997

У пациента с тератокарценомой и инвазией опухоли в сосуды выявлена 70 % вероятность распространения микрометастазов в ретроперитонеальные лимфоузлы…

Риск бесплодия…

Высокая вероятность рецидива в следующем году…

Может потребоваться до четырёх курсов химиотерапии соединениями платины…

ИТОГОВЫЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

Рекомендую данному пациенту в течение ближайшего месяца пройти операцию по левостороннему нервосберегающему иссечению зобрюшинных лимфатических узлов.

Мы говорили о потенциальных рисках и осложнениях, которые могли возникнуть во время операции: в их числе значительная кровопотеря, вероятность негативной реакции на анестезию, образование гнойных нарывов, занесение инфекции в рану, тромбоз глубоких вен, эмболия лёгочной артерии и смерть.