Рожаю! Записки сумасшедшей мамочки - Ирина Чеснова

А теперь по существу концепции Серзов о родах. Нельзя сказать, что так уж и во всем я с ними не согласна. Нет, у них есть немало здравых мыслей, под которыми я готова подписаться. Например, «...как хорошо ощущать каждый момент родов и осознавать, что ты рожаешь»^[17], «...мы оба поняли, как важно для отца присутствовать при рождении своего ребенка, как усиливает это отцовские чувства»^[18], «...отношение женщины к родам напрямую связано с тем, как она относится к самой жизни»^[19], «...дать новую жизнь – самое значимое событие в вашей жизни, поэтому у вас должно остаться после него самое хорошее впечатление о себе»^[20].

Кроме того, в некоторых местах я склонна согласиться с Серзами. Например, я тоже считаю, что «чем лучше вы подготовитесь, тем более благоприятными будут ваши роды»^[21]. Но жизнь на примере родов моей подруги Вики показывает, что в этом правиле есть масса исключений.

Самая сильная сторона концепции Серзов – это призыв еще во время беременности выработать свою философию родов («Что вы ждете от родов, кроме появления на свет здорового ребенка?», что значит для вас «позитивный опыт родов»?) и сделать все возможное, чтобы родить так, как хотелось бы.

Но!

Поскольку на протяжении всей книги «Мы ждем ребенка» ее авторы пропагандируют исключительно естественные роды, читатель под тяжестью приводимых аргументов волей-неволей склоняется именно к такой философии появления малыша на свет – без какого-либо вмешательства. И именно здесь сильная сторона концепции авторитетных американцев становится одновременно и ее самым слабым звеном. И вот почему.

Как я уже говорила, идеальные роды, по Серзам, – это роды, какими их задумала природа: в вертикальной позе, без клизмы, капельниц с окситоцином, электромониторинга, анестезии, эпизиотомии, т. е. того, без чего уже не мыслит благополучные и БЕЗОПАСНЫЕ роды официальная медицина.

Можно было бы, конечно, придираться к Серзам по мелочам. Например, поспорить с их точкой зрения о «никчемности» клизмы. Я знаю, что многих женщин пугает эта не слишком приятная процедура, и они с удовольствием уцепились бы за авторитетное мнение светил мирового акушерства о ее ненужности, лишь бы от клизмы отказаться. Но я также знаю, что самый ответственный момент родов – потуги – сродни жгучему желанию сходить в туалет. Ощущения один в один. И когда роженица с ужасом понимает, что еще до появления ребенка произведет на свет нечто совсем неэстетичное, она инстинктивно пытается сдержать позывы. А делать этого категорически нельзя – нужно тужиться и рожать дальше. Так что клизма вероятность этой неловкой ситуации практически сводит к нулю. И, пользуясь случаем, хочу обратиться к читающим сейчас эти строки будущим мамочкам: НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не бойтесь обкакаться на родильном кресле! Если вы верите в приметы, знайте: оказаться во время родов «жемчужиной в навозе» – к богатству. Акушеры сами это говорят!

Но клизма – это та самая мелочь, которая «недостойна» быть предметом серьезной дискуссии. А поскольку я претендую на идеологический спор с Серзами, то придираться по пустякам не буду. И сразу скажу, какой огромный троянский конь оказался «вшит» в их стройную и на первый взгляд неоспоримую концепцию естественных родов. Критикуя любое вмешательство в естественный процесс родов (именно то, что так активно практикуется в роддомах развитых стран), осуждая врачей за «хирургический подход» к ним, Серзы, сами того не желая, уничтожают самое главное – ДОВЕРИЕ к профессиональным медикам.

Что ждет роженицу, проникнувшуюся их идеологией, в роддоме? Превращение в «пациентку, вынужденную подчиняться правилам»^[22] медучреждения. Клизма, электромониторинг и горизонтальная поза при потугах. Это в лучшем случае. А в худшем – окситоцин, эпизиотомия или даже экстренное кесарево сечение. И на что обречена рожающая женщина? На споры с врачом, нервотрепку и неприятные воспоминания. И даже если будущая мамочка, следуя советам Серзов, заранее обговорила с выбранным доктором план родов, любые его решения она будет воспринимать как ненужное вмешательство, подвергать сомнению, соотносить с рекомендациями авторитетных авторов, чем вызовет естественное раздражение, испортит ему настроение, а себе – впечатление от родов. Вам эта ситуация ничего не напоминает? А мне напоминает – все те же Викины роды.

Понимая, что с медперсоналом роддомов «каши не сваришь», как альтернативу Серзы предлагают рассмотреть более предпочтительный вариант – домашние роды с профессиональной акушеркой в качестве помощницы. «Родить ребенка в своей собственной кровати, в своем доме, в окружении любящих людей, без щипцов, больничных простыней, эпизиотомии, без громких разговоров – именно этого я желаю каждой женщине»^[23], – пишет Марта Серз. Но хорошо, что Серзы – люди сознательные. Потому что приводимые ими недостатки домашних родов (и пункт о возможности непредвиденных осложнений) должны заставить мнительных беременных тысячу раз подумать прежде, чем принять окончательное решение.

Вообще, на мой субъективный взгляд, книга «Мы ждем ребенка» изобилует противоречиями. Серзы советуют не прибегать к анестезии, поскольку нет гарантии, что она абсолютно безопасна, и ее воздействие на малыша до конца не изучено. Но в то же время приветствуют присутствие детей на родах. Хотя влияние увиденного на неокрепшую психику ребенка тем более неизвестно, и никто не знает, как эти воспоминания «аукнутся» во взрослой жизни.

Другое немаловажное противоречие состоит вот в чем. Описывая историю родов за последние несколько столетий, Серзы сожалеют о том, что повивальное искусство, позволявшее женщине родить естественно, используя свои природные механизмы, умерло. А ему на смену пришли «механизированные» роды с кучей аппаратуры и убеждением врачей, что «природе следует помогать». Серзы сокрушаются: «мудрых и терпеливых» повитух заменили «нетерпеливые» врачи, у большинства которых преобладает «хирургический» подход к родам.

Ай-я-яй! Какое безобразие! Бездушные доктора вытеснили внимательных повивальных бабок! Да тут пахнет международным заговором! А то, что у этих чудо-повитух роженицы и младенцы помирали, как мухи, про это забыли? Нет, Серзы не забыли. Вот что они пишут: «Повитухи звали врачей только в случаях осложнений. Кесарево сечение делалось врачами и преследовало цель спасти только жизнь ребенка, когда мать умирала или уже была мертва»^[24]. Ждала «терпеливая» повитуха, ждала естественного течения родов и дождалась, что роженица Богу душу отдала.

Еще цитата о том, как же так случилось, что повитух заменили врачи. «Тогда женщины боялись смерти... во время родов. ...Желание иметь безопасные роды было важнее, чем пол того, кто эти роды принимает»^[25]. Вот именно! Врачи могли обеспечить то, что не давали повитухи – БЕЗОПАСНЫЕ роды. Пусть даже ценой потери былой «естественности». К черту природную интуицию и мудрость традиций! Жизнь и здоровье превыше всего! Так стоит ли сожалеть об исчезновении повивального искусства, если помимо сомнительной «естественности» никакими другими достижениями оно похвастаться не могло?