Научные битвы за душу. Новейшие знания о мозге и вера в Бога - Марио Борегар

если попросить назвать самую удивительную вещь во вселенной, большинство из нас упомянет либо что-то очень большое (черные дыры и сверхновые звезды), или что-то совсем маленькое (все эти многочисленные жуткие частицы). Но самое невероятное, что только есть во всей вселенной, – возможно, то, что находится у нас за глазными яблоками. В нашей голове содержится самое сложное и изощренное устройство во всем мире^[326].

Да, безусловно. Многое стало известным, многое потребовало пересмотра, некоторые ключевые теории оказались полностью забытыми. По прошествии более чем половины еще одного десятилетия мы можем оглянуться на удивительные открытия, которые помогают нам сосредоточиться на самых главных вопросах, не дающих нам покоя.

В ранней нейробиологии действовал догмат, согласно которому нейроны мозга взрослого человека не меняются. Но современная нейробиология теперь признает, что мозг способен реорганизоваться (такая реорганизация называется «нейропластичностью») на протяжении всей жизни, а не только в раннем детстве. Сети нашего мозга меняются, возникают новые связи, создаются новые пути, приобретаются новые роли^[327].

Одним из результатов открытия нейропластичности стало вразумительное объяснение озадачивающего синдрома фантомной конечности. Начиная с середины XIX века врачи писали – правда, очень осторожно – о том, что пациенты, перенесшие ампутацию, иногда чувствуют боль в конечности, которой у них больше нет. Обычно в таких случаях возникали подозрения, что либо врач неверно истолковал симптомы, либо ампутант старался привлечь к себе внимание. Однако нейробиолог В. Ш. Рамачандран продемонстрировал, что нейроны, ранее получавшие сигналы от ампутированной руки, способны перепрограммироваться, чтобы получать сигналы от лица. Если же мозг не изменил ментальную карту организма после ампутации, ампутант будет испытывать ощущения, как будто бы исходящие от потерянной руки^[328].