Наставления бродячего философа. Полное собрание текстов - Григорий Сковорода

Лука. Если столь нужное сие слово узнать себя, что без него и Господа и ничего узнать не можно, то думаю, что не на одном месте в божественных книгах означено. Помню, что Моисей, очищая израильский народ для снисхождения Божия в третий день на гору Синайскую и как можно лучше его приуготовляя на встречу, вот что говорит: «Внемлите себе не восходить на гору». Конечно бы, они, прикоснувшись к горе, умерли, если б не внушили себе. Главнейший пункт сей – «внемлите себе» – совсем кажется сходен с сим: «Узнай себя». Видно ж, что не коснулись горы, потому что там им дал суды и оправдания Господь Бог.

Впрочем, ходить с Господом по заповедям его, иметь его вождем и пастырем своим – все то одно. Итак, «внемлите себе не восходить на гору» кажется совсем сходное с сими словами: «Если не познала саму себя, изойди в пятах паств». Если-де коснетесь горы, умрете, то есть не будете управляемы царствием повелений Господних. Чего-то и Давид просит: «В пути твоем живи меня». Потому что не мертвые восхвалят его, для того предоберегая вначале: «Внемлите-де себе». И тут то же в сих словах: «Если не познали». «Если-де себя не узнаешь, то я твой не царь, – говорит Господь. – Прочь изойди из мест моих злачных! Пасись при пятах у лживых пастырей». Беззаконная пята, гора, плоть, ложь, земля – все одно. Словом сказать: «Смерть спасет их». И конечно, умерщвляющая сия гора есть то же, что ложь и плоть. А то как бы она могла умерщвлять? А как Моисей не велит к ней касаться, так и Исайя изгонит из нее же книжника Сомнаса, вопия на него: «Что ты здесь? И что тебе здесь? Как истесал здесь гроб, и сотворил себе гроб, и написал себе на камне кущу? Се ныне Господь низвергнет…» Куда высоко многие возносятся в мудрствовании Божия писания! Возносятся по знанию историческому, географическому, математическому, да все плотскому. Скажем же со Исаиею, что все сие высокий есть гроб. «Гордость сердца твоего, – вопиет Авдий, – воздвигла тебя, живущего в пещерах каменных; возвышающий храмину свою, говорящий в сердце своем: кто меня свергнет на землю?» «Если вознесешься, как орел, и если положишь гнездо твое среди звезд, и оттуда свергну тебя», – говорит Господь. Видно ж, что такова гора не Иакова есть лоза – или Вефиль, но Исавова – Сиир. «Злые! – кричит Амос уничтожающим Сион и уповающим на гору Самарийскую. – Восприняли начала язычников и вошли (туда же) к ним в дом Израилев».

А что сия гора в высоком да плотском смысле разумеется, слушай Авдия. «В тот день, – говорит Господь, – погублю премудрых от Идумеи и смысл от горы Исавовой, пусть отымется человек от горы Исавовой, и взойдут спасаемые от горы Сиона, чтобы отомстить гору Исавову, и будет царство Господу». Сии горы Господь палит, колеблет и смущает, вера прочь переносит, а несмышленые суетно возопиют: «Покройте нас…» «Письмо убивает, а дух животворит».

Квадрат. Помню и я во второй книге Моисеевой вот что: «Се я пошлю ангела моего перед лицом твоим, пусть сохранит тебя на пути и пусть введет тебя в землю, которую я подготовил для тебя». А дабы не лишиться вождя сего в самом начале, как всенужнейшее говорит: «Внимай себе, и послушай его, и не ослушайся его, не подведет тебя, имя ибо мое есть на нем». Ничего, видно, нельзя сделать без «внимай себе», потом: «И послушай его». От познания себя самого рождается послушание Богу, а послушность вот чем делает: «Будете мне люди избранные от всех язычников, ибо моя есть вся земля, вы же будете мне царское священие и язык святой. Блаженны слышащие слово ангела сего». Сей ангел там же именуется страхом: «И страх пошлю, ведущий тебя, и устрашу все языки». Сей точно есть один страх с тем, который Иакова выводил на место Вефиль. Вот: «И воздвигся Израиль от Сикимов, и был страх Божий на городах, которые вокруг них, и не гнали вслед сынов Израилевых». Да и не о нем ли Моисей в книге 5-й гремит? «Да не ходите вслед богов иных, богов языческих, которые вокруг вас, ибо Бог ревнив; Господь Бог твой посреди тебя. И не сей ли стоит посреди вас, которого вы не не знаете, но знаете? Блажен, имеющий уши слышать и слышит». Помалу-малу изгоню-де язычников от тебя, пока возрастешь и наследишь землю. Но всему сему преддверие и дверь: «Внимай себе!»

Памва. Без сомнения, единственное сие преддверие не дает нам уклониться в сторону и прямо ведет к той двери, которая сама о себе вопиет: «Я есть дверь». «Внемли ты все, – говорит Господь Моисею, – когда я заповедаю тебе. Се я изжену пред лицом вашим Аморрея и прочих всех». А дабы Моисей не помарал народа идолопоклонством, вот что: «Внимай себе, чтобы ты когда-нибудь завещал завет сидящим на земле, в которую войдешь…» Моисей, узнав себя, все идольское сокрушил, посек, пожег. Потом снизошел с горы от Бога, имея прославлен вид плоти лица своего. И если всяк человек – ложь и плоть, то его главнейшее идолочтение, как во всяком человеке, если не удостоился познать себя?

Друг. Моисей в последней своей книге на нескольких местах как самонужнейшее повторяет сие слово: «Внемли себе». Вон послушай.

1

«И ныне, Израиль, послушай. Видите, показал вам оправдания и суды, и сохраните, и сотворите, ибо сия премудрость ваша и смышление пред всеми языками, и рекут: се люди премудрые и умелые! Язык великий сей». А дабы не позабыть оправданий, вот что: «Внемли себе и снабди душу твою крепко».

2

«Господь Бог твой введет тебя в землю благую и многую, где же водотечи водные и источники бездны по полям и горам, в землю пшеницы и ячменя, в землю масличного елея и меда, в землю, на ней же не с нищетою съешь хлеб твой, и ничего не востребуешь на ней». Но что далее? «Внемли-де себе». А для чего? «Да некогда вознесешься сердцем твоим и забудешь Господа Бога твоего, да не скажешь в сердце твоем: крепость и сила руки моей, сотвори мне силу великую сию».

3

«И даст дождь земле твоей во время, ранний и поздний, и соберешь жита твои, и вино твое, и елей твой, и даст пищу на селах скотам твоим». Но что далее? «И кто ел, насытился: внемли себе». А для чего? «Да не обманется сердце твое: и приступите, и послужите богам иным…»

4

«Да не сотворите там всех, когда вы творите здесь днесь, каждый угодное пред собою». Но где там? То-то и дивно, что не знаешь. «Сюда принесете все всесожжения ваши, и жертвы ваши, и десятины ваши, и начатки рук ваших». Так вот! «Внемли себе: да не принесешь всесожжении твоих на всяком месте». Боже мой! Ни Бога слушать, ни жертвы ему приносить, ни где приносить? Ничего нельзя ни знать, ни делать, если не узнать себя самого.

5

О жертвах приказывает так: «Только крови да не съедите: на землю прольете, как воду». Если-де крови не станешь есть, то, конечно, съешь пред Богом твоим. Он сам тебе изберет место. А кушай ты, и сын твой, и дочь твоя, и раб, и раба твоя. Не отгоняй же и левита. Он части не имеет для себя. Его часть – Господь. Прими и пришельца. Но что ж есть левит? То-то и дивно. «Внемли же себе», в то время не оставишь и левита и узнаешь, где-то там?

6

«И не съешь ее (кровь), пусть благо тебе будет и сынам твоим по тебе вовеки, если сотворишь ее, и добро и угодно есть пред Господом Богом твоим». Кто видел, чтоб блаженство состояло в неедении кровей? Однак кричит: «Внемли крепче, чтобы не есть крови». Затем что кровь есть душа животного. Пролей-де землю на землю. Не приноси крови тому, что кровь потребляет. А дабы не сделался язычником через кровавую жертву, так вот: «Внемли себе, да не взыщешь последовать им», то есть язычникам – язычник приносит плоть и кровь Богу.