Психология чемпионов. Мышление, приводящее к победе в спорте и жизни - Боб Ротелла

Тот тренер говорил, конечно, не буквально о металле. Он говорил о неудачах. Все, кого я встречал за годы работы, хотя бы несколько раз в жизни терпели неудачи. Исключительных людей от обычных отличает то, как они реагируют на провалы.

Спорт в этом смысле представляется большой лабораторией, где тестируют эти реакции. Многие из нас ведут такую жизнь, когда выделить неудачу в чистом виде довольно трудно. Иногда трудно понять, что мы переживаем: провал или победу, если только с нами не происходит что-то совсем уж плохое, например увольнение с работы или развод. Но в спорте каждая неделя или даже день вносят в этот вопрос полную ясность. И чаще мы терпим неудачу.

В гольфе полоса невезения – вполне обычное дело. Но ради обострения дискуссии я скажу даже больше: вся эта игра – одна сплошная неудача. Ведь теоретически при игре на восемнадцати лунках вы можете на каждой из них сделать берди, то есть пройти ее на один удар меньше регламента (пара^[51]). Это значит, что весь раунд вы также теоретически можете пройти с результатом пар минус восемнадцать. То есть за 52, 53 или 54 удара. Если посмотреть на итоги любого соревнования в рамках престижнейшей серии PGA Tour, то никто из самых лучших игроков даже близко не подходит к этому уровню. Если вам удастся пройти четыре раунда подряд хотя бы с результатом меньше 70 ударов, вы имеете хорошие шансы победить в любом из недельных турниров этой серии. Считается, что большинство игроков высшей профессиональной лиги в состоянии сделать берди на любой лунке. Таким образом, получается, что никто из этих гольфистов не может играть в силу своих возможностей. Все они постоянно терпят неудачу, если мерить этим критерием.

Победы в турнирах высокого уровня довольно редки даже у лучших спортсменов. В самые хорошие свои сезоны великие Арнольд Палмер, Джек Никлаус и Тайгер Вудс выигрывали соответственно восемь, семь и девять турниров. Это означает, что даже на пике карьеры эти, бесспорно, лучшие игроки побеждали только в половине соревнований, в которых принимали участие. Хорошие профессиональные гольфисты счастливы, если они побеждают в двух-трех турнирах за год. А для середнячка, живущего с участия в самых разных соревнованиях, даже попадание в финал – уже успех. Иногда они вылетают из турниров раньше, не получают никаких денег и уже в пятницу (а все соревнования по гольфу заканчиваются в воскресенье) собирают вещи и уезжают, испытывая горечь неудачи. И это относится не только к гольфистам. Лучшие хиттеры в бейсболе промахиваются в двух третях ударов, а их команды терпят поражения в половине матчей.

В любом виде спорта выдающийся спортсмен должен научиться быть стойким по отношению к неудачам и превратностям судьбы. Я вспоминаю свою встречу с Сэмом Снидом в школе гольфа Golf Digest. Сэм был одним из величайших преподавателей, которых этой школе удалось привлечь к работе в ней. Тогда я приехал туда для того, чтобы рассказать спортсменам о психологических задачах, с которыми они сталкиваются в гольфе. Я говорил, как легко настраиваться в тот период, когда игра идет. Вы помните все свои выдающиеся удары. Люди расточают комплименты. Ваша голова переполнена самыми радужными картинами. Но когда вы попадаете в черную полосу, то помните только о неудачных дальних ударах и промахах при забивании мяча в лунку. Окружающие не устают расспрашивать вас, что случилось с вашей игрой. В такие моменты легко потерять присутствие духа и расстроиться.

Сэм все это хорошо знал. В своей автобиографии он рассказывал, как посредине своей карьеры упорно справлялся с проблемой последнего удара с грина в лунку. Он поехал тогда вместе с Бобби Локке^[52] на показательные выступления в Южную Африку и несколько раз сорвал важные удары в лунку на незнакомых полях. Локке же, как и всегда, производил финальные удары блестяще. Сэм потом никак не мог отделаться от воспоминаний о тех ошибках и спустя годы винил эти воспоминания в том, что у него возникли серьезные проблемы с финальными ударами.

Но когда Сэм был молод и удача благоволила ему, все было по-другому. Тогда он, ложась спать, прокручивал каждую сыгранную партию у себя в голове, видя игру с такой точностью, будто смотрел ее по телевизору. Когда он доходил до неудачного удара, то как будто стирал его и заменял хорошим. Он засыпал, запечатлев в памяти только удачные удары. На следующее утро он просыпался выспавшимся и уверенным в себе.

Это один из тех способов, с помощью которых исключительные люди справляются с неудачами. Они просто отказываются их помнить. Я уже рассказывал, что Джек Никлаус был уверен, что никогда не использовал трех ударов для того, чтобы загнать мяч с грина в лунку на важнейших первенствах категории мэйджор. Сэм Снид решил просто стирать плохие удары из своей памяти.

Мне не нравятся те радио– и телекомментаторы, которые регулярно подтрунивают над командами НБА, проигравшими в финале чемпионатов, за то, что те посещают праздничные мероприятия победителей. Как полагают такие доморощенные эксперты, проигравшая команда, видимо, должна уехать в отель и горевать там по поводу поражения. Такой образ мышления, как мне представляется, – это одна из причин того, что эти комментаторы сидят в своих кабинках вместо того, чтобы самим сражаться в финалах. Самое плохое, что спортсмен может сделать после проигрыша, – это сильно переживать превратности своей спортивной судьбы.

Я вовсе не утверждаю, что человек не должен вообще обдумывать свои неудачи. Очевидно, что важно учиться на своих ошибках. Но между учебой на ошибках и переживанием по их поводу есть большая разница. В гольфе к неудачам лучше всего относиться только как к неприятным инцидентам. Гольфисты часто промахиваются. Даже лучшие из них нередко загоняют мячи в яму с песком и с трудом его выбивают оттуда. Когда такое случается, они не должны зацикливаться на этом. Плохой удар уже в прошлом, а гольфисту необходимо быть в настоящем. Для спортсмена еще хуже, когда он не просто долго думает о своих ошибках, а еще и строго судит себя за них: «Я ужасно плохо играю в песчаной зоне».

Вместо этого, когда мяч скатывается к вашим ногам, ударившись о склон песчаного бункера, нужно просто отойти на шаг, обдумать очередной удар и попытаться выполнить его как можно лучше. После окончания раунда спортсмен имеет право подумать над причиной ошибки и наметить для себя конкретную программу дополнительных тренировок, чтобы минимизировать промахи в будущем.

Я вспоминаю, как несколько лет назад великий Майкл Джордан рассказывал об уроке, полученном от выдающегося тренера Дина Смита^[53], по поводу того, как нужно справляться с неудачами. Тогда Майкл покинул команду Университета Северной Каролины и пару лет поиграл в НБА. В межсезонье он возвратился в Чапел-Хилл^[54] поиграть с другими выпускниками университета и пообщаться с тренером Смитом.