Не хочу стареть! Энциклопедия методов антивозрастной медицины - Инга Фефилова

Как говорил малосимпатичный мультяшный персонаж: «Поели, можно и поспать». Сон – неотъемлемая часть нашей жизни. Необходимость спать генетически предопределена, но с возможностями реализации этой необходимости иногда возникают проблемы, которые усугубляют тяжесть стресс-ответа.

В деятельности антистрессорных механизмов сну отводится важная роль как многофункциональному и саморегулирующемуся процессу подготовки мозга для последующего бодрствования, активно участвующему в адаптации при остром и хроническом стрессе.

Обязательным компонентом стресса является изменение деятельности адаптационной антистрессорной системы сна (АСС). Это совокупность механизмов, обеспечивающих единый процесс чередующихся стадий сна. Ее ночные возможности позволяют оптимизировать приспособление организма к дневной окружающей среде и отчасти определяют стрессоустойчивость в целом. Особенностью системы является то, что она работает – даже при отсутствии факторов стресса – в течение всего времени сна.

Лицам, подверженным постоянным стрессовым воздействиям, рекомендуется уделять особое внимание питанию, поддерживающему в организме адекватный уровень питательных веществ. В первую очередь это касается белка, уровень которого должен соответствовать нормам для имеющих нарушения обмена глюкозы.

К сожалению, несмотря на глубину народной мудрости, содержащейся в пословице «Утро вечера мудренее», сон не является «выключателем» постстрессовых биохимических событий. Стрессовая реакция начинается в бодрствовании и продолжается во время всего ночного сна, а при хронических стрессах – в течение нескольких циклов «сон – бодрствование». Реакция сна имеет как общие, так и частные физиологические закономерности. Сила и направленность действия стресса в период бодрствования определяются сочетанием длительности его воздействия и индивидуальными, в том числе генетическими, особенностями человека.

Разнообразные специфические изменения сна зависят от типа воздействия, пола человека, его возраста, конституции и генетически обусловленной стрессоустойчивости, про которую мы уже говорили. Изменения сна можно обнаружить не только во время и сразу после стресса, но и через несколько дней после окончания его воздействия, что может служить причиной развития нарушений ночного сна в будущем.

Тесное взаимодействие антистрессорных механизмов бодрствования и сна определяет адаптивные возможности организма. В период бодрствования человек в состоянии влиять на ситуацию, меняя программу поведения в соответствии с внутренним ощущением своих возможностей. Но в период сна повлиять на активность работы адаптационных систем уже не получится. Недостаток реализации целевой антистрессорной функции сна может приводить к уменьшению функциональных возможностей человека в период бодрствования. Это когда сон не приносит желаемого облегчения. Бодрствование, при котором человек не учитывает особенностей предшествующего сна, может быть абсолютно дезадаптивным. Это когда день «не задался». При несоответствии функционального смысла «сна» возможностям последующего «бодрствования» возникает адаптационный диссонанс (АД), что может вызывать усиление дневных реакций стресс-ответа.

Необходимость во сне с возрастом не уменьшается. На протяжении жизни взрослого человека необходимое количество сна остается неизменным. Однако перемены в стадиях сна кардинально меняют его качество.

Профилактика на стрессовом и постстрессовом этапе должна учитывать особенности не только адаптационной антистрессорной системы сна (АСС), но и всех проявлений бодрствования как факторов, способных поддерживать и даже усугублять хронический стресс.

Исследователи из Чикагского университета отметили, что биологические признаки ускоренного старения наблюдаются у здоровых молодых людей менее чем через неделю, на протяжении которой они спали менее 4 часов в день, что проявлялось в повышении уровня кортизола, преобразовавшего физиологические данные двадцатилетних наблюдаемых так, как если бы они были людьми средних лет.

Исследования установили, что люди, спящие менее шести часов в сутки, больше подвержены риску увеличения веса. Здоровые испытуемые обоего пола (от 23 до 45 лет), которые спали меньше 6 с половиной часов в день на протяжении восьми ночей подряд, обнаружили гораздо более низкую чувствительность к инсулину, чем те, кто спал от 7 до 8 часов в сутки.

Многие важные процессы иммунной системы происходят во время сна, поэтому «постельный режим» предписывается как одно из основных лечебных средств при многих болезнях. Сокращение времени сна приводит к уменьшению как выработки, так и работоспособности антител. У здоровых мужчин в возрасте 20–30 лет наблюдалось увеличение на 40–60 % уровня воспалительного маркера крови ИЛ-6, который связывают со многими хроническими заболеваниями, когда они спали по 6 часов в сутки на протяжении 8 ночей подряд.

Результаты исследований показали, что по сравнению с женщинами, спавшими по 8 часов в сутки, риск получить заболевания сердца у женщин, спящих менее 5 часов в сутки, был на 82 % больше.

Практически во всех случаях нарушение сна связывается с повышением уровня гормона, ответственного за устойчивость к стрессам, – кортизола. Поэтому закономерным выводом результатов исследований является понимание того, что нарушение сна является фактором стресса, ускоряющим старение.

Исследования установили, что люди, спящие менее шести часов в сутки, больше подвержены риску увеличения веса.

Необходимость во сне с возрастом не уменьшается. На протяжении жизни взрослого человека необходимое количество сна остается неизменным. Однако перемены в стадиях сна кардинально меняют его качество.

При физиологическом старении снижается общая длительность сна, увеличивается длительность поверхностных стадий, увеличивается время засыпания, возрастает двигательная активность во сне, возникает фрагментация сна, отмечается большая сохранность фаз быстрого сна по отношению к фазам медленного сна.