Назад на Землю. Что мне открыла жизнь в космосе о нашей родной планете и о миссии по защите Земли - Николь Стотт

Когда Джона Янга, одного из лучших астронавтов всех времен и командира экспедиции, спросили перед самым первым пилотируемым полетом по программе «Спейс шаттл», волнуется ли он, он ответил: «Если человек, сидящий на верху крупнейшей в мире системы, работающей на водороде и кислороде, и знающий, что снизу вот-вот включат двигатели, не волнуется, значит, он не до конца понимает ситуацию». И это говорит первый человек, шесть раз побывавший в космосе: дважды – на космических кораблях «Джемини» («Джемини-III» и «Джемини-X»), дважды – на «Аполлонах» («Аполлон-10» и «Аполлон-16», причем он не только прошелся, но и прокатился по Луне) и дважды – на шаттлах (полеты STS-1 и STS-9).

При запуске в космос все происходит стремительно, медленно тянется лишь предшествующая ему подготовка. Тренировки космонавтов в основном нацелены на то, чтобы научить нас находить выход из ситуаций, грозящих гибелью. Многое может пойти не так при запуске корабля с мощностью взрыва в несколько мегатонн, а затем во время работы космической станции, когда от смертоносного космического вакуума нас отделяет лишь тонкий металлический корпус. Три ситуации классифицируются как чрезвычайные: пожар, проникновение в атмосферу станции токсичных веществ (например, аммиака) и быстрая разгерметизация (выход воздуха с космической станции в космический вакуум). Каждая из этих ситуаций опасна для жизни и требует немедленных действий.

Примерно через неделю после начала моего первого полета в космос меня разбудил посреди ночи резкий, пронзительный сигнал аварийной сигнализации, который очень напоминает звук домашнего детектора дыма, только громче. Когда сигнал сработал посреди ночи на станции, у меня подскочил адреналин, но паники я не чувствовала. Сразу вспомнились все тренировки, я была готова приступить к работе и внести свой вклад в ликвидацию возможной чрезвычайной ситуации. Выплывая из своего отсека, я была рада наблюдать, что все товарищи по экипажу вели себя так же. Все среагировали так, как нас учили, и выполняли необходимые действия подчеркнуто спокойно. Каждый из нас проверил, все ли в порядке с остальными членами экипажа. Мы присматривали друг за другом и сделали все не обходимое, чтобы побыстрее отключить сигнал тревоги, связаться с центром управления полетами и вместе выполнить все пункты плана по устранению неполадок и решению проблемы.

В ту ночь нас поднял сигнал тревоги из-за разгерметизации. К счастью, корпус станции был цел. Как только мы убедились, что драгоценный воздух не выходит в космос, все поплыли обратно в свои отсеки и снова заснули (хотя, наверное, чуть менее крепко, чем до того).

Столь же впечатляющее для меня и то, что позволяло гордиться и придавало уверенности – не наша техническая способность справиться с ситуацией, а то, насколько хорошо мы среагировали на нее как одна команда. Сигнал тревоги периодически включался во время всего полета, и каждый раз мы реагировали как настоящий экипаж, решая сложную задачу ради всей станции. Мы никогда не задумывались о том, какой из частей МКС угрожает опасность. Никто не надеялся про себя, что проблема только с российской частью станции, а не американской, или наоборот. Мы знали: если нам не удастся исправить чрезвычайную ситуацию в любой структуре, это может оказаться гибельным для всех нас.

В мире астронавтов есть правило: «медленнее значит быстрее». Я убедилась, что это верно в любой ситуации, особенно в чрезвычайной, и дело тут не столько в быстроте реакции, сколько в понимании, когда именно нужно действовать, а также в четком выполнении необходимых шагов. Точность достигается только спокойствием, а оно приходит с осознанной практикой. Короче говоря, суть правила «медленнее значит быстрее» в том, чтобы сохранять готовность и делать все верно с первого раза.

Протокол, который NASA использует для реализации подхода «медленнее значит быстрее» в аварийной ситуации на космическом корабле, заключается в том, что каждый член экипажа должен помнить и осознанно и старательно выполнять самые необходимые действия: в списке правил выживания это выделено жирным шрифтом. Как только мы сделаем все необходимое, космический корабль будет в безопасной конфигурации, и мы сможем посоветоваться с наземным центром управления полетами и предпринять дальнейшие действия, чтобы выяснить, что случилось, вернуться к нормальной работе и попытаться предотвратить повторение данной чрезвычайной ситуации.

Не вдаваясь в подробности протокола, определяющего, как нам вести себя в каждой из возможных чрезвычайных ситуаций, угрожающих жизни, скажу, что во всех списках правил поведения в потенциально опасных ситуациях есть несколько важнейших пунктов.

1. Выживание экипажа. Мы определяем выживание экипажа как выживание всей команды, а не ее отдельных членов. Поэтому прежде всего надо проверить, на месте ли все товарищи по экипажу и все ли с ними в порядке. Никогда не бросать своих людей (и женщин тоже, вот спасибо).

2. Не психовать. Понятно, что пожар на космической станции вызывает выброс адреналина, но мы должны использовать этот адреналин с пользой. Мы тренируемся, чтобы научиться управлять этим зарядом энергии, чтобы реагировать на чрезвычайные ситуации спокойно, уверенно, без шума и колебаний.

* * *

Гай Юлий Цезарь, первый римский император, правивший с 27 года до н. э. до своей смерти в 14 году н. э., любил повторять Festina Lente – «Спеши медленно»^[62]. Ему так нравилось это выражение, что на римских монетах встречаются отчеканенные символы этой поговорки – краб и бабочка, кролик в раковине улитки, дельфин, обернувшийся вокруг якоря (который, видимо, был неподвижен). Из символов этой поговорки мне больше всего нравится черепаха с парусом на спине. Цезарь нередко упоминал любимую поговорку в своих речах, и известно, что ему принадлежит высказывание: «То, что сделано хорошо, сделано в меру быстро». Он имел в виду, что действовать надо, соблюдая верный баланс быстроты и усердия.

Правило «спеши медленно» в первую очередь связано с инновациями в военном деле. Версия военно-морского спецназа, которых называют «морскими котиками», звучит так: «Медленно, значит плавно. Плавно, значит быстро». Иными словами, «котикам» не надо торопиться, потому что их движения стратегически важны. И можете мне поверить, перед участием в боевых действиях спецназ долго тренируется. Когда видишь их в деле, понимаешь, что группы действуют как единое целое, подчеркнуто спокойно, с молниеносными движениями лишь по мере необходимости.