Интеллектуальная собственность в бизнесе: изобретение, товарный знак, ноу-хау, фирменный бренд... - Микаэл Дашян

СУДЕБНЫЕ СПОРЫ

К примеру, из судебного разбирательства между коммерческой организацией и налоговым органом следует, что уставный капитал общества оплачивается путем передачи права распространения произведения. На основании авторского договора указанное право принадлежит гражданке Б. Решения арбитражного суда и его апелляционной инстанции основывались на том, что спорное право не передано учредителем обществу, поскольку договор о передаче этого права между учредителем и обществом не заключался. Но постановлением ФАС Северо-Западного округа от 7 октября 2003 г. N А56-9527/03^[96] оба указанных судебных акта были отменены. Это было обусловлено иной юридической трактовкой ситуации.

Дело в том, что для передачи прав на произведение хозяйственному обществу вовсе не требовалось заключения специальных авторских договоров. Гражданка Б. (которая, собственно, и внесла в уставный капитал соответствующее право) заключила ранее авторский договор с автором произведения, обладающим на него исключительным правом. В договоре было предусмотрено, что автор предоставляет Б. на срок действия договора неисключительное право на распространение произведения, а Б. может использовать указанное право, в том числе при оплате уставного капитала коммерческой организации. При этом указанным правом согласно авторскому договору Б. может воспользоваться не более ста раз. Таким образом, правомерность внесения прав на произведение в уставный капитал была доказана.

Аналогично дело обстоит и в софтверной области, так как в России, к сожалению, сейчас нет механизма выдачи свидетельств государственного образца, подтверждающих наличие исключительных прав на программы для ЭВМ и базы данных. Скептически настроенный читатель, несомненно, возразит, вспомнив о возможности добровольной регистрации, предусмотренной ст. 1262 ГК РФ, в соответствии с которой правообладатель в течение срока действия исключительного права на программу для ЭВМ или на базу данных может по своему желанию зарегистрировать такую программу или такую базу данных в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. Следовательно, не исключена возможность оспаривания прав на программные продукты, которые внесены в уставный капитал и наличие которых подтверждено свидетельством о регистрации программы или базы данных.

Но наиболее сложной представляется ситуация в сфере отнесения той или иной коммерчески ценной информации к ноу-хау (как к объекту интеллектуальной собственности). В целом ноу-хау представляется одним из наиболее интересных и загадочных (в силу недостаточного проработанного законодательного регулирования) объектов.

Дело в том, что наличие ноу-хау весьма сложно подтвердить или опровергнуть. Почти любая информация обладает определенной коммерческой ценностью, и руководство каждой организации может давать «всяческие заверения», что осуществляется квалифицированная защита данной информации от третьих лиц и что она приносит прибыль. Но так ли все в реальности? Как точно оценить уровень соответствия современным нормам информационной безопасности при защите ноу-хау, да и вообще, существует ли это ноу-хау? Такими вопросами нередко руководствуются налоговые службы.

Причем некоторые примеры из судебной практики свидетельствуют о том, что наиболее оптимальным способом «идентификации» права на использование ноу-хау является подписание лицензионного договора. Однако действующее законодательство не содержит условий об обязательности регистрации лицензионных договоров о передаче ноу-хау. Не прописан там и механизм действия автора ноу-хау, который пытается «отразить» секреты производства в уставном капитале своего предприятия.

Используемые сейчас методы подтверждения исключительных прав приводят к тому, что налоговые органы попросту оспаривают само наличие ноу-хау, в то время как учредитель может искренне полагать, что его творение имеет признаки ноу-хау.