Смерти нет, я знаю! Правдивая история о том, что нас ждет за последней чертой - Лаура Лейн Джексон

Наконец я разглядела, что это девушка – молодая двадцатилетняя женщина. Информация была слабая, но это мне удалось разобрать.

– Вы психиатр, – сказала я ее матери. Лицо у женщины застыло. Затем я увидела здание колледжа и буквы – три буквы. – Ваша дочь говорит, что отправилась в Нью-Йоркский университет, – сообщила я. Девушка показала мне, где жила ее мать, и еще несколько деталей, а затем показала животных, мелких животных – кошек.

– Дочь хочет сказать вам спасибо за заботу о ее котах, – сказала я. – Она очень благодарна, что вы так ласковы с ними.

Подробность про котов сработала. Я почувствовала, как энергия ее матери полнее открылась к считыванию и посланиям дочери.

Затем молодая женщина показала мне, как она умерла, хотя я уже знала. Она убила себя.

Самоубийцы часто проявляются как тусклые огоньки. Дочь этой женщины так долго ждала и не проявлялась, потому что не хотела, чтобы факт ее самоубийства всплыл в присутствии других родителей. Она выждала, пока мать не окажется одна.

Она показала мне, как однажды, в шестнадцать лет, уже пыталась убить себя и как мама изо всех сил старалась тогда ей помочь. Затем она показала мне, как ей это наконец удалось – наглоталась таблеток – и дала понять, что собиралась так поступить независимо от усилий матери и кого-либо еще. Это был ее выбор. Ее выход. Она прервала путешествие своей души на земле и только после перехода осознала, каким даром является жизнь.

Я рассказала все это ее матери, та плакала. Начавшееся еле-еле соединение сделалось сильным и глубоким. Я чувствовала поток невероятной любви между этой матерью и ее дочерью.

И впервые за вечер по моему лицу покатились слезы. Это был один из самых сильных моментов, какие мне довелось пережить.

– Ваша дочь хочет, чтобы вы знали, что если бы она понимала, как плохо вам будет, как будет больно, она бы никогда этого не сделала, – продолжала я. – Она ужасно сожалеет о своем поступке.

Теперь мы подобрались к самому главному. Именно это матери больше всего нужно было услышать.

– Дочь хочет поблагодарить вас, – сказала я. – Она хочет сказать спасибо за ваше старание и понимание. Но больше всего она хочет поблагодарить вас за то, что вы сделали для нее после ее ухода.

В практически пустом зале я озвучила сообщение:

– Дочь хочет сказать вам спасибо за то, что вы простили ее.

Я провела с матерью девушки сорок минут. Когда мы закончили, Боб и Фран обняли меня и поблагодарили. Они были очень довольны тем, как прошел вечер. Что до меня, то вся прежняя усталость после этого финального считывания испарилась. Напротив, меня переполняла энергия. Я сумела помочь всем родителям вступить в контакт с их детьми и доставить эти чудесные послания любви. Осознание того, что я это могу – что я могу играть роль в этом чудесном процессе исцеления – имела для меня огромное значение. В тот миг я раз и навсегда поняла, что способности, которые я считала проклятием, на самом деле – благословение.

Я села в машину и рванула домой. Меня так распирало от восторга, что в голове жужжало. Знаю, это звучит странно, учитывая, что я только что четыре часа проговорила с горюющими родителями о немыслимо печальных событиях. Но на самом деле мы все стали участниками волшебного мгновения. Дети были там, со своими родителями, в том зале! Любовь никогда не перестает!

Вечер был посвящен вовсе не тьме и смерти. Он оказался наполнен светом, жизнью и любовью.

Было одиннадцать вечера. Я позвонила Гаррету и рассказала, что вечер прошел на ура.

– Я же говорил, – ответил он.

– Скоро буду, – сказала я.

И ровно в момент произнесения этих слов я осознала, что в машине я не одна. Дети по-прежнему были со мной.

Не то чтобы у них остались непереданные послания. Просто они, как и я, не могли успокоиться. Все мои сеансы обладают эффектом треугольника, складывающегося из трех энергий – моей, адресата и Потусторонних. Все мы в тот вечер испытывали одно и то же. У детей тоже кружилась голова. Вскоре они оставили меня, но я по-прежнему ощущала присутствие в машине. Это был ребенок, но не один из тех, кто проявился в конференц-зале. И у этого ребенка имелось ко мне послание.

Я свернула в проезд и тихонько зашла в дом. Крепко обняла и поцеловала Гаррета и на цыпочках прокралась посмотреть, как там спят мои дети. Просочилась в комнату к Эшли и замерла над ней. Мой ангел, мой драгоценный ангел. Я нагнулась, поцеловала ее в щечку и прикрыла одеялом плечики. Затем пробралась в комнату к Хейдену, поцеловала его и подоткнула одеяло. Нежно провела пальцами по его мягким волосам. Я старалась никогда не воспринимать мгновения, проведенные с моими детьми, как данность. Уж я-то знала. Знала, как мне повезло.

На кухне я положила себе гору картошки с подливкой и ела так, словно неделю во рту крошки не было. Затем сказала Гаррету, что у меня осталось еще одно небольшое дельце, ушла к себе в спальню и закрыла дверь.

Во время группового сеанса в ФВС я помнила, что у Фран и Боба тоже ушла дочь, но не знала ничего ни о ней самой, ни о том, как она ушла.

Я знала только, едучи домой из Хантингтон Хилтон, что внутренним зрением вижу именно их дочь, Бейли.

Я бы позвонила Бобу и Фран, но опасалась, что уже слишком поздно для звонка. Вместо этого я написала им по электронной почте.

Фран с Бобом весь вечер оставались за кадром. Они сидели в сторонке, молча подбадривая горюющих родителей, мысленно уговаривая их детей проявиться. Они отодвинули собственную боль, собственную потерю и сосредоточились на помощи другим родителям.

Но теперь послание пришло и им.

«Все проявившиеся дети благодарят вас за то, что вы сделали это событие возможным, – писала я. – По словам Той Стороны, вы исцеляете больше людей, чем знаете сами».

«Бейли так гордится вами, – продолжала я. – Я видела, как она стояла за всеми детьми на моем экране, сияя от гордости и радости. Она такая красивая».

Бейли также хотела отметить приближение важной даты. «Нет ли у вас в семье у кого-то дня рождения или годовщины на днях? – спросила я. – Бейли настаивает, что дата важная, и передает, что всегда будет частью вашей жизни».

На следующий день Фран ответила. Она тепло благодарила меня за сеанс и сообщала, что через три дня наступала годовщина ухода Бейли.

«Бейли точно была с вами в тот вечер», – писала Фран.

Некоторым детям не суждено пробыть здесь долго. Некоторые приходят на совсем короткий срок, но за это время получают и дают глубокие уроки любви. И их воздействие на мир не прекращается с переходом. Они всегда с нами, чтобы учить нас любви. Бейли провела здесь всего пятнадцать лет, но она продолжает менять наш мир к лучшему. Благодаря невероятной любви к ней Фран и Боб создали Фонд вечной семьи. И теперь они втроем – Боб, Фран и Бейли – трудятся вместе как команда света и исцеления.