Войны мозга. Научные споры вокруг разума и сознания - Марио Борегар

Большинство экспертов согласны с тем, что гипноз – совместное социальное взаимодействие, в котором один человек, объект гипноза, демонстрирует высокую степень сосредоточенности и восприимчивости к словесным внушениям со стороны другого человека, гипнотизера. Но в этом вызванном гипнотическом состоянии разумом руководит гипнотизер, который делает конкретные внушения, чтобы помочь объекту гипноза изменить состояние здоровья, восприятие, поведение. Для того чтобы ввести объект гипноза в гипнотическое состояние, гипнотизер обычно просит того закрыть глаза, дышать особым образом (с целью успокоить и отрегулировать дыхание) и вообразить себе расслабляющую обстановку («Представьте, что вы идете по длинному ровному белому пляжу… слышите, как волны плещут о берег…»). Так объект гипноза расслабляется и открывается для внушений гипнотизера.

Однако гипноз не обязательно подразумевает наличие второго человека. Гипнотические внушения можно выполнять самостоятельно: состояние гипноза, вызванное у самого себя, называется аутогипноз (или самогипноз). Многие специалисты считают, что, принимая внушения гипнотизера, мы на самом деле гипнотизируем сами себя. Другими словами, любой гипноз – по сути дела аутогипноз, даже когда ему способствует посторонний гипнотизер.

Поскольку гипноз – это не феномен из рода «либо есть, либо нет», а скорее совокупность тесно связанных явлений, большинство из нас поддаются ему в той или иной степени.

Однако многие утверждают, что их загипнотизировать нельзя. Для такой убежденности существует ряд причин, и в их числе – вера в то, что гипнозу подвластны лишь слабовольные наивные глупцы. Однако это мнение ошибочно. На самом деле исследования показали, что наилучшие кандидаты для гипноза умны и сосредоточенны. Исследователи обнаружили, что по склонности полностью проникаться фантазиями или образами – такими как в книгах и фильмах, – и по умению отгораживаться от окружающего мира удается с максимальной точностью определить, поддается человек гипнозу или нет^[200].

Некоторые ошибочно полагают, что загипнотизированного человека можно принудить к чему-либо вопреки его воле. Это убеждение подкрепляют выступления в ночных клубах, когда эстрадные гипнотизеры якобы заставляют добровольцев, вызванных из зала, выставлять себя на посмешище: кудахтать, рыдать как младенец, совершать другие глупые и нелепые поступки. В действительности же объекты гипноза, находясь в состоянии гипноза, не теряют полностью контроль за своим поведением и не делают ничего такого, к чему не были бы склонны в любом другом состоянии.

* * *

Современная история гипноза началась на заре XIX века с шотландского хирурга Джеймса Брейда. Пользуясь методом зрительной фиксации, Брейд мог вызывать состояние транса. Кроме того, он открыл важность использования внушений, ему также приписывают введение термина «гипнотизм» – действие, посредством которого вызывают гипноз^[201].

К середине XIX века анестезии в современном понимании еще не существовало, и страшная боль была неразрывно связана с каждой хирургической процедурой. Английский хирург Джон Эллиотсон, профессор медицины в Университетском колледже Лондона, а также его протеже, шотландский хирург Джеймс Эсдейл, военный врач, служивший в Британской Ост-Индской компании, предложили использовать гипноз в качестве терапевтического инструмента с целью снижения боли при операциях. Для того чтобы проверить свое предположение, Эллиотсон и Эсдейл провели сотни хирургических вмешательств, при которых единственной анестезией был гипнотический транс.

К операциям, которые Эсдейл проводил в Бенгалии в 1845–1851 годах, относились в том числе ампутации груди, пенисов, конечностей, опухолей мошонки (вызванных филяриозом – инфекционным тропическим заболеванием, переносчиками которого являются москиты). Вот как Эсдейл описывает случай опухоли мошонки у сорокалетнего лавочника Гуручхуан Шаха:

Его «чудовищная опухоль» мешает ему передвигаться; из-за огромного веса и из-за того, что она много лет служила ему письменным столом, она приобрела свою нынешнюю форму. Его пульс слаб, ступни отечны, поэтому попытка удалить опухоль сопряжена с огромным риском, но с таким придатком жизнь превращается в буквальном смысле слова [в бремя]. На четвертый день месмеризации [гипноза] он утратил чувствительность, его уложили, сдвинув вместе с матрасом в ноги кровати (как я обычно делаю): два человека затем придерживали опухоль на простыне и в то же время тянули ее вверх, и в присутствии мистера Беннетта я удалил ее путем кругообразного разреза, и безопасность пациенту могла обеспечить лишь стремительность моих действий. Венозная кровь хлынула потоком, но к счастью, скоро остановилась; после перевязки последнего сосуда матрас передвинули в прежнее положение вместе с пациентом, и в этот момент он очнулся. Потеря крови была так велика, что он немедленно потерял сознание, и понадобилось некоторое время, чтобы привести его в чувство. Придя в себя, он сказал, что очнулся, когда матрас перетаскивали обратно, и что его ничто не беспокоило. Опухоль весила 80 фунтов – вероятно, самая крупная, какая когда-либо была извлечена из человеческого организма. По-моему, очень велика вероятность того, что в случае ускорения кровообращения от боли и усилий, или если бы шок для организма усилился физическими или душевными страданиями, этот человек истек бы кровью до смерти или никогда не оправился бы от последствий операции. Однако внезапная кровопотеря – все, с чем ему пришлось бороться, и он, несмотря на слабость, победил в этой борьбе, и все у него сложилось отлично^[202].

Примечательно, что операции под гипнозом проводились без боли и с крайне низким показателем осложнений: в сущности, показатель смертности снизился до всего 5 % в то время, когда смертность от хирургических вмешательств достигала в целом 40 %. Эсдейл приписывал этот позитивный результат успешному облегчению боли с помощью гипноза^[203].

Вскоре после новаторских трудов Эллиотсона и Эсдейла такие химические анестезирующие средства, как эфир и хлороформ, приобрели популярность и заменили гипноз в качестве анестезии при операциях. Однако потенциальную пользу гипноза отмечали многие наблюдатели.

В самом начале ХХ века гипноз стал предметом научных исследований; американские ученые, проявившие интерес к этой зарождающейся сфере, приобрели больше влияния, чем их европейские коллеги. Пик увлечения исследованиями гипноза пришелся на 60-е годы ХХ века. Сегодня научные исследования гипноза по-прежнему развиваются, гипноз широко применяют в различных сферах клинической психологии и медицины. В настоящее время он доступен пациентам лучших медицинских центров США, в том числе Маунт-Синай и Бет-Израэль в Нью-Йорке, в Кливлендской клинике Огайо и в Стэнфордской больнице в кампусе Стэнфордского университета в Пало-Алто, Калифорния^[204].