Кот, который знает все. О чуде исцеления души и тела, доступном каждому - Валентин Ревнов

– Именно это я и хочу сказать! И не уводите разговор в сторону от Ивана! Почему я разговариваю с дедом, а не с родителями? Дед юридически не отвечает за внука! – отчеканила она.

– Вообще-то я не дед, а прапрапрапрапрапрапрапрапрадед, и не Ивана, но это не столь важно для продолжения разговора, – мягко сказал старец.

Татьяне Георгиевне показалось, что она попала в сумасшедший дом. Ей стало на секунду страшно. «Нужно спасать Ивана, – мелькнуло у неё в голове. – В квартире террористы, семья взята в заложники. Нет, не может быть, слишком все радостные. У меня галлюцинации! – она ущипнула себя за ногу и вскрикнула.

– Любезная Татьяна Георгиевна, мы не террористы, а это не галлюцинации, – промолвил старец. – Мы совершенно реальны, можете пощупать всех нас, а не щипать себя. К тому же вам не помешает посидеть здесь и послушать нашу беседу. Как раз сегодня мы хотели поговорить о детях и привели вас сюда.

– Хорошо, что я её впустила, – подумала Мария Петровна.

Татьяна Георгиевна «сдулась», весь запал её исчез. Она превратилась в грустную скромно одетую одинокую женщину, отдавшую всю жизнь бесцельной борьбе с нерадивыми учениками и их родителями.

– Вы всю жизнь боролись: с собой, начальством, учениками, – молвил старец. – Из ваших рук не вышло ни одного ученика, любящего вас и ваш предмет.

– Ну как же так, это неправда! – с пафосом сказала учительница.

– Обернитесь и посмотрите на экран – это ваши ученики.

На экране появилась женщина, бойко торгующая шапками на рынке, мужчина, готовящий шаверму… Мелькали и другие молодые и не очень лица.

Татьяна Георгиевна всплеснула руками:

– Иванова Таня, надежда всей школы! Эдик! Почти медалист! Людочка! Сашенька! Гришенька…

Закрыв лицо руками, она замолчала.

Бесстрастный экран показал молодого человека в тюремной робе.

– Это же Серёжа! Талантливый химик! – воскликнула она. – За что?!

– За изготовление наркотиков и их сбыт, – с сочувствием ответил старец.

Ванька был ошеломлён. Он никогда не видел Татьяну Георгиевну такой простой, понятной и подавленной. Ему стало очень жаль её.

– Не расстраивайтесь, пожалуйста. Мы вас, несмотря ни на что иногда почти любим, – пытался её успокоить Ванька.

– Иногда? Почти? – всхлипнула учительница.

Их беседу прервал мудрец по имени Джо Ви.

– Я хочу рассказать вам об одной учительнице, её зовут Марва Коллинз, из Чикаго. Она преподавала в гетто, небезопасном, густонаселённом районе в центре города. Проработав некоторое время в школе, она полностью разочаровалась в методах обучения и ушла с работы. На втором этаже собственного дома она открыла свою школу. Сначала у неё учились пятеро детей, двое из которых были её собственными. Других троих система отвергла как трудных, «особых». Они были неграмотны и не поддавались никакому обучению – во всяком случае, по мнению официальной системы образования. Марва взяла их в свою школу и всячески поощряла. Она по-настоящему любила этих детей, хотя некоторые из них даже сами себя не любили, и, по сути, стали жертвами своей обособленности.

Марва учила детей читать, писать и правильно говорить. Год спустя они сдали тесты, и, оказалось, каждый из них получил на пять баллов больше, чем остальные, обычные дети. Книга «Путь Марвы Коллинз» приобрела огромную популярность, и это позволило её автору открыть большую частную школу. Правда, она смогла принять в неё только двести детей, тогда как в списке желающих значилось ещё восемьсот! Уму непостижимо! Ведь женщина брала детей, считавшихся жертвами, дарила им свою любовь, поддерживала и ободряла их, находила в них всегда что-то хорошее – и это главное. Она не критиковала их, когда они делали что-то неправильно, и поощряла, когда они этого заслуживали.

Поощрение во много раз усиливало результаты в той сфере, которой она уделяла внимание. Если вы концентрируетесь на чём-то, то этого в вашей жизни становится больше, – закончил Джо Ви.

– Получается, что учеников следует поощрять, хвалить, а мы только ругаем. Как будто стегаем ослика, а не даём ему морковку, чтобы он сам за ней бежал… – тихо и задумчиво произнесла Татьяна Георгиевна. – Как же я сама до этого не додумалась! Так поэтому у учеников есть любимые учителя! А мы между собой их осуждали, думали, что они подлизываются к ученикам. А у них действительно показатели учёбы выше… Вон как у Алины Юрьевны, нашей англичанки! За ней никто угнаться не может по показателям. И ученики обожают её и её английский.

Ванька кивнул.

Татьяна Георгиевна засобиралась, тихо попрощалась со всеми, поблагодарила и медленно в раздумьях побрела в квартирку, где её никто не ждал.

– Не волнуйтесь за неё, она скоро выйдет замуж за успешного предпринимателя и откроет свою школу, основанную на любви, – сказал мудрец, и экран показал новую школу.