На электричках. Путешествие из Владивостока в Москву - Александр Лучкин

В Чернышевск поезд прибывал утром. Вагон был чистый, белье свежее, в титане — кипяток. Я позавтракал и принялся готовиться к дневке. Сутки мне предстояло провести в Чернышевске в ожидании следующего поезда. Единственный пригородный поезд Чернышевск — Шилка отправился за час до моего прибытия. Не всегда поезда в расписании стыкуются идеально.

Сойдя с поезда, я пошел вдоль состава по перрону. Несмотря на раннее солнечное утро, электронные часы на фасаде вокзала показывали 23:55 — московское время.

На железной дороге есть практика, когда к пассажирскому поезду подцепляют спецвагоны: рельсосмазыватели, путеизмерители, вагонзаки, почтовые и багажные вагоны. В хвосте моего поезда был прицеплен «столыпинский вагон» (вагонзак) с пересыльными заключенными. С перрона была видна только глухая ребристая стена вагона с двумя зарешеченными окнами. Сквозь решетку просматривались силуэты вохровцев. Из тонкой и длинной трубы, выходившей из-под вагона, журчала вода.

Снаружи вагон похож на почтовый, но есть одно важное отличие. На борту почтового вагона имеется погрузочный люк. У «столыпинского» же там глухая стена, а за ней — деревянные полки с заключенными. К «столыпинке» прицепили вагон-рельсосмазыватель. У его подножки, дожидаясь отправления поезда, стоял оператор в ярко-оранжевом жилете со светоотражающими полосами.

Почти вся Забайкальская дорога лежит на деревянных шпалах. Плети рельсов короткие, стыки частые — отсюда характерный частый перестук колес. Там, где лежат бетонные шпалы, путь перешивают на бесстыковой. Рельсы сваривают между собой в длинные плети, избавляясь от стыков. Длина каждой плети пути получается 800 метров. Чтобы сделать такой путь, нужна сложная рельсосварочная машина. Колеса на бесстыковых участках не стучат и меньше изнашиваются. Все это мне рассказал оператор вагона-рельсосмазывателя. Работа нравится, жить в крае тоже нравится, и Читу, где он живет, ни за что не променял бы на другой город.

Чернышевск-Забайкальский — поселок маленький. Закупив необходимый провиант, я отправился на реку. Вдоль извилистого русла проходит магистраль Транссиба, огибая холм. За ним железная дорога и река разбегаются в разные стороны. Я пошел вдоль реки и вскоре обнаружил место для дневки. Небольшая уютная поляна, аккурат под размер палатки, с трех сторон скрыта от дороги деревьями. В 30 метрах вверх по течению — крохотный пляж. Лучше не придумаешь!

Пекло полуденное солнце, но деревья давали благодатную тень. Разбив палатку, я искупался в речке и улегся на берегу. На море в Находке у меня обгорела и облезла кожа на спине, теперь же появился шанс выровнять загар.

Толком позагорать не получилось: стала доставать мошкара. Сперва неназойливо, но скоро уже не спасала и противомоскитная куртка. Я спрятался от насекомых в палатке, где было тихо и прохладно. Мошка билась о тент, но внутрь не проникала. Вскоре солнце переместилось по небосклону и светило уже со стороны реки. Палатка нагрелась и превратилась в духовку. Я вылез наружу, где меня ждала новая атака насекомых. Это была мошка, мухи, комары, жуки — разномастная армия жалила и кусала одновременно.

За рекой над холмами послышался грохот, похожий на удар в шаманский бубен. Небо за вершинами почернело, над одним из холмов сверкнула молния. Надвигалась гроза. В подтверждение этому влажной прохладой повеял ветерок. Я проверил и укрепил тент палатки. Судя по всему, меня ждало испытание ливнем. Туча двигалась быстро и уже была над поселком. На дальние холмы небо выливало тонны воды в виде косых струй дождя. Ветер усилился и колыхал палатку, проверяя ее на прочность. Несмотря на то что солнце продолжало палить, стало прохладно и влажно. Хлынул дождь. Я едва успел заскочить в палатку и закрыть молнию, как по тенту забарабанили крупные капли.

После часового ливня, как и прежде, ярко засветило солнце. Тент палатки быстро высох. Небо было ясным, и о прошедшем ливне напоминали только мелкие капли на траве. Из-за рощи, скрывавшей палатку от дороги, послышался шум автомобиля. Затем до меня донесся грубый голос. Один говорил другому: «Там рыбак уже стоит с палаткой! Рыбы ловит до фига! Погнали ко второй скале!» Машина уехала. Через четверть часа подъехал велосипедист с удочкой и тоже заглянул на мою стоянку. Как оказалось, я занял рыбное место. Прямо у берега были заводи, образованные кустами. Течение в них небыстрое, и рыба стояла у берега. Только сейчас я заметил вереницу рогаток под удочки, воткнутых в песок у самой воды. Перед рогатками примятая трава — насиженные места рыбаков. После дождя самый клев! Нежданный ливень выгнал любителей рыбалки на реку, и на мою стоянку заглядывали подъезжающие рыбаки. Они ругались между собой и уезжали к загадочной «второй скале».