Психологос. Энциклопедия практической психологии - Николай Козлов

В обществе усиливаются настроения инфантилизма, растут запросы на развлечения и «халяву».

Развлекательные программы продаются лучше, нежели учебные, «халява» более востребована, чем ответственность, а установка «Доктор, похудейте меня!» звучит с каждым годом все настойчивее. Только бизнес остается островком разума и здравого смысла в море чувств и интуиции, однако и он уменьшается. С развитием высоких технологий все меньшее число работающих людей оказываются способными накормить все большее число бездельников, и все больше людей могут строить свою жизнь, не задумываясь о ее эффективности. В обществе социальной защищенности человек может вполне благополучно жить, не включая разум, не думая о будущем, развлекаясь при этом шопингом, общением с друзьями, жалобами на депрессию и походами к все понимающему психологу.

Один тренинг учит людей думать, брать на себя ответственность, ставить цели, отрабатывать новые навыки и учиться самоконтролю, то есть реально работать – и на этот тренинг участники набираются вяло. А есть другой подход, который человеку предлагает удобно сесть, закрыть глаза, довериться своему бессознательному, загрузить туда проблему и ждать, когда все разрешиться само собой, – и поток желающих попасть на подобные программы больше.

Поведенческий подход эффективнее по результату, а феноменологический – красивее. Лучше всего воспитывает в человеке личность, создает ему настоящую жизненную перспективу личностно-деятельный подход, но он наделяет клиента ответственностью, что привлекает немногих. Для большей части клиентов (а за ними и специалистов) более привлекателен подход с разделенной ответственностью, когда ответственность за происходящее в его жизни клиент делит между собой и кем-то или чем-то другим. Например, по мнению известного гипнотерапевта, в эриксоновском гипнозе за запрос отвечает клиент, за процедуру – психотерапевт, а за результат – бессознательное.

Было бы желание, а списать ответственность за свои проблемы можно всегда, например на подавленные эмоции, трудное детство, закрытую душу, загрязненные чакры и родовые травмы. К этому очень склонны многие клиенты и терапевты, однако не всегда за этим стоит непрофессионализм. Как вынужденный ход в психотерапевтической работе временное снятие части ответственности с клиента может быть оправданным.

Из записок коллеги, консультирующей женщин: «Часто думаю, услышит ли меня моя клиентка, если я ей скажу: „Я думаю, многие твои душевные проблемы от того, что тебе просто нечем заняться в свободное время. Рукоделием ты никогда не увлекалась, никто не научил, самой начинать искать себе хобби лень, вот ты и придумываешь проблемы сама себе. Начинай жить активнее: пойди в бассейн, погуляй в парке, найди себе толковые занятия!“ Боюсь, моя клиентка услышит в этом обвинение и даже может обидеться. Чтобы она меня услышала, ей нужно сказать тепло и мягко: „Возьми карандаши. Рисуй! Вот видишь, ты изображаешь этот домик с закрытыми окнами, потому что твоя душа закрыта и не впускает в твой мир любовь, радость, красоту. Давай перерисуем домик. Откроем окна, раскрасим солнце в оранжевый, это цвет положительных эмоций. Рядом посадим деревце. А ребенка рисовать будем? Открывай свое сердце, твори! У тебя все получится!“ И женщины сразу оживают. Расцветают и молодеют, как девчонки!»

Да, ситуация действительно непростая. Если клиентов в работе психолога интересует не эффективность, а комфорт и яркость переживаний, то психологу бывает нелегко удержаться в рамках профессиональной этики и не начать предлагать не то, что работает, а то, что продается. Подавляющее число практических психологов – честные люди, но в ситуации, когда нужно как-то зарабатывать деньги, они уже задумываются. В результате выбор того или иного подхода в практической психологии начинает диктоваться не его научной состоятельностью и реальной пользой людям, а просто тем, что нужно добывать средства на жизнь.

Будущее практической психологии – за психологией, умеющей зарабатывать деньги. Но при этом лучшие специалисты всегда будут думать о долговременных последствиях своей работы, о своем вкладе в сохранение людьми здравого смысла, уважения к науке и доверия к разуму.