Джунипер. История девочки, которая появилась на свет слишком рано - Томас Френч

Рука моей дочери была тонкой, как карандаш. На ней не было ни жира, ни мышц. Тем не менее она пыталась соперничать с человеком, который был в сотню раз больше ее.

Битва за имя малышки была в самом разгаре. Я не одобрил предложенное Келли имя Сойер, а она забраковала мои варианты: Элизабет, Миранда и Катарина, сказав, что это «старушечьи имена». На тот момент мы называли ее «Орешек», «Картофелина» или «Татертотс»^[11].

Пока я стоял рядом с ней той ночью, я видел, как ее глаза вращались под закрытыми веками. Я читал, что у недоношенных младенцев есть фаза быстрого сна. Мне было интересно, снится ли ей что-либо, ведь она еще ничего в мире не видела. Возможно, малышка представляла, что плавает в матке, в тепле и безопасности, слушая сердцебиение своей матери и приглушенный звук ее голоса. Она находилась на пороге самоосознания. Все в ней казалось загадочным и внеземным.

Я был счастлив наблюдать за тем, как она дышит.

Я был в плену странных заблуждений. Умом я понимал, какие опасности грозили моей дочери.

Но я полюбил этого ребенка, и сама мысль о том, что мы с Келли можем ее потерять, несмотря на все, через что нам пришлось пройти, казалась слишком жестокой. По этой причине я окутал реальность тонкой вуалью фантазии.

Как и моя дочь, я был слеп.

То, что она дышит, было выдумкой. Малышка не дышала. За нее это делал аппарат. Мне было легко закрыть на это глаза. Я был еще не готов думать о том, что эти маленькие пациенты ни при каких условиях не смогли бы выжить самостоятельно.