Как смотреть футбол. Руководство диванного эксперта - Рууд Гуллит

Огромное преимущество формации 4–3–3 состоит в том, что по всему полю можно играть треугольниками, а продвигаясь вперед, вы естественным образом соединяете одно трио с другим. Работа в треугольниках облегчает жизнь игроку, владеющему мячом, поскольку всегда сохраняются два варианта передачи вперед. Это ставит в трудную ситуацию защитников, которым приходится принимать решения и постоянно пытаться предугадать, в каком направлении будет развиваться атака и куда движется тройка игроков соперника. Ключ к успеху — отдать мяч в нужном темпе и нужному игроку.

Когда я играл в Нидерландах, почти все клубы полагались на систему 4–3–3, а большинство матчей выигрывались или проигрывались в середине поля. В формации 4–3–3 задачей вингера было сделать фронт атаки как можно шире. Поэтому правый и левый вингеры располагались как можно ближе к бровке, что заставляло крайних защитников соперника расставляться так же широко, создавая открытое пространство в центре.

Полузащитники пользовались этой возможностью, врываясь в свободные зоны между крайними и центральными защитниками. Чтобы предотвратить это, крайние защитники постоянно смещались ближе к центру, но тогда создавались пространства на флангах и вингеры могли свободно двигаться вдоль бровки и навешивать в штрафную.

Роль полузащитников в формации 4–3–3

В этой системе полузащита имеет три варианта расстановки.

1. Плоское расположение всех трех полузащитников в линию: это происходит редко, поскольку передача вразрез между этими футболистами отыгрывает всю среднюю линию.

2. Расположение, при котором центральный полузащитник является острием треугольника, направленного назад, то есть оказывается впереди защиты и играет шестого номера.

3. Расположение, при котором центральный полузащитник является острием треугольника, направленного вперед, и находится в атакующей позиции под нападающими (то есть играет десятого номера).

Голландским футболистам, которые расценивают эти тройки полузащитников как треугольники, идея знакома и хорошо понятна. В Англии же не принято говорить о вершине треугольника, направленного вперед или назад. Здесь формация команды описывается числами: 4–3–3 с вершиной треугольника, направленного назад, считается системой 4–1–2–3, а 4–3–3 с вершиной треугольника, направленного вперед, — системой 4–2–1–3. Таким образом, в первом случае у вас два атакующих полузащитника, а во втором — один.

После того как «Челси» отправил Жозе Моуринью паковать чемоданы, Гус Хиддинк попытался организовать полузащиту по системе 4–1–2–3. Чтобы создать идеальное сочетание в полузащите, вам требуется три игрока разных типов: тот, кто умеет хорошо контролировать мяч, спринтер и креативный форвард, который может забивать голы.

У Хиддинка как раз нашлись такие игроки в лице Джона Оби Микела, Неманьи Матича и Сеска Фабрегаса. Однако что-то шло не так. Всегда ли три выдающихся футболиста, обладающие определенными необходимыми качествами, вписываются в систему 4–3–3? Оказывается, нет. Оби Микел играет в оборонительном ключе, но ему не хватает навыков единоборств, он не выносит мяч, а когда команда получает или теряет мяч, он недостаточно быстро переключается на другую роль в глубине поля. Матич, конечно, спринтер, но только с мячом в ногах; для игры в глубине он недостаточно быстр. Фабрегас фантастически играет в атакующий футбол, но в обороне он часто допускает ошибки.

Когда вы присматриваетесь к полузащитнику и собираетесь его купить, к неудаче могут привести многие факторы. Сочетание требуемых от разных игроков качеств — это тонкая работа: на бумаге все может выглядеть здорово, но никаких гарантий нет. Нужно ждать и смотреть, что получится на практике. Часто оптимальное сочетание находится благодаря какой-то случайности.

Другой пример — «Манчестер Юнайтед» в конце девяностых. У сэра Алекса Фергюсона в середине поля была настоящая, хорошо смазанная машина, взаимодействие которой с одним или двумя нападающими было отлажено, как швейцарские часы. Эти талантливые и изощренные игроки могли легко переходить с системы 4–4–2 на 4–3–3, причем как с одним, так и с двумя атакующими полузащитниками. Все шло хорошо, поскольку полузащитники «Юнайтед» могли играть в разных системах и разных ситуациях.

У «Манчестер Юнайтед» были фантастические форварды: Энди Коул, Дуайт Йорк, Тедди Шерингем, Уле Гуннар Сульшер и Рууд ван Нистелрой. В центральной оси играли Рой Кин, Пол Скоулз, Ники Батт, а затем Майкл Каррик и Даррен Флетчер. На краях были такие игроки, как Райан Гиггз, Дэвид Бекхэм, а позднее Криштиану Роналду. Их качества позволяли «Юнайтед» прибавлять каждый раз, когда того требовала игра.

У команды сэра Алекса всегда был лишний козырь в рукаве. Особенно хороши они были, на мой взгляд, в Лиге чемпионов. Они могли легко преобразовать свою систему игры в формацию с единственным форвардом и игроком под нападающим. Казалось, что сэр Алекс Фергюсон может выпустить на поле одиннадцать любых футболистов — и все пройдет отлично.

Это доказывает, однако, что решающим фактором становятся все же индивидуальные качества.

Жесткая схема

Будучи тренером «Челси», «Ньюкасл Юнайтед» и «Фейеноорда», я при разработке системы игры всегда уделял основное внимание качествам своих футболистов. Ни в одном из этих клубов не был принят определенный стиль игры. Думаю, «Аякс» — единственный клуб в мире, который на формальном уровне требует от тренера применять систему 4–3–3. Все команды клуба — от шестилеток до первого состава — играют по этой системе. Тут нужно бы что-то сказать об инструкциях для тренеров вообще, но я не знаю иного клуба, где все было бы настолько жестко, как в «Аяксе».

В «Фейеноорде» я начал с 4–3–3, поскольку у меня был прирожденный форвард — Дирк Кюйт. Справа у меня был юный в те годы Саломон Калу, талантливейший игрок сборной Кот-д’Ивуара с великолепным даром паса — быстрый, эффективный и не без голевого чутья. Слева играл футболист бельгийской сборной Барт Гоор — казалось, у этого нападающего внутри какой-то дизельный двигатель, потому что он непрестанно носился взад-вперед. На бумаге он был левым нападающим, но на практике он был фальшивым вингером, потому что с мячом ему позволялись любые вольности.