Пламя Яхве. Сексуальность в Библии - Ричард Дэвидсон

18. Вирсавия как прародительница Мессии. Христиане могут добавить еще один аргумент. Евангелист Матфей упоминает Вирсавию среди пяти женщин, включенных в родословную Иисуса Мессии.^[1907] Она отнесена к числу наиболее прославленных женщин среди предков Мессии.

Подведем итоги. Вирсавия не злодейка и не была соучастницей в событиях, описанных в 2 Цар 11. Она – невинная жертва изнасилования, совершенного царем Давидом. Многочисленные литературные приемы – воистину перед нами художественный шедевр! – позволяют рассказчику показать (пожалуй, еще красноречивее, чем заповеди Пятикнижия) богопротивность изнасилования, в том числе такого, какое мы назвали бы «психическим насилием с использованием служебного положения».

Фамарь (2 Цар 13). Об инцестном изнасиловании Фамари Амноном рассказано в 2 Цар 13.^[1908] Мы уже касались этого эпизода в связи с темой инцеста (глава 10) и вопросом об изнасиловании Дины (см. выше). Мы констатировали, что здесь использована специальная лексика, указывающая на изнасилование.

Напомним сюжет. Амнон, старший сын Давида, влюбляется в сводную сестру, девственную Фамарь. По совету Ионадава, своего хитрого друга, он притворяется больным и просит Давида, чтобы Фамарь о нем заботилась. Она готовит еду у него на глазах (стих 8).^[1909] «Вуайеризм разгулялся по полной программе».^[1910] Однако ему мало смотреть на девушку с вожделением. Он «схватил (ḥāzaq в гифиле. – Р. Д.) ее и сказал ей: «Иди, ложись со мной, сестра моя»» (стих 11). Она отвечает: «Нет, брат мой, не бесчести («делать насилие», innâ. – Р. Д.) меня, ибо не делается так в Израиле; не делай этого безумия (nĕbālâ)» (стих 12). Подобно Иосифу, Фамарь «пытается высказываться с высоких нравственных позиций».^[1911] Она взывает к насильнику: по израильским меркам такой поступок возмутителен!

Фамарь напоминает (стих 13), что на ней будет «бесчестие» (ḥerpâ), а Амнон будет считаться «нечестивым и наглым глупцом (nābāl)».^[1912] Она пытается выиграть время: мол, пусть Амнон поговорит с царем, и тот «не откажет отдать меня тебе».^[1913] Однако Амнона не убедить: в пылу похоти он, «будучи сильнее ее, заставил ее (innāh), и лежал с нею (буквально «уложил ее»; отсутствие предлога подчеркивает жестокость. – Р. Д.)» (стих 14). А затем его «любовь» – на самом деле, похоть – сменяется презрением и ненавистью. Его «преступление заслуживает презрения, а последствия ужасны».^[1914] По сути, он говорит: «Вставай и убирайся!» Она тщетно протестует и умоляет, что-то говорит в шоке и горечи, – хотя и не без остатков достоинства.^[1915] Однако Амнон велит слуге: «Прогони эту (даже не «эту женщину»! – Р. Д.) от меня вон и запри дверь за ней» (стих 17). «Она стала для него предметом, который можно выбросить, раз попользовавшись».^[1916]

В данном отрывке уделено место не только насилию, но и психологической реакции женщины. С литературной точки зрения перед нами тщательно выстроенный хиазм, который подчеркивает жестокость обращения с Фамарью и показывает, что трагедия стала поворотным моментом в ее жизни.^[1917] Акцентировано многообразие насилия: оно и физическое, и психическое, и социальное. Рассказчик пробуждает в читателе возмущение насилием и сочувствие к жертве, причем, что необычно для рассказов об изнасилованиях, сообщает о страданиях женщины: когда ее, словно ненужный хлам, выкинули из комнаты насильника (стихи 15–18), она «посыпала пеплом одежду свою и разодрала разноцветную одежду, которую имела на себе, и положила руки свои на голову свою, и так шла и вопила» (стих 19).^[1918] От родного брата, Авессалома, утешения не дождаться: как типично для домашнего насилия, где семейные узы заставляют молчать и делать вид, что ничего не случилось, Авессалом не называет изнасилование изнасилованием («Не Амнон ли, брат твой, был с тобою?») и фактически затыкает Фамари рот («Молчи, сестра моя, он – брат твой; не сокрушайся сердцем твоим об этом деле» стих 20). «Подобно многим другим жертвам домашнего насилия, она присоединяется к заговору молчания, на который обречена».^[1919] В течение двух лет «жила Фамарь в одиночестве в доме Авессалома, брата своего» (стих 20). Когда понятие «одиночество» (корень šmm) применяется в других местах Писания по отношению к людям, оно обозначает людей, пострадавших от врага или истерзанных животными (Плач 1:16; 3:11; Ис 54:1). Фамарь сломлена.