Войны мозга. Научные споры вокруг разума и сознания - Марио Борегар

Результаты этих исследований показали, что нормальные люди – отнюдь не «машины чувств», просто реагирующие на раздражители. Они вполне способны контролировать свою реакцию и ответ мозга на эмоциональные события.

Могут ли психически здоровые люди также влиять на деятельность нейротрансмиттеров, играющую роль в возникновении эмоций? Для изучения этого важного вопроса мы применили позитронно-эмиссионную томографию (ПЭТ), чтобы оценить выработку серотонина во время быстрой и непрерывной смены эмоциональных состояний^[121]. Известно, что этот нейромедиатор играет ключевую роль в настроении и управлении эмоциями.

В нашем ПЭТ-исследовании участвовали семь здоровых профессиональных актеров, работающих по системе Станиславского. Систему Станиславского пропагандировал Ли Страсберг, знаменитый режиссер школы Actors Studio в Нью-Йорке в 50-х годах ХХ века. Этой системой пользовались многие известные актеры, в том числе Марлон Брандо, Дастин Хоффман и многие другие. При таком подходе актеры создают образы на основе собственных эмоций и эмоциональной памяти. В отличие от этого метода, в более традиционных формах актерства применяют просто симуляцию эмоций персонажей.

Мы попросили актеров, участвующих в эксперименте, ввести самих себя во временные состояния грусти и радости. Им объяснили, что для этого надо воскресить в памяти и заново пережить сильные и подлинные эмоции, связанные с конкретными воспоминаниями из их жизни. Актеры проходили сеансы сканирования (один сеанс был посвящен грусти, другой – радости). После каждого сеанса актеров просили оценить силу эмоций, которые они испытывали, по шкале для самооценки.

Все актеры сообщили, что в значительной мере испытали указанные эмоциональные состояния, и результаты ПЭТ отчетливо отражали их субъективные оценки: степень грусти, о которой сообщали актеры, коррелировала со снижением выработки серотонина в эмоциональных областях мозга, таких как орбитофронтальная кора и передняя поясная кора. И наоборот, степень чувства радости ассоциировалась с ростом выработки серотонина в эмоциональных зонах мозга. Эти результаты согласовывались со свидетельствами, указывающими, что серотониновая активность снижалась в тех же областях у людей, страдающих от глубокой депрессии.

Результаты наших исследований с визуализацией мозга позволяют предположить возможность быстрого влияния на химию мозга, связанную с эмоциями и настроением, а также на активность областей мозга, участвующих в эмоциональных реакциях. Если такое возможно, какими же будут результаты длительной тренировки разума и мозга? Несколько любопытных нейробиологов, и я в том числе, в настоящее время выясняют этот вопрос.

* * *

Большинство людей, пробовавших медитировать даже без особого старания, соглашаются с тем, что медитация оказывает успокаивающее воздействие. Многие из тех, кто медитирует регулярно, говорят, что в целом чувствуют себя спокойнее и мыслят яснее. Но действительно ли возможно добиться подлинных изменений в мозге с помощью одной только регулярной медитации? Далай-лама твердо уверен в этом. «Таков основополагающий принцип буддизма – человеческий мозг обладает огромным потенциалом преображения, – писал он. – Те, кто практикует буддизм и знакомы с работой мозга, уже давно заметили, что его можно преобразить с помощью тренировок… В буквальном смысле слова мозг, который мы развиваем, отражает жизнь, которую мы ведем»^[122].

Наука подкрепляет его мнение. Ряд исследований в области нейробиологии, проведенных в последние годы, продемонстрировал, что осознанное внимание и его тренировка посредством практики медитации действительно способны привести к важным пластическим изменениям в мозге. Широкий термин медитация относится к целому спектру методов ментального тренинга, разработанных с различными целями, в том числе для поддержания эмоциональной уравновешенности и хорошего самочувствия^[123]. Эти методы в целом делятся на два типа: практики осознания (mindfulness) и практики сосредоточения. Первые предполагают свободное возникновение любых ощущений, мыслей или чувств наряду с поддержанием осознания себя как внимательного и свободного наблюдателя, без суждений или анализа. Подобные практики – часть древних восточных традиций медитации, таких как випассана или дзен^[124].

Медитативные практики сосредоточения предполагают концентрацию внимания на конкретных телесных ощущениях (таких как дыхание) и ментальной активности (скажем, на повторяющемся звуке или представленном образе). Пример – медитация в йоге или буддистская медитация шаматха, предмет внимания в которой – ощущение дыхания. И техники осознания, и техники сосредоточения вызывают глубокое чувство спокойной умиротворенности, замедление внутреннего диалога и сдвиг к расширению понимания своего «я», не ограниченного тем, как медитирующий представляет свое тело и свои мысли^[125].

Три десятилетия назад Джон Кабат-Зинн, ученый-биомедик из школы медицины при Университете Массачусетса и ученик дзен-мастера Сун Сана, разработал программу MBSR (Mindfulness-Based Stress Reduction) – снижение стресса на основе осознанности. MBSR рассчитана на восемь недель групповой терапии, сочетающей осознанную медитацию и йогу. За последние тридцать лет несколько тысяч человек прошли курс MBSR, и исследования показали, что MBSR значительно снижает симптомы стресса у людей с разными видами онкологических заболеваний. Кроме того, исследования продемонстрировали, что MBSR ослабляет депрессию, навязчивые припоминания и тревожность, а также способствует хорошему самочувствию, состраданию и духовности.

Эти результаты, способные изменить всю жизнь, не стали неожиданностью для тех, кто давно практикует медитацию, в том числе и для Далай-ламы. Как всемирно известный защитник милосердия и сострадания, всеобщей ответственности и ненасильственного разрешения конфликтов, он был в 1989 году удостоен Нобелевской премии мира. Он всегда демонстрировал живой интерес к науке, поддерживал личные взаимоотношения с видными физиками Карлом фон Вайцзеккером и Дэвидом Бомом, а также со специалистом по философии науки Карлом Поппером. Тибетский лидер участвовал в нескольких конференциях, посвященных науке и духовности. Он глубоко убежден, что наука предоставляет эффективные средства для понимания основополагающей взаимосвязанности всего сущего. Он считает, что и наука, и буддизм должны внести вклад в улучшение понимания мира как важной причины нравственного поведения и защиты окружающей среды. В свете этой концепции Далай-лама предложил тибетским ученым больше узнавать о естественных науках, чтобы возродить тибетскую философскую традицию.