Пламя Яхве. Сексуальность в Библии - Ричард Дэвидсон

Между прочим, если вспомнить классификацию Хугенбергера, стоит заметить, что «традиционное христианское толкование» встречалось и у древних иудейских комментаторов.^[1490] Мой же собственный анализ привел меня к выводу, что оно не содержит натяжек, не требует исправлений масоретского текста и больше всего соответствует соседним отрывкам (Мал 2:10–16) и заповеди во Втор 24:1–4, на которую опирался Малахия.

Многие сторонники традиционного христианского толкования усматривают в Мал 2:16 переход от третьего лица («Он (т. е. Яхве. – Р. Д.) ненавидит развод») к первому [ «Я (т. е. Яхве. – Р. Д.) ненавижу развод»].^[1491] В последнем случае обычно меняют огласовки: вместо śānē (перфект породы каль, «Он ненавидит») – śōnē (причастие породы каль), предполагая пропущенное прономинальное подлежащее.^[1492] Однако есть и мнение, что необходимости в переогласовке нет, если śānē понимать как отглагольное прилагательное (использованное здесь в качестве причастия), а опущенное местоимение первого лица подразумевается.^[1493] Такой перевод теоретически возможен, но не лишен изъянов.^[1494]

А по-моему, дело обстоит достаточно просто. Не нужно исправлять масоретский текст и предполагать пропущенные местоимения. Вводное слово kî («что») использовано как стандартный грамматический маркер, означающий, что подлежащее придаточного предложения становится дополнением главного предложения.^[1495] Получаем: «Яхве, Бог Израилев, говорит, что ненавидит развод».^[1496] Некоторых толкователей смущает, что тогда за третьим лицом («ненавидит развод») следует обычное выражение, обозначающее прямое обращение («говорит Яхве, Бог Израилев»).^[1497] Однако такие формулировки есть и в других местах Книги Малахии. В Мал 1:9 мы находим точную параллель с 2:16: за описанием деяний Божьих в третьем лице следует фраза «говорит ГОСПОДЬ воинств». Более того, «следует учесть, что весь отрывок Мал 2:10–16 построен не как слово ГОСПОДА, а как речь пророка».^[1498]

Впрочем, даже если переводить «Я (т. е. Яхве – Р. Д,) ненавижу развод», основной смысл остается прежним. Как и во Втор 24: 1–4, развод законен, но богопротивен.^[1499] Зендер говорит об адресатах Малахии: «Формально они ничего не нарушили. Однако Господь считает, что безнравственно изгонять жену, чтобы жениться на другой женщине, к тому же еще и язычнице».^[1500]

Я согласен с большинством современных комментаторов и переводов, что данный стих безоговорочно осуждает развод. Петер Верхуф резюмирует широкий консенсус ученых: «Больше нигде в ВЗ мы не находим такого возвышенного отношения к браку, как в Мал 2:10–16. Больше нигде столь прямо не осуждается развод… Пророчество Малахии… является в этом плане (т. е. в вопросе о разводе. – Р. Д.) решающим голосом в ветхозаветном откровении».^[1501]

Дэниэл Блок высказывает следующие тезисы о подходе к разводу в Мал 2 и «глубочайшем отвращении Бога к разводу»:

• развод «свидетельствует о серьезной недостаче благоговения и страха перед Господом»;

• развод «предает жену и нарушает обязательства перед ней» (стих 14);

• развод, вкупе с женитьбой на язычнице, есть «вероломство против общины (“братьев”) и осквернение завета Божия с Израилем» (стих 10);

• развод разрушает стабильность домашнего очага, «без которого не может быть «потомства от Бога»», и который важен для утверждения в вере (стих 15);

• развод «избавляет Бога от обязательств» перед инициатором развода, и Бог «отвергает приношения виновных в предательстве супруги» (стих 13);

• «предательство совершается сначала в духе (rûach), и уже потом в действии; а когда дух вероломен, Бога не обмануть внешними актами благочестия» (стих 15–16).

Одним словом, «отрывок рассматривает развод не как моральное право мужчин, а как моральное нечестие мужчин».^[1502]

На этой ноте уместно закончить обзор ветхозаветного учения о разводе и повторном браке. Заметим, что Малахия вовсе не выступает с новшеством. И нельзя сказать, что перед нами лишь поздний этап ветхозаветной истории, когда на развод стали смотреть иначе. Ведь воля Божья была ясна с самого начала (Быт 1–3). Ученые убедительно доказывают, что понятие «единый» (eḥād) в Мал 2:10 применительно к Богу и в 2:15 применительно к «единой плоти» в браке («но не сделал ли Он их единым…?»; см. перевод Хугенбергера) отсылает к божественному идеалу брака в Быт 2:25 («единая плоть»).^[1503] «Что может быть естественнее для пророка, обличающего развод с его нарушением договора, чем вернуться к фундаментальному отрывку, в котором описан библейский образец брака?»^[1504] Господь призывает людей вернуться к райскому идеалу.