Искусственный интеллект. Этапы. Угрозы. Стратегии - Ник Бостром

Однако все не так уж плохо. Люди и человекоподобные субъекты чрезвычайно сложны, в то время как искусственные агенты могут иметь сравнительно простую архитектуру. У искусственных агентов также может быть простая и явно задаваемая мотивация. Более того, цифровые агенты в целом (и эмуляторы и ИИ) поддаются копированию: это преимущество способно вызвать революцию в управлении, как взаимозаменямые комплектующие вызвали революцию в производстве. Эти отличия в сочетании с возможностью работать с агентами, которые вначале бессильны, и создавать институциональные структуры, в которых используются перечисленные выше методы контроля, могут сделать возможным получение нужного институционального результата — например, системы, в которой не будет революций, — причем с большей вероятностью, чем в случае с людьми.

Впрочем, нужно сказать, что у искусственных агентов могут отсутствовать многие свойства, знание которых позволяет нам прогнозировать поведение человекоподобных агентов. Им не нужно иметь никаких социальных эмоций, которые определяют человеческое поведение, таких как страх, гордость и угрызения совести. Им не нужны дружественные и семейные связи. Им не нужен «язык тела», который не позволяет нам, людям, скрыть свои намерения. Эти факторы могут дестабилизировать организации, состоящие из искусственных агентов. Более того, такие агенты способны совершать большие скачки в когнитивной производительности в результате внешне незначительных изменений в их алгоритмах или архитектуре. Безжалостно оптимальные искусственные агенты будут готовы пускаться в такие рискованные авантюры, результатом которых может стать сокращение размеров человечества^[487]. А еще агенты, обладающие сверхразумом, смогут удивить нас способностью координировать свои действия, почти или совсем не связываясь друг с другом (например, посредством внутреннего моделирования гипотетической реакции партнеров на различные обстоятельства).

Эти и другие особенности повышают вероятность внезапного краха организации, состоящей из искусственных агентов, невзирая даже на, казалось бы, пуленепробиваемые методы социального контроля.

Итак, пока неясно, насколько многообещающим является метод институционального конструирования и будет ли он более эффективным в случае антропоморфных, нежели искусственных, агентов. Может показаться, что создание института с адекватной системой сдержек и противовесов повысит нашу безопасность — или по крайней мере не снизит ее, — поэтому с точки зрения снижения рисков данный метод лучше применять всегда. Но на самом деле даже это нельзя сказать с определенностью. Использование метода повышает сложность системы, создавая тем самым новые возможности для неблагоприятного развития ситуации, которые отсутствуют в случае агентов, не имеющих в качестве составляющих интеллектуальных субагентов. Тем не менее метод институционального конструирования заслуживает дальнейшего изучения^[488].