Чжуан-Цзы Бронислава Виногродского. Книга о знании и власти - Бронислав Виногродский

А ведь еще, следовательно, имеется и то, что еще не начало быть тем, что еще не начало быть в начале.

Имеется имеющееся, и имеется отсутствующее.

Имеется и то, что еще не начало быть отсутствием.

Имеется в этом и то, что еще не начало быть тем, что еще не начало быть отсутствием имеющегося.

К чему мы приходим? Оказывается, что вдруг возникает из ниоткуда отсутствие.

Вот вдруг имеется отсутствие.

Как понять, разобраться, действительно ли имеющееся отсутствие имеется или отсутствует?

Вот в данный миг я уже имею названное.

Только не знаю, названо ли названным имеющееся или в действительности так названо его отсутствие?

Потому можно на полных основаниях заявить следующее.

Разве может существовать в Поднебесной то, что больше кончика осенней паутинки?

И разве может быть что-то, что меньше, чем огромная гора?

Нет долголетия больше, чем жизнь умершего младенца.

И как коротка жизнь долгожителя Роскошного Прародителя, который прожил по человеческим меркам немало – почти 800 лет.

Небо и Земля рождаются вместе со мной, а десять тысяч предметов со мной в нераздельном единстве. Именно это происходит с пространством сознания. В нем совсем по-другому действуют время и пространство. А именно пространство сознания вмещает в себя все остальное.

То есть мы говорим, что все же есть нечто единое, но не имеется ли оно только лишь в наших речах?

Вот имеется у нас названное единым, но имеется ли оно, когда отсутствует называние?

Единое само по себе уже существует вместе с речью, которая отдельна от единого, и потому вместе с речью мы уже имеем двойку.

Эта двойка, прибавляясь к единому, вместе с единым дает три.

Можно не продолжать, тут самый искусный счетовод, знающий все числа, не разберет, что там дальше будет.

Таким образом, в сознании уже в переходе от отсутствия к имеющемуся есть самое малое три действия. Сравнимо ли это с переходом от уже имеющегося к имеющемуся?

Так происходит, когда приходишь к отсутствию. Там кончается обусловленность связей в утверждении. Отсутствие позволяет разрушить условности существующих смысловых связей. Сам образ отсутствия воздействует на пространство сознания, производя в нем коренные изменения.

Ибо сознание устроено так, что даже если Путь еще не начал проявлять себя имеющимся в наличии, уже изначально имеются границы и разделения.

Постоянство существует только тогда, когда речи не идут о том, что уже имеется. Здесь правят законы перемен.

Как только утверждаешь нечто, тут же и появляется граница в сознании.

Что это за границы? Попробуем выразить их в речи.

Если имеется левое, то обязательно есть и правое.

Если есть отношения, то обязательно будут и уровни соподчиненности в этих отношениях.

Когда производится разделение, тогда появляется возможность различать. Имея разделение, имеешь и различение.

Если есть в людях чувство соперничества, тогда между ними и возникают разногласия, которые выражаются в борьбе людей друг с другом.

Эти противоположности можно определить как восемь сил духа.

Имеющееся за пределами шести соединений в мудром человеке имеется, но не различается.

То, что существует в пределах шести соединений внутри пространственного восприятия человеческого сознания, в сознании мудрого человека тоже выделяется, но не оценивается.

Способность удержаться от действия духа, которое приводит к появлению оценки в сознании, доступна лишь мудрому.

Устремления и проявления воли древних правителей, рассказанные в летописях, в сознании мудрого подвергаются оценке, но никогда не оспариваются.

Это потому, что при любом разделении есть и то, что не делится.

И в любых спорах есть то, чему не возразишь, что невозможно оспорить.

Конечно, можно спросить, о чем это всё?

Но мудрый человек ничего не скажет в ответ, храня молчание. А вот люди толпы начнут спорить друг с другом, каждый доказывая свое. Потому и говорят, что в любом споре всегда есть то, что спорящий не видит.

Великий Путь можно выразить лишь через отсутствие имени.

Великий спор можно вести только в отсутствие речей.

Великая любовь выражается в отсутствии предпочтений.

Великое смирение выражается через отсутствие принижения.

Великая храбрость выражается через отсутствие устрашения.

Что очевидно в Пути, Путем не является.

Что можно оспаривать в речах, не ведет к достижению и успеху.

Неизменность в любви не ведет к сохранению.

Чистому смирению нет доверия.

Храбрость в устрашении не ведет к победе.

Только создавая замкнутые кольца в этих пяти рядах, можно правильно двигаться в пространстве сторон этого осознаваемого нами мира.

Пределом знания является знание о том, как остановиться там, где отсутствует знание.

А есть ли такие, кто знает, как спорить в отсутствие речей, как быть на Пути в отсутствие Пути?

Способного обладать этим знанием можно назвать Хранилищем Неба. Добавляешь туда в него, а оно не переполняется. Черпаешь оттуда, а не убывает. Не знаешь, откуда оно берется. Это называется сокрытым светом.

В старые времена царь Славный обратился с вопросом к царю Смиренному:

– Возник во мне замысел наказать правителей царств Прародителей, Рубящих в Куски и Ждущих Развлечений. Пытаюсь избавиться от него, но даже когда обращаю свой взор на юг к свету, мысли об этом не оставляют меня. В чем дело?

Смиренный ответил: