Книга 2.0. Прошлое, настоящее и будущее электронных книг глазами создателя Kindle - Джейсон Меркоски

Итак, когда я впервые получил проект Kindle, он назывался не Kindle, а Fiona.

Хотя тот мой первый Kindle, розданный нескольким сотрудникам Amazon, по современным стандартам кажется примитивным, он по-прежнему работает как часы. Да, моя Fiona уже приобретает серо-желтый цвет зубов курильщика, как старые компьютеры из белых со временем становятся какими-то бежевыми. Но ридер, однако, выдержал многократные падения вместе с рюкзаком и отдельно от него, несколько трансатлантических перелетов в ручной клади, а также несколько месяцев под солнцем на приборном щитке моего грузовичка. А однажды, когда я шел пешком по Купертино, в Калифорнии, где все ездят на машинах, меня на переходе сбил автомобиль, потому что никто не ожидает встретить пешехода в сердце Кремниевой долины. Я упал и вывихнул руку. Но даже после того как Fiona выпала на дорогу и попала под колеса другой машины, она до сих пор работает как ни в чем не бывало.

Нечего и говорить, что я люблю свой Kindle.

Первая моя работа в проекте была связана с созданием и управлением процессом конвертирования книг – длительным методом превращения бумажных книг в цифровые.

Чтобы понять, как создаются электронные книги, представьте себе колбасный завод. Мясо поступает с одного конца конвейера, машины его фасуют, и с другого конца появляется готовая колбаса. На заводе по производству электронных книг с одного конца поступают печатные книги от издательств. Внутри они расчленяются, собираются заново и фасуются, после чего их можно наконец продавать в цифровом варианте.

Большинство электронных книг создаются с использованием цифровой копии бумажной книги, обычно в формате PDF. А PDF-файлы имеют фиксированный макет, то есть текст в них принимает тот же вид, в котором он будет после распечатки файла на бумаге. Однако электронные книги должны быть более гибкими: например, если вы измените в файле размер шрифта, то слова, предложения и абзацы должны быть переформатированы так, чтобы слова в абзаце располагались надлежащим образом. С PDF этого не достичь.

Чтобы перевести текст из PDF в электронную книгу с «плавающей», или «резиновой» версткой^[28], издатели обычно пользуются мастерскими по конвертированию. Эти мастерские сочетают труд иностранных работников и программное обеспечение. Во многих мастерских по конвертированию работают индийцы и китайцы или представители более экзотических стран: например, Сьерра-Леоне, Мадагаскар, Филиппины. Они обычно работают в большом цеху или на заброшенной фабрике, где отсеки идут один за другим от стены к стене на нескольких этажах.

Эти работники сидят бок о бок и целыми днями смотрят на экран, читая электронные книги. Они убирают номера страниц, переформатируют книги, чтобы сделать текст «резиновым», и потом пролистывают их, чтобы проверить, не потерялись ли абзацы или иллюстрации оригинала.

Но не все книги есть в формате PDF, некоторые существуют только в печатном виде. Для оцифровки таких книг порой используются жестокие методы. По работе мне доводилось наблюдать, как рабочие потрошили печатные книги, чтобы превратить их в электронные. Страницы нужно было вырвать из переплета, чтобы сканировать и оцифровать их. Будучи любителем книг, я пришел в ужас. Чтобы достать страницы из книги, рабочие вскрывали ножами переплеты, словно прорубали себе путь в джунглях с помощью мачете. После сканирования в конце каждой смены все страницы отправлялись в мусорный контейнер.

Это был разрушительный процесс, навсегда убивающий книгу. Революция электронных книг была бескровной в том смысле, что у нее не было человеческих жертв. Но если бы книги могли истекать кровью, вы нашли бы их могилы. Это были бы братские могилы без надгробий, в которых лежали бы сотни и тысячи жертв.

Но все это было необходимо для запуска Kindle: нельзя же было выпустить гаджет, для которого отсутствовали электронные книги! Без самих текстов Fiona была бы только дорогим пресс-папье.

Таким образом, в качестве «маховика» нам нужны были и устройства, и электронные книги.

В доткомовских и технологических компаниях часто используют метафору маховика, но большинство не имеющих технического образования людей не понимают, что здесь имеется в виду. В лучшем случае они представляют себе, как ветряная мельница машет крыльями, вращая тем самым жернов, который медленно перемалывает зерно в муку.

С технической точки зрения маховик – это массивное колесо, которое при вращении накапливает кинетическую энергию. Чем быстрее оно вертится, тем больше запас энергии (или денег, если речь о бизнесе). Маховик Kindle, например, начинался с выхода на рынок ридера и небольшого количества электронных книг. Потребители приобретают устройство и используют его для покупки электронных книг. Доход с продаж обоих типов идет на улучшение ридера, чтобы продавать его по более низкой цене и привлекать больше покупателей, которые впоследствии, соответственно, купят больше электронных книг, а доход от них вновь будет пущен на создание новых, еще более дешевых и хороших Kindle. С каждым оборотом маховик вращается все быстрее и становится все мощнее.

Маховик Kindle стал крутиться так же быстро, как рос бизнес Kindle. По многолетним традициям Amazon, дела велись в соответствии с системой показателей: на собраниях под названием «глубокие погружения» участники команды погружались в таблицы и документы. Amazon – это культура, основанная на числах. Подкованные в математике будут чувствовать себя уверенно в этой компании, ведь они могут оперировать в уме столбцами и строками таблиц и схватывать числа на лету.

Во время «глубоких погружений» вы отказываетесь от предубеждений и начинаете мыслить логически. Вы имеете дело с данными и вместо того, чтобы размахивать руками попусту, начинаете говорить о сути дела. В культуре глубокого погружения Amazon фактам, а не мнениям отдается предпочтение. Глубокие погружения подобны научным экспериментам – на них вы приходите с гипотезой, которую надо доказать. Если ваша гипотеза опровергнута, вы выдвигаете новую, проводите исследования, собираете и анализируете данные, чтобы доказать или опровергнуть эту новую гипотезу.

Большинство инженеров Amazon терпеть не могли эти «глубокие погружения», потому что на совещание приходилось надевать что-то официальное: например, рубашку, застегнутую на все пуговицы, и джинсы с ремнем. В Amazon нет особенного дресс-кода – рубашка J. Crew и ботинки фирмы Dockers прекрасно подойдут. Но даже их надеть нашим инженерам кажется насилием над природой, богомерзким ужасом из игры Dungeons & Dragons или страшного рассказа Говарда Лавкрафта^[29].

На одной из моих первых встреч с Джеффом Безосом мы занимались «глубоким погружением» в проблему контента электронных книг и его отображения в Kindle. Мы сидели и пользовались Kindle так же, как обычные покупатели. В каком-то смысле это был первый цифровой книжный клуб: мы в основном молчали и читали Kindle. Иногда мы добавляли пометки в текст или покупали новые книги, чтобы проверить все функции. И вот Kindle Джеффа, вероятно, дал сбой, потому что перестал отвечать на команды. В комнате царила тишина, так как все были поглощены книгами. Вдруг Джефф закричал: «У меня повис! У меня повис!» Я с удивлением обернулся на него, но он даже не понял, что сказал нечто двусмысленное. Все остальные в комнате едва сдерживали смех. В Amazon был своего рода культ Джеффа. Я восхищаюсь всеми, кто держит книжный магазин, так что не могу не восхищаться и им. Он держит не только самый большой в мире книжный магазин, но еще и – подумать только! – собственную компанию по выпуску космических кораблей. Но тут уважение моих коллег, похоже, дало сбой.