Предпоследняя передряга - Лемони Сникет

— Так я и обещал вам все объяснить, — сказал то ли Франк с досадой, то ли Эрнест с раздражением. — Как только вы поймёте, как устроен отель «Развязка», то сможете делать ваше дело с той же лёгкостью, с какой нашли бы в библиотеке нужную книгу. А если вы умеете искать книги в библиотеке, то уже знаете, как устроен наш отель.

— Подробней, — попросила Солнышко.

— Отель «Развязка» организован согласно Десятичной Системе Дьюи, — объяснил либо Франк, либо Эрнест. — Точно так же устроены многие библиотеки. Например, если вам нужна книга о немецкой поэзии, то начать нужно с того отдела библиотеки, который помечен номером 800 и в котором хранятся книги по литературе и риторике.

Подобным же образом мы отвели восьмой этаж отеля риторическим постояльцам. В 800-м отделе библиотеки книги о немецкой поэзии помечены цифрами 831, и если вы подниметесь на восьмой этаж и найдёте 831-й номер, то обнаружите там компанию немецких поэтов. Понятно?

— Кажется, да, — сказал Клаус. Бодлеры достаточно много времени провели в библиотеках и прекрасно знали Десятичную Систему Дьюи, однако даже обширные познания Клауса не гарантировали, что он помнит всю систему наизусть. И вообще, если хочешь пользоваться библиотекой, знать Десятичную Систему Дьюи совсем не обязательно, поскольку в большинстве библиотек есть каталоги, в которых все книги перечислены на карточках или на экранах компьютеров, и их легко найти. — А где у вас каталог всех служб отеля «Развязка»?

— Каталог? — переспросил Франк или Эрнест. — Каталог вам не понадобится. Отдел библиотеки под номером 100 посвящён философии и психологии, как и первый этаж отеля от конторки портье, помеченной номером 101, как теория философии, и поста посыльных, который помечен номером 175 — как этика досуга и отдохновения, до вон тех диванчиков, помеченных номером 135 — как мистические откровения и сны, — на случай, если нашим постояльцам захочется вздремнуть или спрятать что-нибудь под диванными подушками. Второй этаж — это отдел 200, религия, и там у нас церковь, синагога, мечеть, собор, храм, вертеп, святилище, молельный дом, крикетная площадка и апартаменты номер 296, которые сейчас занимает один эксцентричный раввин. Третий этаж отведён общественным наукам, и именно там мы разместили бальные и конференционные залы, а четвёртый — языкознанию, поэтому там живут иностранцы. Пятисотые номера посвящены математике и естественным наукам, а шестой этаж — технике и технологии, от сауны в номере 613, устроенной для заботы о здоровье, и до комнаты 697, где у нас центр управления отоплением, вентиляцией и кондиционерами. Итак, если седьмой этаж отведён искусствам, то как вы думаете, что расположено в номере 792, предназначенном для сценических представлений?

Вайолет уже хотела подвязать волосы лентой, поскольку так ей легче думалось, но боялась, как бы её не узнали.

— Театр? — предположила она.

— Вам, несомненно, уже приходилось бывать в библиотеках, — сказал управляющий, но дети не поняли, комплимент это был или подозрение. — К сожалению, не обо всех наших постояльцах можно сказать то же самое, и когда им нужно прибегнуть к нашим службам, они вызывают посыльного, а не ходят по отелю сами. Уже к завтрашнему дню вам, скорее всего, придётся побывать во всех помещениях отеля — от астрономической обсерватории в комнате 999 до комнаты служащих в подвале за номером 000.

— Там мы будем спать? — спросил Клаус.

— Рабочий день у вас двадцатичетырёхчасовой, — сказал Эрнест или, возможно, Франк. — Но по ночам в отеле очень тихо, поскольку все постояльцы спят или читают до утра. Можете вздремнуть под стойкой, а если кто-нибудь вызовет посыльного звонком, вам это будет как будильник.

Тут Франк или, возможно, Эрнест умолк и, быстро оглядевшись, нагнулся к Бодлерам поближе. Трое детей испуганно поглядели на Эрнеста или, вероятно, Франка сквозь тёмные очки.

— Должность посыльного, — сказал управляющий своим непостижимым тоном, — это прекрасная возможность спокойно изучить обстановку. К персоналу отеля обычно относятся как к невидимкам, поэтому вам предстоит услышать и увидеть много интересного. Однако не забывайте — наблюдать будут и за вами тоже. Я понятно выразился?

На этот раз выдать что-то за ответ пришлось Вайолет.

— Гм, — сказала она. — Вопрос, конечно, очень интересный.

То ли Франк, то ли Эрнест прищурился на старшую Бодлер и, кажется, хотел что- то добавить, но тут Бодлеры услышали громкий, пронзительный звон.

— Ага! — воскликнул управляющий. — Началась ваша работа!

Вслед за Франком или Эрнестом Бодлеры обошли стойку, и Эрнест или Франк показал им ряды крошечных, не больше напёрстка, звоночков, расположенные там, где у письменных столов бывают ручки от ящиков. На каждом звоночке был номер — от 000 до 999 и ещё один звоночек без номера. Этот звоночек как раз и звонил, а вместе с ним ещё и звоночек номер 372 и звоночек номер 674.

— Звонят! — воскликнул не то Эрнест, не то Франк. — Звонят! Нет нужды говорить вам, что звонок — это сигнал к действию. Нельзя заставлять наших постояльцев ждать ни секунды. Кто именно звонит, ясно по номеру на звоночке. Если на звоночке стоит номер, например 469, значит, в помощи нуждается один из наших гостей из Португалии, и вы должны сразу это понять. Вы меня слушаете? Звонок номер 674 относится к нашим союзникам из области лесной промышленности, так как этот номер согласно Десятичной Системе Дьюи означает деревообрабатывающую промышленность и товары из дерева. Нельзя же превращать важных гостей во врагов! Номер 372 относится к гостям из сферы образования. Прошу вас и с ними быть неизменно учтивыми, хотя они далеко не такие важные. Едва заслышав звонок, немедленно спешите на помощь всем нашим гостям!

— Но к чему относится звоночек без номера? — спросил Клаус. — В Десятичной Системе Дьюи есть числа только до 999!

Управляющий нахмурился, словно средний Бодлер неверно ответил на его вопрос.

— Это солярий на крыше, — сказал он. — Любители позагорать, как правило, библиотеками не интересуются, поэтому им все равно, где находится солярий. Ну же, живей, живей!

— А куда сначала? — спросила Вайолет. — Ведь наша помощь потребовалась гостям сразу в трёх местах!

— Вам, разумеется, придётся разделиться, — ответил Франк либо Эрнест с прежним непостижимым выражением лица. — Каждый посыльный должен выбрать себе гостя и поспешить в нужном направлении. Пользуйтесь лифтами — они помечены номером 118, соответствующим энергии и силе.

— Извините, сэр, — сказал ещё один коридорный, похлопав то ли Франка, то ли Эрнеста по плечу. — Звонит один банкир, который желает немедленно переговорить с кем-нибудь из управляющих.

— Надо работать, — сказал управляющий. — К вам, посыльные, это тоже относится. Чао-какао!

«Чао-какао» — это выражение, к которому прибегают люди, которым недостаёт воспитания для более вежливой формулировки, например, «Если вам больше ничего не нужно, мне необходимо вас оставить», или «К сожалению, мне придётся просить у вас позволения уйти, если не возражаете», или даже «Извините великодушно, но вы перепутали мой дом с вашим и моё ценное имущество со своим, и я вынужден просить вас вернуть мне упомянутые предметы и, если вас не затруднит, покинуть мой дом, предварительно отвязав меня от стула, так как самостоятельно я этого сделать не могу». Детям было неприятно, что с ними простились так грубо, и им неприятно было узнать, что деятельность посыльных связана с таким сложным методом организации работы в огромном и непонятном отеле. Им было неприятно, что не удалось разобраться, который управляющий Франк, а который — Эрнест, и им было неприятно узнать, что «Дейли пунктилио» подняла среди горожан тревогу по поводу их прибытия и что в любой момент их могут разоблачить и арестовать за преступления, которых они не совершали. Но самым неприятным для Бодлеров был намёк на то, что им придётся разделиться и выполнять в этом неимоверном отеле разные поручения. Они надеялись выполнять обязанности посыльных и фланёров вместе и с каждым шагом к лифту становились все несчастнее и несчастнее при мысли о предстоящей разлуке.