Большая книга зимних приключений для девочек (сборник) - Вера Иванова

А тот почувствовал вдруг страх, но отказываться было поздно.

– Ты и вправду хочешь попробовать? – уловила его колебания Настя.

– А как же! – парень решительно взял чашку, отхлебнул и замер: вкус был жгуче-сладким, терпкий дух ударил в нос так сильно, что закружилась голова.

– Брр! Это что-то новомодное? – Никита с удивлением рассматривал густой маслянистый напиток темно-зеленого цвета.

– И да и нет, – уклончиво ответила Настя. – Настой по прабабушкиному рецепту. Отлично от простуды помогает!

– А ты меня не отравишь? – неловко хмыкнул гость и бросил на хозяйку быстрый взгляд, надеясь на ответную шутку.

Но нет, Настя была серьезна. Она держала чашку около лица, с наслаждением вдыхая аромат. И ответ ее прозвучал совсем не шутливо.

– Не знаю, – тихо сказала она. – Будем надеяться, что нет.

Преодолевая страх, Никита сделал еще глоток. На этот раз напиток показался не таким жгучим – пряное тепло обволокло горло, спустилось к груди.

– Неплохой коктейльчик! А что тут намешано? – Он не оставлял попыток свести все к игре.

– Ты точно хочешь знать? – испытующе посмотрела на него Настя. И снова ни в тоне ее, ни во взгляде не было игры, только какое-то жадное любопытство – так нетерпеливый экспериментатор смотрит на объект своих опытов.

Никиту охватила паника. Стало холодно, он поежился. Перед ним как будто приоткрылась дверь в другой мир, чужой, неуютный, неприветливый, откуда на него пахнуло тьмой… Он будто балансировал на краю, а потом его вдруг страстно потянуло узнать, что там дальше… С этими мыслями Никита в несколько глотков допил настой, со стуком поставил чашку на стол.

– Да, хочу, – как во сне промолвил он, глядя Насте прямо в глаза.

– А может, вначале задачу обсудим? – она словно испытывала его.

– Задачу потом. Сейчас давай про эту бурду, – настаивал он.

– Ладно. Основа – обычный зеленый чай. В книге написано – «настоящий китайский зеленый чай высшего качества», но я решила, что сойдет и наш. После того, как чай настоится, в него надо добавить: три листика Aquarium Aqiutirum, корень Silencia Zitratum, истолченные в порошок цветки Lijeria Obiozum.

– Это что, растения? – удивился Никита. – Надо же, никогда о таких не слышал! И где ты их взяла?

– Здесь, – Настя обвела рукой комнату. – Они растут вокруг тебя. Вот это, – она подошла к подоконнику, показала на маленькое приземистое деревце, нахально растопырившее ветви так, что они теснили другие цветы. – Это Aquarium Aquitirum, видишь, здесь не хватает трех листиков.

Никита подошел к Насте, наклонился, пригляделся. И действительно, на одной из веточек отсутствовали три мясистых глянцевых листочка.

– А вот это – Lijeria Obiozum, – продолжила экскурсию Настя. Теперь они стояли перед пышным растением с мелкими листиками, усыпанным яркими голубыми цветочками. – По-другому еще называется ведьмина травка. Чувствуешь, как пахнет? Слабее, чем фаленопсис, но тоже приятно!

Никита наклонился, понюхал – цветы источали пряный аромат, тот самый, который Никита уловил и в напитке.

– А вот это – Silencia Zitratum, – они повернулись к свисающей с потолка лиане. – Видишь, какие мощные воздушные корни. И крепкие! Я так мучилась, когда отрезала.

Стоя под лианами, Настя тряхнула головой, и волосы ее зацепились за один из воздушных корней. Она попыталась освободиться, но стало только хуже – теперь уже локоны запутались, а любая попытка пошевелиться вызывала резкую боль. Настя причитала, смеялась и все больше застревала в «джунглях».

– Вот противное растение! Очень капризное. И липкое! Вечно с ним какие-то проблемы. Ну! А ты чего стоишь? – прикрикнула она на Никиту. – Иди помоги!

– Кто, я? – вдруг испугался Никита.

– А что, здесь есть кто-то еще? Не видишь, что ли, я сама не могу!

Парень робко ступил под густую завесу стеблей. Он осторожно коснулся Настиных волос, потянул за локон…

– Аккуратнее! Не дергай! – зашипела Настя, и у спасателя задрожали пальцы.

Никита принялся неловко распутывать колтун. Получалось плохо – едва он вытаскивал одну прядь, запутывалась другая. Настя то и дело вскрикивала и шипела.

– Так, ладно, все понятно, – не выдержала, наконец, она. – Бери ножницы! В нижнем ящике стола. А теперь режь! Да режь, тебе говорят, что ты трясешься?

– А что резать-то? Стебель? – Никита в растерянности щелкал ножницами.

– Да волосы же! Неужели непонятно? Просто отрежь ту прядь, которая запуталась!

– Тут много, – засомневался Никита. – Тебе прическу менять придется!

– Режь, тебе говорят! – рассердилась Настя. – Или я тебя самого на кусочки раскромсаю!

Никита покорно чикнул ножницами, отхватив, как ему показалось, совсем тоненькую прядь. Однако когда Настя выбралась из «зарослей», оказалось, что у нее появилась коротенькая челка. Обескураженная, она крутилась перед зеркалом, то и дело бросая свирепые взгляды на Никиту.

– Под самый корень обкарнал! Что я теперь буду делать?

– А что? По-моему, тебе идет! – попытался утешить ее невольный парикмахер. – Очень стильно! Так, значит, в той бурде, что мы пили, было и это зловредное растение? – неуклюже хотел он переменить тему разговора.

– В той бурде, что мы пили, было и еще кое-что! – сердито бросила Настя. – Три клочка шерсти четырехмесячного котенка, вот!

– Ты серьезно? – у Никиты вытянулось лицо.

– А как же! Для чего я, по-твоему, Ерошкину шерсть собирала? – мстительно буркнула Настя.

– Ты сумасшедшая! Тебя надо в психушку запереть! – в сердцах бросил Никита, хватаясь за горло – он боялся, что его вот-вот стошнит.

– Ты сам захотел, – промолвила Настя, не отрывая глаз от зеркала. По губам ее блуждала усмешка – точно такая же, какую репетировал накануне перед зеркалом Никита. Только у Насти получалось лучше, естественнее. Да-да, она как будто насмехалась над Никитой, и это, вместе с другими странностями, вдруг взбесило его.

– Знаешь что… – начал он и тут же, осекшись, бросил, – ладно, пока.

А потом подхватил рюкзак и выскочил за дверь.