Монстры хитрее всех! - Гитти Данешвари

– В таком случае, сообщаю вам, что синдром моргающего нетопыря Крошки – абсолютно реальная болезнь. Она получила свое название в честь одного нетопыря по имени Крошка, который никак не мог перестать моргать из-за странной инфекции в левом глазу. Увы, все горгульи Скарижа много лет упрекали Крошку за то, что он дразнится – прежде чем кто-то наконец додумался показать его врачу, – серьезно сообщила Рошель. Печальная судьба нетопыря Крошки явно вызывала у нее сочувствие.

Добравшись до покоев Крови и Моркови, Робекка, Рошель и Венера принялись быстренько приводить себя в порядок перед ужином. Однако же, когда Рошель красила губы, Венера протирала свои листочки, а Робекка смазывала свои шестеренки, подруги услышали какой-то странный звук. Это были шаги, но доносились они с совершенно необычного места – с потолка.

– Кажется, там кто-то есть, – прошептала подругам Робекка.

– Может, это мисс Сью Нами там что-то чинит? – подумала вслух Венера.

– При всем уважении к мисс Сью Нами – если бы она прошлась по нашему потолку, она бы, несомненно, провалилась сюда, – уверенно заявила Рошель. – Нет, это кто-то более легкий – кто-то, имеющий безукоризненно логичную причину расхаживать по техническому этажу между общежитием и мансардой.

– Может, какого-нибудь тролля отправили спасать заблудившуюся летучую мышь? – с сомнением высказала предположение Робекка.

– Может, – пробормотала Венера, повторяя маршрут шагов сверху. Она остановилась лишь тогда, когда уперлась в стену.

Глухой удар отразился в многослойной фанере и штукатурке комнаты. Девушки с любопытством переглянулись.

– Похоже, кто-то только что спрыгнул в соседнюю комнату… – Венера не договорила и потрясенно зажала рот рукой.

– Ой! Ты думаешь, один из троллей – грабитель? – тихонько взвизгнула Робекка, но тут же нахмурилась и задумалась.

– Вовсе нет, Робекка, – твердо произнесла Рошель.

– Вы вспомните, кто у нас в соседях! – потребовала Венера.

– Мисс Подлётыш, – пробормотала Робекка. Она никак не могла решить, что обо всем этом думать. – Но если какой-то тролль пришел к ней, то почему не через дверь? Зачем пробираться через потолок? В конце концов, она постоянно встречается с троллями.

– Очень резонный вопрос, – признала Рошель. Тут из-за стены донесся сердитый приглушенный голос.

Трое подруг одновременно прижали уши к ровной белой поверхности, жаждая узнать, о чем пойдет речь. Но увы, это оказалось невозможным – слишком толстая была стена. Рошель вздохнула, признавая поражение, а Робекка плюхнулась на кровать. Венера же подкралась на цыпочках к окну и распахнула его, стараясь не шуметь.

– Зачем ты снова здесь?! Если тебя заметят, мне конец! Я не для того столько трудилась и так близко подошла к цели, чтобы мне все загубили! – послышался чей-то яростный, шипящий голос, затем по потолку снова простучали шаги.

Закрыв окно, Венера, Робекка и Рошель сбились в кучку в дальнем углу комнаты.

– Кто это был – мисс Подлётыш? – шепотом спросила Венера у подруг. – Голос как у нее, только гораздо громче и грубее.

– Чтоб меня за поршень дернули! Не нравится мне, как это звучит – «я не для того столько трудилась, чтобы мне все загубили»! – нервно пробормотала Робекка.

– Эх, если бы только нам удалось увидеть, с кем это она разговаривала! – с сожалением произнесла Рошель. – Послушайте, девятый пункт третьего параграфа Этического кодекса горгулий гласит, что любую информацию, которая может иметь отношение к преступлению, следует немедленно сообщить представителям власти. Исходя из этого, я предлагаю пойти и отыскать директрису Бладгуд и мисс Сью Нами.

– Не хотелось бы тебя изводить – я знаю, как серьезно ты относишься к своему кодексу, – но думаю, что ты ошибаешься. Мы не знаем, с кем сотрудничает мисс Подлётыш, и потому мне кажется неразумным в данный момент говорить с кем бы то ни было, – уверенно заявила Венера.

– Ежкин-крошкин, ты что, предполагаешь, что мисс Сью Нами или директриса могут быть замешаны в это? – гулко сглотнув, спросила Робекка.

– Нет, я так не думаю, – ответила Венера, покачав головой. – Но я все равно считаю, что неразумно будет говорить с ними, не имея веских доказательств. Потому что если они не будут уверены в наших словах, они могут кому-нибудь сказать об этом.

– А это поставит под удар не только нас самих, но и всю школу, – согласилась Рошель.

Терпеливо дождавшись, чтобы мисс Подлётыш покинула свою комнату, подруги тихонечко спустились вниз. Но стоило им смешаться с толпой учащихся в главном коридоре, как через несколько секунд Венера заметила, что красавица-драконица разговаривает не с кем иным, как с директрисой Бладгуд.

– Рошель, скажи, пожалуйста, а бывает такая вещь, как синдром двуликого преподавателя? – спросила Венера сквозь сжатые зубы. Нос ее подергивался – убеждающая пыльца рвалась на волю.

– Я могу с абсолютной уверенностью сказать, что медицина не знает синдрома с таким названием, – как всегда, официально сообщила Рошель.

– Честно говоря, необычно иметь в соседках мисс Подлётыш. Как-то это нервирует, – пробормотала Робекка. – У меня от одной мысли об этом пар начинает валить.

– Силь гуль пле, Робекка, успокойся, пожалуйста, а то ты запотеешь и пойдешь кудряшками прежде, чем мы доберемся до Пожиральни, – посоветовала подруге Рошель, когда мисс Подлётыш – на этот раз она была в длинном, в пол, фиолетовом платье, – легкой, неторопливой походкой отошла от директрисы.

– Девочки, давайте-ка проведем небольшое расследование, – предложила Венера и направилась к директрисе Бладгуд.

– О, а вот три мои любимые ученицы – вместе с вашими одноклассниками, конечно. Как вам известно, директрисе не полагается обзаводиться любимчиками. Итак, если вы насчет изменения расписания, то это вам придется обсуждать с мистером Д’Охликом. Как мне сказали, он сейчас устроил себе пикник в одиночестве на каскетбольной площадке. Кстати, каскетбольная площадка категорически нуждается в вощении. А то дело дошло до того, что я еле-еле могу разглядеть там собственное отражение. Ну, как бы там ни было, сейчас мне действительно пора идти, но я благодарю вас за то, что вы привлекли мое внимание к состоянию каскетбольной площадки.

– Э-э… на самом деле мы этого не делали. Мы вообще еще не успели ничего сказать, – неловко проговорила Венера.

– Что, правда? – Директриса Бладгуд озадаченно посмотрела на девушку. – Извините, девочки. Итак, что я могу для вас сделать?