Лучшие подруги - Френсин Паскаль

Она услышала, как открылась дверь туалета, и подавила рыдание. Вошли две пятиклассницы, которых она почти не знала.

– Хочу себе другую прическу сделать, – сказала одна. – Видела сегодня Джессику Уэйкфилд? Она так изменилась – с ума сойти! Сразу такая взрослая стала, и на сестру не похожа. Теперь их, пожалуй, не спутаешь.

– Вот и хорошо! – сказала другая. – Мне давно хотелось с ними подружиться, но я все время боялась, что не то имя ляпну.

Дверь хлопнула, и Элизабет снова осталась одна. Теперь она точно знала, что ей нужно сделать. Она встала перед зеркалом, развязала «конский хвост» и волосы в беспорядке упали на лицо. Она расчесала их на прямой пробор, откинула назад и скрепила заколками. Это была прическа, которая ей очень нравилась, но Джессика ее терпеть не могла. Элизабет внимательно смотрела на свое отражение в зеркале. Она выглядела хорошо. Просто замечательно! Совсем другая Элизабет Уэйкфилд!

Она еще раз глянула в зеркало и уже собралась было уходить, как вошла Лоис Уоллер.

– Ух ты! – изумленно уставилась на нее Лоис. – Слушай, Лиз, тебе ужасно идет. Всегда так ходи!

Элизабет улыбнулась:

– Да что ты говоришь!

И весь этот день Элизабет только и слышала: она выглядит прекрасно, Джессика выглядит прекрасно, и вообще, как хорошо, что они теперь такие разные.

Из общего хора выбился только один голос. Мисс Арнетт вздохнула:

– Как жаль, что вы решили быть разными. Раньше были как две куколки.

«Вот именно, – подумала Элизабет. – Бр-р-р!»

Дома тоже по достоинству оценили ее усилия.

– Теперь у меня две взрослые дочери, – констатировал папа.

– Что интересно, – призналась Элизабет, – я думала, у меня ничего не получится. Но всем так понравилось, что мы с Джессикой стали непохожими! Теперь мы всегда будем одеваться по-разному.

– Аллилуя! – басом пропел Стивен, а Джессика раскрыла рот:

– Как? Всегда?

Элизабет усмехнулась:

– Ну, может, и не всегда.

– Слава Богу! – с облегчением вздохнула Джессика. – Мне еще не надоело быть близняшкой. Иногда это даже интересно.

– Девочки! – неожиданно вспомнила миссис Уэйкфилд. – У меня хорошие новости. Я звонила в балетную студию, и мне сказали, что занятия для новичков вот-вот начнутся. Точнее говоря, завтра. И потом – дважды в неделю.

– Балет! – фыркнул Стивен. – Большое дело!

Джессика радостно заверещала:

– Спасибо, мамочка!

Элизабет тоже обрадовалась.

Быть непохожей на Джессику – это одно, но быть с ней в разных компаниях – совсем другое. Ей не хотелось слишком далеко расходиться с сестрой. А теперь они хоть заниматься будут вместе, и то хорошо.

На следующий день они отправились в студию.

– Я столько репетировала! – хвасталась Джессика, торопливо шагая рядом с Элизабет. – И вот еще, – она открыла сумку, – новое балетное трико!

– Лиловое! А где же твое черное?

– Черный цвет такой скучный, – сказала Джессика. – Я попросила у Лилы гетры, тоже лиловые, и еще я думаю перекрасить тапочки. Не хочу быть как все.

– Мама тебе задаст, если ты перекрасишь тапочки!

– Не задаст, если ты ей ничего не скажешь, – резонно возразила Джессика и сменила тему: – Знаешь что? Я сегодня заметила, что Брюс Пэтмен на меня все время смотрит. По-моему, он в меня влюбился.

– Не знаю, что ты в нем нашла. Он грубиян и приставала. Он обзывает Лоис поросенком. Однажды в буфете он встал и начал вопить, чего и сколько она взяла себе на обед. Все над ней потешались.

– Вот, наверное, смеху-то было, – подхватила Джессика. – Она ведь за четверых лопает.

– Да, – признала Элизабет. – Но это не значит, что можно издеваться над ней на глазах у всей школы.

Они подошли к студии. Открывая массивную дубовую дверь, Джессика прошептала:

– Я так волнуюсь! Словно все это во сне!

В приемной за большим столом сидела женщина. Увидев их, она приветливо улыбнулась:

– Можете ничего не говорить. Вы сестры Уэйкфилд. А я миссис Хэнли.

Она раскрыла журнал и вписала их фамилии.

– А теперь марш переодеваться – и в класс! Все уже пришли. Мадам Андре скоро будет.

Джессика вцепилась в Элизабет:

– Мадам Андре! Директриса! Как нам повезло!

Раздевалка была пуста.

– Нужно поторапливаться, – сказала Элизабет.

Вечно с этой Джессикой опаздываешь – останавливается у каждой витрины.

Она быстро натянула черное трико, белые колготки и надела черные тапочки.

«Стандартный набор», – подумала она и взглянула на сестру.

Джессика доставала свой яркий костюм.

Она посмотрела в зеркало и поправила волосы, собранные на затылке в привычный «конский хвост». На ее лице промелькнула улыбка.

– Интересно… – пробормотала Джессика, взглянув на отражение сестры. – Ты, иди, Лиззи. А я через минутку буду готова. Хочу привести себя в полный порядок.

– Ладно, копуша, – улыбнулась Элизабет, – только не опаздывай. Занятия уже начинаются.

– Да я мигом, – отмахнулась Джессика.

Элизабет вошла в танцкласс. Это была большая комната, две стены которой представляли собой сплошное зеркало, а вдоль третьей тянулись деревянные перекладины. Около десятка будущих балерин томились в ожидании мадам Андре. Элизабет знала только одну из них – Сару Томас, они вместе учились. Девочки улыбнулись друг другу.

– Внимание! – раздался строгий голос с заметным французским акцентом.

Элизабет обернулась. Высокая женщина с седыми волосами, аккуратно собранными на затылке в узел, широко шагая, приближалась к ним. Она высоко держала голову и не улыбалась.

– Я мадам Андре, – твердо выговаривая согласные, сказала она. – Сегодня мы приступаем к изучению танца. Вам придется много поработать, но зато вы по-настоящему полюбите балет.

Мадам Андре взяла длинную указку и стукнула ею об пол, словно поставила точку в конце своей краткой речи.

Элизабет нервно посматривала в сторону раздевалки. Куда же запропастилась Джессика! Судя по всему, мадам Андре не из тех, кто сквозь пальцы смотрит на разгильдяев. Джессика неприятно удивит ее.

– А теперь сядьте на пол лицом ко мне. Проведем перекличку. Итак…

Мадам Андре быстро называла по алфавиту фамилии, внимательно вглядываясь в каждое лицо. Наконец она дошла до буквы У. Джессики все еще не было.