Контрольная с чужими - Владимир Кузьмин

Блуждающие, почуяв новую забаву, наблюдали за схваткой увлеченно. Настолько увлеченно, что огневикам удалось подобраться незамеченными. Дальше все оказалось делом техники. Осторожно, чтобы не вспугнуть, огневики стали прислушиваться к эмоциям и образам, возникающим в головах, то есть не в головах, те точно были безголовыми в любом смысле, в сознании конечно. Долго ничего нужного в этих сознаниях не находилось. Пришлось чуть подтолкнуть.

«Откуда такие шустрые взялись?» превратилось в «Где их дом?», дальше возникла мысль «А что там у нас дома?» и желание вернуться, потому что играть в пиратов на необитаемом острове уже надоело. Боязнь пролезать через испорченный узел миров вытеснилась на задний план сознания, а на самый передний огневики подталкивали любые воспоминания о доме, любое самое крохотное желание, с ним связанное. А там аккуратненько утвердили знание, что узел теперь станет безопасным, лишь бы победа не осталась за монстром.

– А я тем временем расчищал все, что было испорчено, – услышал Семка голос Стража. – Мне в самом деле стала необходимой ваша победа над Лизуном, так там сложно все переплелось с ним. Но едва вы с ним справились, мне работы осталось на пару часов. Коллеги попридержали Блуждающих, но как только я закончил, они во все лопатки побежали к мамочкам.

– Вы очень уж похожи на человека, – произнес Доцент. – Никак не могу поверить, что вы робот.

– Ты так сказал, словно быть роботом – это нечто унизительное.

– Что вы! А что там со шкурой произошло?

– Оболочка Лизуна состоит одновременно из сложнейших полимеров, конфигураций силовых полей и энергетических потоков. Большая часть управляющих центров была расположена внутри. После их разрушения существование столь сложной структуры не могло быть продолжительным. Произошел выброс энергии. Но я могу испытывать удовлетворение конечным результатом. Потому что наиболее правильным действием является действие, приносящее правильный результат.

– Ну да, хорошо то, что хорошо кончается, – перевел эти слова на русский Семен. – Мне будет жаль с вами расставаться.

– А я смогу отладить защиту периметра и перевести себя в режим ожидания. Тогда время проходит незамеченным.

– Это хорошо. Глядишь, появится кто из тех, кто вас создал. Все веселее будет. Спасибо за помощь. Да, чуть не забыл. У этой планеты есть название? А то мы так и не собрались для нее имя придумать.

– Заноза.

– Смешно, но что-то в этом есть. А та планета, с которой вы родом?

– У нас, как и у вас, много языков, и в каждом свое название. Самое распространенное Дарион.

– Красиво! А как вы думаете, отчего никто из дарионцев так долго здесь не появляется?

– Не знаю. Могу лишь предполагать, что Путь сюда временно закрылся. Такое случается.

Семен вздохнул. Вопросов у них еще столько, что целый год можно задавать и слушать ответы. Но у всех есть насущные дела.

– Еще раз спасибо за помощь, – сказал он. – Отдельное спасибо за ионные мечи.

– Примите и мою благодарность за сотрудничество. Пока будете перебираться через Каньон, мы еще несколько раз встретимся. А сейчас я должен идти, у меня множество срочных дел.

– До свидания.

Они остались вдвоем с огневиком.

– Могу я вас просить исполнить одно мое поручение?

Огневик выслушал, задал пару вопросов и сказал:

– Это два поручения. Без прямой связи между собой. Но у нас нет причин их не исполнить.

И отправился выполнять Семенову просьбу.

Семен же повел носом и уловил запах каши с мясным грибом. Ноги невольно потащили его на этот запах. Но он нашел в себе силы свернуть туда, где расположилось командование.

– Этак хочется повторить слова классика «Не верю!», – вещал Фома, получивший свой псевдоним именно за любовь к этой цитате. – Своими глазами вижу и не верю. Раньше самой разрушительной силой полагал нашу группу. Мы ж в диверсионном режиме любой полк способны уничтожить или небольшой город захватить. Но с ребятишками нам близко не встать.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться? – спросил Семен. – Блуждающие разумы покинули этот мир, дорога свободна.

– Спасибо за добрую весть. Значит, завтра утром выдвигаемся.

– Послезавтра.

Полковник переглянулся с майором, глянул зачем-то на небо, где все еще полыхало полярное сияние, и даже сделал вид, что его изучает.

– Объясни, – сказал он, продолжая смотреть на небо.

– М-м-м… У нас есть одна проблема…

– У нас проблем больше, чем звезд в галактике. Две главные мы сегодня решили. Но никто не отменял все местное зверье и прочие препятствия на оставшейся части пути. Так какую проблему ты имеешь в виду?

– М-м-м…

– Отставить мямлить.

– Есть отставить мямлить. Я, товарищ полковник, имел в виду одну внутреннюю проблему, которая должна сегодня перейти в острую фазу. Но предпринятые… э-э-э… упреждающие меры должны позволить разрешить ее в течение ближайших суток.

– Фома, ты что-нибудь понял? – поинтересовался Ковалев.

– Так точно. Есть проблема, но Семка… извините, Семен Анатольевич меры уже принял. Поэтому завтра мы не выходим, но послезавтра…

– Это я и сам понял. Мне про внутренность проблемы кто бы разъяснил.

– Товарищ полковник.

– Что тебе, Ручей.

– Я задержанных привел.

Вот тут полковник и майор уже не дурашливо, а самым натуральным образом удивились.

– Откуда им взяться? Новых чудищ наловили?

– Никак нет. Согласно внутреннему распорядку после двадцати часов запрещено выходить за охранный периметр. Но эти вот… предприняли попытку пройти напролом. Мы с Русаковым их остановили, они стали оказывать сопротивление. Пришлось задержать.

Полковник Ковалев покосился на Семку, словно это он пытался уйти за периметр.

– Подойдите ближе, – обратился он к задержанным.

Юстина, Инеза, Ким и Джон подошли уверенно, без тени смущения.

– Зачем вам понадобилось выходить за периметр? – спросил полковник. – Подышать захотели?

Ответа он не дождался и задал новый вопрос.

– Зачем вам подвергать себя опасности вне защитного периметра? Мы завтра… послезавтра начинаем продвижение через Каньон. После чего…

– Мы не пойдем с вами, – с милой улыбкой сообщила Юстина. – Мы останемся здесь.

– Можно уточнить, что для вас важнее? Остаться или не идти с нами?

Семка восхитился сообразительности Настиного отца, он бы еще полчаса добирался до самого главного. А полковник даже бровью не повел, моментально отреагировал и задал самый правильный вопрос.