Сердце дракона, или путешествие с Печенюшкиным - Сергей Белоусов

— Лампусик!.. — Алена неожиданно всхлипнула. — Вот дурачок! Он такой хороший, Лизка. Почему мне его сделалось жаль?

— Потому что ты его иначе любишь. Как верного друга. — Лиза рассеянно глядела на открытую «кукольную» полку в мебельной стенке. Там, среди игрушечной мебели, стояли, сидели и лежали главные сокровища сестер.

Красавица блондинка Барби с дочкой Нэнси, мужем Дэном и подругой-брюнеткой Ниа — прошлогодние американские трофеи. Ляпус-Петя в плаще до пят. Китайский пес из Лондона и китайский медвежонок из Стамбула. Плюшевый гном в красном колпаке. Стеклянная змея в короне, похожая на Клару-Генриетту. Розовая длинношерстная обезьянка без хвоста… Перечень лучше оборвать, иначе не хватит страницы.

— Он для тебя ненастоящий, как эти куклы, — продолжала старшая сестра. — Точнее, не как они, но все равно, сказочный… Ну, словом, не подходящий тебе. Ты это понимаешь, оттого и жалеешь Лампусика… Ох, в голове-то я понимаю, а словами выразить трудно. Короче, не задумывайся, тебе еще рано.

На удивление присмиревшая Аленка лишь робко покачала головой, сомневаясь.

— Давай, лучше я тебе стихи почитаю, — предложила Лиза. — Те, которые Пиччи мне посвятил.

— В четвертый раз? Зачем? Я их почти выучила.

— Тогда отсюда. — Лиза сняла с книжной полки потрепанный томик. — Марина Цветаева. Печенюшкин сильно рекомендовал почаще читать настоящую поэзию. Открываем наугад…

Посреди комнаты — огромная изразцовая печка,

На каждом изразце — картинка:

Роза — сердце — корабль. —

А в единственном окне —

Снег, снег, снег…

— Покажи! — Алена, подлетев к сестре, уставилась на страницу. — Нет, это другое. А я испугалась…

— Чего ты испугалась, трусиха?! — тормошила сестренку Лиза.

— Так, сама не знаю… Уже прошло…

Алене было хорошо и немножко грустно. Полчаса назад, когда Лиза выходила в ванную, она, выдвинув нижний ящик шкафа с нехитрым своим добром, приклеила скотчем к его дну сложенный вдвое и упрятанный в конверт листок. Вот что было на нем: шестнадцать строчек неравной длины, летящая быстрая подпись и, как три росчерка, рисунок внизу — роза, сердце, корабль.

Год назад она была младше и глупее. Теперь же — Алена знала — она не станет огорчать сестру. Пусть листок, подаренный вчера Печенюшкиным, спокойно лежит в тайнике. Аленка не покажет его НИ-КО-МУ…

— Ленка! — разбиравшая рюкзак Лиза выдернула руку, словно наткнулась на ежа. — Забыли!! — Треугольная призма светилась у нее на ладони. — Последнюю пирамидку забыли! С живой водой! Что мы будем с ней делать?! Неужели, вернем?! Как ты думаешь, она не испортилась?!.

Аленка, поворачивая голову, внезапно задержалась взглядом на «кукольной» полке. В коричневых, круглых ее глазах заблестели хитрые золотые искорки. На лице — сосредоточенном, серьезном — медленно расцветала улыбка.

КОНЕЦ

1993–1994 гг