Великий сыщик Эге-Ага. Дело о пропавшей короне - Вадим Громов

Бу ничем не занималась, только ела да спала. А когда бодрствовала, то разглядывала и хвалила картины художника. С каждым днём она становилась всё толще, неповоротливее и даже забыла, как летать. А как-то вечером Бу пожадничала и съела слишком много винограда. Тот был очень вкусным, ворона ела его и ела, хотя чувствовала, что вот-вот лопнет от обжорства. Но не могла остановиться.

И вот после одной особенно крупной ягоды в глазах у Бу всё закружилось и потемнело. Сильно заболел живот – и ворона потеряла сознание. Когда она очнулась, то поняла, что стала привидением.

Увидев, в кого превратилась Бу, художник сбежал из дворца и наотрез отказался возвращаться обратно. Потом ворона напугала королевского повара, и тот с перепугу пересолил суп, не заметив этого. Когда суп подали королю – прадедушке Пуня, тот зажмурился от предстоящего удовольствия и съел целую поварёшку. Уже через три секунды он бегал с выпученными глазами, высунутым языком и просил воды.

Сразу после этого случая на Бу началась настоящая охота. Вороне пришлось спрятаться под крышу самой высокой башни дворца и сидеть там целый месяц, пока все не успокоились.

С тех пор она старалась летать по дворцу только ночью. Но осторожно, чтобы не натолкнуться на какого-нибудь страдающего бессонницей придворного. А вдруг тот окажется чересчур пугливым и разбудит своими ужасающими воплями весь дворец!

Другое привидение нарочно попадалось бы на глаза всем подряд, но Бу была не вредной вороной. Ей не хотелось, чтобы все вокруг бегали, сильно шумели и пытались её прогнать. И лишь случайно подслушанное известие о прибытии великого сыщика Эге-Ага заинтересовало её настолько, что ворона решила показаться ему.

Привидение закончило свой рассказ. Дракончик улыбнулся:

– Вот увидела ты меня. Что дальше?

Бу немного застеснялась, а потом сказала:

– Возьми меня в помощницы? Ну, пожалуйста…

Эге-Ага весьма удивился. Откровенно говоря, такого он не ожидал.

– В последние дни по дворцу бегали восемь сыщиков Лучшеграда, – ответил дракончик. – Почему ты не попросилась в помощники к кому-нибудь из них? Почему – ко мне?

– Ты меня не боишься, – начала перечислять Бу, – мне надоело быть в одиночестве. За эти сто лет я поняла, что прежде была огромной лентяйкой. Есть, спать и разглядывать картины – это неправильная жизнь. Теперь, хоть я и привидение, у меня появилось желание что-то изменить. И к тому же я хочу узнать, куда делась корона.

– Эге… – произнёс великий сыщик. – Ведь ты же летаешь ночью по дворцу? Не видела ничего странного семь ночей назад?

Бу печально вздохнула:

– Совсем ничего. К тому же я летала по другой части дворца. Знать бы, что случится такое, – торчала бы у хранилища, как привязанная…

– Понятно, – сказал Эге-Ага. – Это грустно, но не уныло. Будем искать дальше.

Ворона обрадовалась:

– Ты сказал «будем»? Берёшь меня в помощницы?

Великий сыщик капельку подумал и ответил:

– Давай сделаем так: я отвечу на твой вопрос завтра утром. А сегодня ты полетаешь по дворцу и постараешься разузнать что-нибудь. Последи за первым советником. Он единственный, с кем я не успел поговорить, и ему прекрасно известно, что я уже во дворце. Если он причастен к пропаже короны, то вряд ли уснёт сегодняшней ночью… Или выдаст себя как-то ещё. Согласна?

– Ещё бы! – заверила Бу. – Всё-всё сделаю! Даже не сомневайся!

Не задерживаясь ни мгновения, привидение вылетело из спальни. Эге-Ага сел на кровать, чтобы записать в своём блокноте кое-какие детали и мысли, связанные с расследованием. А когда закончил, то снял пояс с сыщицкими принадлежностями и подошёл к бочонкам с огурцами.

«Время ужинать!» – сказал он сам себе. После чего засунул в рот сразу два овоща.

Глава шестая
Швак, Брок, Фулт, или Чушь о трёх коронах

Ужинал великий сыщик долго. Каждый бочонок опустел на треть, прежде чем Эге-Ага наконец-то оторвался от любимой еды.

«Уф-ф… – Дракончик погладил себя по набитому брюшку. – Ещё бы самую малость – и я тоже превратился бы в привидение. Главное – уметь вовремя остановиться».

Он лёг на кровать и закрыл глаза. Но не заснул, а снова начал вспоминать всё, что видел-слышал за сегодняшний вечер. Некоторые воспоминания оказались полезными, и у Эге-Ага появились кое-какие догадки. Жаль только, что их было немного и понять, кто и почему похитил корону, ещё не получалось.

«Догадки – это не доказательства… – Перед сном дракончик повторил одно из сыщицких правил. – Но одно часто прячется неподалёку от другого».

Ночь прошла спокойно. Великого сыщика никто не тревожил.

Открыв наутро глаза, Эге-Ага увидел Бу, висящую под потолком. Вид у вороны был разочарованный.

– Привет! – сказал дракончик. – Мне так кажется, что советник ничем себя не выдал.

Привидение мрачно кивнуло:

– Спал так, словно до этого пять дней глаз не сомкнул. Даже не шевелился.

– Скорее всего, он тоже непричастен к пропаже короны, – заключил великий сыщик. – Даже не знаю, стоит ли мне теперь допрашивать его?

Ворона неожиданно спросила:

– Кстати, ты ничего не слышал ночью?

– Ничего… – насторожился Эге-Ага. – А что?

– Кто-то подсунул тебе под дверь сразу три записки, – ответила Бу. – Прочитаешь?

Великий сыщик спрыгнул с кровати и подбежал к двери. Действительно на полу лежали три одинаково сложенные записки. Дракончик осторожно развернул первую.

– Какие ужасные каракули… – пробурчала ворона, повиснув над плечом Эге-Ага. – Писали как сонная курица левой лапой. Ничего не понятно.

Да уж, этот почерк был не далёк от того, чтобы стать образцом неразборчивости! Но Эге-Ага повертел бумажку так и сяк, прочитал одно слово, потом другое…

В конце концов он прочёл всё. А написано было вот что:

«Корону похитил некто по имени Швак. Он покинет Лучшеград сегодня, около полудня».

– Хм! – удивился великий сыщик. – Очень надеюсь, что в двух других будут подсказки, где искать Швака, или хотя бы как он выглядит.

Эге-Ага развернул вторую записку. Почерк в ней был гораздо лучше, а содержание мало чем отличалось от предыдущей: