Хроники Этории. Тени прошлого - Михаил Костин

Невзирая на плохое освещение, в самом центре можно было без труда разглядеть нескольких человек в черных сутанах и клобуках. Они стояли в кругу и качались из стороны в сторону, не обращая внимания на незваных гостей. В следующее мгновение Минар услышал тихий гул. Сначала он подумал, что это ветер гуляет по туннелю, но потом понял, что звук исходил от стоявших перед ним людей. Они что-то не то бормотали, не то пели.

– Эй, любезные! – окликнул людей в балахонах сир Роле.

Те не ответили.

– Отвечать, когда с вами говорит рыцарь Нордении! – взревел сеньор.

Странные люди прекратили пение, но ответа не последовало.

– Вы все арестованы по приказу герцога Буаского и нашего короля Филиппа Первого. Любое сопротивление бесполезно.

Люди в сутанах не отвечали. Сир Роле отдал приказ, солдаты окружили незнакомцев. Какое-то время все стояли неподвижно, потом один оруженосец, молодой парень из Бонвиля, попытался схватить кого-то из молчальников за рукав. Но не успели пальцы юноши дотронуться до рясы, как балахоны полетели на каменные плиты пола. В руках врагов блеснули длинные тонкие кинжалы, и посыпались удары.

Никто из нордейцев еще не успел ничего понять, а многие из солдат уже упали на пол. Остальные отступили, пытаясь организовать хоть какую-то оборону. Лишь сир Роле, видимо вдохновленный своей рыцарской присягой, рванулся в атаку. Но его тяжелые доспехи мешали движениям, а противники были слишком подвижны и быстры. Если бы не замечательное мастерство бонвильских кузнецов, выковавших его доспехи, сир Роле был бы мертв в первые же минуты поединка. Но он держался, удар за ударом, атаку за атакой, потом первый из врагов упал на пол. Казалось, рыцарь выдержит, выстоит и одержит победу, но один из врагов ухватил его плащ. Сир Роле упал, и враги набросились на него, вонзая кинжалы между стальными пластинами. Рыцарь глухо вскрикнул и замер. Силы были не равны – сектанты оказались слишком искусными бойцами. Из тех, кто вошел в потайную комнату, в живых оставалось только шесть оруженосцев, старый вояка Ртэм, мои друзья и молодой сир Адим, толку от которого было даже меньше, чем от мертвого сира Ролса. Враг же потерял только одного человека. Дело приняло отвратительный оборот.

Минар так напряженно следил за движениями врагов, что не заметил, как осветился коридор за его спиной. Замелькали какие-то силуэты, послышался лязг металла и топот солдатских сапог. Минар очень удивился, когда враги вдруг стали отступать, а потом перед ним выросли люди, солдаты и рыцари, и только тогда его охватило чувство невероятного облегчения – на помощь пришел сир Диосер. Минар опустил меч и шагнул в сторону, освобождая проход для других. Нордейцы не атаковали, а лишь теснили врага к дальней стене, отрезая любой путь к бегству. Казалось, зал не может вместить столько людей, но солдаты продолжали прибывать. Вперед вышел сир Диосер. Увидев своего друга и соратника на полу без движения, он зарычал, словно дикий зверь:

– Я, верный слуга герцога Буаского, законный правитель города Ашур, провинции Буа, преданный вассал короля Филиппа Первого, я здесь, чтобы положить конец вашим злодеяниям. Победа наша. Ваши лагеря уничтожены. Ваши люди убиты. Сложите оружие, или вас ждет смерть!

Один из врагов заговорил:

– Ты! Глупец! Вы все – глупцы! Как вы смеете вламываться в наше святилище? Как смеете прерывать нашу связь с великим повелителем?

Он сбросил клобук вместе с покрывалом и показал свое лицо, очень худое, но не старое. Его голова была обрита так, что только надо лбом оставалась темная полоска волос. В нем чувствовалось что-то зловещее. Глаза были совершенно белыми, или такими они казались при свете факелов.

– Да знаете ли вы, с кем имеете дело? – продолжил незнакомец. – Вы бросили вызов самому Господину Древности!

– Наш единственный господин – великий король! – ответил сир Диосер.

– Глупцы! Вы не можете даже представить, что повелитель сделает с вами! Вы думаете, что победили? Вы думаете, что вы нас одолели? Как бы не так! – белоглазый воздел руки вверх. – Победа наша! А ваше только наказание, и оно уже предначертано. Вы ответите за то, что сегодня сотворили! Все до единого ответите! – безумный смех гулко разнесся по залу. – О-о-о, да, я вижу! Все вижу! – он простер руку, глаза его сверкнули. – Даже ваш высокородный дурак, король этой ничтожной страны, не уйдет от наказания. Для него уготовлено нечто особенное – он умрет медленной, жалкой, позорной смертью, брошенный всеми, раздавленный и лишенный всего.

– Мне нет дела до твоих пустых угроз, червь, – твердо ответил рыцарь, – ты волен забавляться своими мерзкими мыслями, а твои предсказания меня не интересуют. Я здесь для того, чтобы судить и карать тебя и твоих слуг! Сдавайся, дай ответ, как мужчина, и покайся.

– Безумец, все еще упорствуешь в своих заблуждениях?! Говоришь, я должен покаяться? Ха! Да, я покаюсь, но не перед тобой и не перед твоим лжекоролем! Все равно это только начало.

– Нет, червь, это не начало, это конец! Конец вашим гнусным деяниям!

– Я – Тазар-Ор-Рак. Я один из тех, кто ведет верных по пути господина, и я говорю тебе, что мне не может прийти конец, пока того не пожелает повелитель!

– Хватит болтать!

– Ты прав. Нам нет больше дела до вас. Разговаривать мы не будем.

Мужчина повернулся, крикнул что-то на незнакомом языке, поднял обе руки и безумно рассмеялся. Остальные сделали то же. Они вновь начали что-то бормотать. Бормотание перешло в пение, а потом в крики. На лице белоглазого появилась странная, зловещая улыбка, от которой Минару захотелось закричать.

– Что вы делаете, недоумки? – рявкнул сир Диосер.

Несколько солдат бросились к врагу. Минар тоже рванулся вперед. Неожиданно все вдруг затряслось. Стены и пол заходили ходуном. Послышался ужасный грохот. В потолке прямо над Минаром появилась дыра и стала быстро расширяться, из отверстия посыпались камни, калеча и убивая воинов. Минар слышал крики и стоны, земля и песок летели ему в лицо. Он закрыл его ладонями и, спотыкаясь, попытался добраться до выхода, но наткнулся на что-то мягкое. Это был сир Адим. Раненый юноша прижался к стене и плакал. Не раздумывая, Минар бросился на него и прикрыл своим телом, крепко сжав зубы. Камень ударил в спину, острая боль пронзила ноги, но он не сдвинулся с места. В какой-то момент Минару удалось взглянуть на белоглазого. Тот был еще жив и смотрел, как умирали люди вокруг. Он что-то кричал, но шум обвала мешал разобрать слова. Минар почему-то был уверен, что человек говорил: «Вы больше никогда нас не потревожите!» После этого он потерял сознание.

«Как?»

«Почему?»

«Неужели это случилось?»

Мысли бежали в голове как сумасшедшие.

Победа была за Норденией. Три военных лагеря и пещеры были захвачены. Армия неприятеля полностью уничтожена. Хотя половина неприятельских солдат бежала, бросив своих хозяев, более трехсот человек остались лежать там, где их настигла смерть. В плен взяли еще около сотни, почти все иноземцы из южных областей. Согнанные вместе, они сидели на земле под охраной и со страхом озирались, наверное, надеясь на снисхождение. Но наказание для них было уже определено. Те, за кем не числилось кровавых преступлений, должны были отправиться в шахты Великой крепости. Остальных ждала казнь. Таковы были правила, и все их знали: и солдаты, и пленники, и рыцари. Единственное исключение делалось для горстки пленных в рясах. Их собирались отправить в Бонвиль, где в темных, холодных камерах их ожидали бесконечные часы допросов, пытки и боль. Но стоило ли все это смерти моих друзей? За что они отдали свои жизни? ЗА ЧТО?