Нина и Золотое число - Муни Витчер

– Тихо! – прикрикнул на нее Фило, следя за тем, чтобы ни одна капля не пролилась мимо рта Рокси.

Макс тронул Фьоре за локоть и прошептал:

– Не отвлекай его. Возьми себя в гуки. Иди к Андоге.

Но Андоры уже не было в лаборатории…

Она исчезла. Словно испарилась.

Макс бросился искать её повсюду, проверил даже, на месте ли огромный том книги «Дороги Мира», которую Нина использовала для своих полетов в прошлое.

Его горячо любимой Андоры пропал и след!

– Куда она могла подеваться? Как так получилось, что никто не видел её исчезновения? она никогда не покидала Акуэо Профундис! – От потрясения Макс заговорил механическим голосом робота.

Занятый Рокси, Фило не обратил внимания на его жалобы, зато Джолия, указав на стеклянную стену с единственным иллюминатором, отрезала:

– Она сбежала!

Действительно, иллюминатор подтекал, недвусмысленно подтверждая, что кто-то его открывал, чтобы, выбравшись из лаборатории, попасть в глубины лагуны!

– Сумасшедшая! Она пгыгнула в воду! Она же утонет! – затрясся Макс, хватаясь за голову.

Даже Фило неожиданно подал голос:

– И правда, сумасшедшая сумасбродка. Так вот что на самом деле вызвало отключение света, а вовсе не мое прибытие? Бегство Андоры!

– Она предала нас! – констатировала Джолия.

– Кто пгедал? Андога?! – не стерпел Макс подобной инсинуации. – Моя Андога не способна поступить так! Больше не способна, – поправился он.

– Больше не способна? – язвительно заметила черепаха, размахивая хвостом. – Предавший один раз…

– Я тоже не верю, что Андора может предать нас и вернуться к Каркону! – перебила Джолию Фьоре. – Она изменилась. Она на нашей стороне. И она нас всех любит. С тех пор как осознала ценность Алхимии Света, она верна нам!

Продолжая сосредоточенно следить за целительными каплями, стекающими в рот Рокси, Фило заметил:

– Если она была создана руками Каркона, трудно ожидать от нее нечувствительности к зову Зла. Как вы могли доверять ей?

Отчаяние охватило Макса. Сидя в углу лаборатории, он сжимал металлическими ладонями своё гладкое лицо, и из его металлических глаз катились настоящие слёзы:

– Андога, любовь моя… Неужели я потерял тебя…потерял навсегда? Я не вегю, что ты могла меня предать! – твердил он.

– Зачем ей так поступать по отношению к нам? Нам сейчас и без этого трудно, – поддакнула Максу Фьоре, не отрывая глаз от Рокси.

Та все еще лежала бездыханная. Бокал с препаратом вибрировал у её губ.

– Может быть, именно поэтому, – заметил, не поворачивая головы, Фило. – Мы сейчас здорово ослабленны. Двое из нас нейтрализованы. Она вполне могла подумать, что ситуация подходящая, чтобы победить нас, и побежала донести Каркону.

Додо, до этой минуты сидевший молча, улыбнулся и сказал:

– У К… К… Каркона тоже серьезная п…п…потеря. Мы с Фьоре з…з…забыли п…п…поставить вас в известность…

– Какая потеря? – удивилась Джолия.

– Н… Н… Нина убила отца Ливио: п… п… призрака Джакопо Борио. Он с… с… сгорел в пламени факелов Д… Д… Дивампов!

– Когда она успела? – раскрыла рот от удивления старая черепаха.

И Фьоре рассказала о том, что произошло некоторое время назад у калитки виллы. Выслушав её, черепаха нахмурилась еще больше:

– Андора не могла знать этого. Нет-нет, если она вернулась к Каркону, то это потому, что у нее такая натура. Хотя у меня есть некоторые сомнения в том, что она отправилась именно к нему…

– А я не верю… не могу поверить в предательство Андоры, – настаивала на своем Фьоре.

– Дивампы! – внезапно ахнула Джолия. – Ты сказал, что Дивампы сожгли Джакопо Борио! Пламя этих факелов сжигает только нас, призраков! Эти факелы – самое бессердечное изобретение ксораксианцев!

– Почему, если оно помогает бороться со Злом? – удивилась Фьоре.

Фило Морганте проследил за последней каплей, вылившейся из Бокала Вибрирующего, и объяснил:

– Потому что алхимический огонь этих факелов направлен против всяких призраков, а не только против призраков Зла. А это значит, что ни я, ни Джолия не можем выйти за пределы сада. Даже если мы для своей защиты применим всю нашу магию и станем невидимыми, пламя Дивампов всё равно нас сожжет. И если Нине понадобится наша помощь, мы не сможем её оказать, поскольку вынуждены будем оставаться здесь.

– Не нервничай, Фило, – попросила добротворящего призрака Фьоре. – Вам с Джолией осталось потерпеть всего пару часов. Потом, как сказала Книга, действие Дивампов прекратится.

Уткнувшись лбом в иллюминатор, печальный Макс пристально вглядывался в дно лагуны, зачерненное ночной темнотой, вспоминая, как когда-то обнаружил среди водорослей гроб с телом Андоры.

– Тогда я спас тебя. Я ухаживал за тобой от всего сегдца. Ты поклялась мне в вечной любви, а сейчас оставила меня одного. Одного и без твоей любви, – шептал он безутешно, и никто не осмеливался подойти к нему.

Додо тоже был не в себе. Склонившись над Рокси, он искал в её лице признаки жизни.

– Открой г…г…глаза! Открой! Т…т…ты нужна нам. Рокси, п…п…прошу тебя, оживай!

Словно услышав его мольбы, Рокси пошевелила пальцами рук, в которой все это время был Талдом.

– Ж…ж…жива!!! – закричал Додо, ошалелый от радости.

Фило Морганте решительно оттащил мальчугана в сторону.

– Жива, жива, успокойся. Мрак Разгоняющий начал свое действие, но я не знаю, сколько времени еще нужно, чтобы она окончательно восстановилась и открыла глаза. Пусть полежит в тишине.

Фьоре распирало от счастья, но, стараясь не шуметь, она тихо повторяла, скрестив пальцы:

– Рокси выкарабкается… Она сильная… Она сильнее нас всех…

Но если в Акуэо Профундис все старались сохранить тишину, ничто не могло заставить мерзкого Каркона сохранять тишину во дворце Ка д'Оро. Его рёв был таким мощным, что слышался даже за толстыми стенами здания.

– Убила! Она убила моего преданнейшего Джакопо! Моего единокровника! – С пеной, стекающей по его козлиной бородке, Каркон бешено колотил кулаками по столу лаборатории К. В одном углу скорчился от ужаса кривой Вишиоло, в другом – с несчастным видом сидел Ливио.

– Она использовала для этого алхимический огонь, который оказался непреодолимым барьером даже для моего отца, – процедил сквозь зубы юный призрак. – Нина Де Нобили очень коварная и искусная алхимичка.

– Я разделяю боль, которую ты испытываешь из-за потери отца. Умереть призраком – это невообразимо, это ужасно! Это уничтожение навсегда! Навсегда! – Слова Каркона гвоздями выбивались в мозг Ливио, слушавшего князя. – Мальчик мой, ничего не поделаешь, мы в центре самой жестокой схватки во всей Вселенной. Ты должен признать, что твоя техника Обольщения оказалась бессильной.