Тройка с минусом - Ирина Пивоварова

Боря Дубов шёл на работу к своему отцу, Борису Борисовичу Дубову.

«Зайду за папой, вместе пойдём домой, – рассуждал про себя Боря. – Поведу его через Сад железнодорожников. Уж очень погодка хорошая!..»

А вот и серый двухэтажный дом. Рядом с дверью вывеска: «НИИ мясо-молочной промышленности». Она сверкает на солнце.

«НИИ»… – подумал Боря. – Ну и словечко! Не могут просто написать – «Научно-исследовательский институт»! А то – «НИИ…»

Немного потоптавшись на пороге и ещё раз презрительно оглядев вывеску, Боря отворил дверь.

Перед ним была лестница, покрытая ковровой дорожкой.

Направо, за перегородкой, висели пальто и шубы. Гардеробщица тётя Паша встала с табуретки.

– Ты что же нас забыл? – сказала тётя Паша, принимая из Бориных рук пальто. – А похудел-то! А вырос! Скоро отца перегонишь!

Она дала Боре синий номерок, и Боря нацепил номерок на палец и запрыгал по лестнице на третий этаж.

Там, в самом начале коридора, он постучался в дверь, на которой значилось «Б. Б. Дубов. Начальник отдела», и, не дожидаясь ответа, вошёл.

За столом, заваленным бумагами, сидел его отец, Борис Борисович Дубов.

– Привет, – сказал Дубов-младший.

– Сколько лет, сколько зим! – обрадовался Дубов-старший. – Ты чего это вдруг надумал?..

– А погодка хорошая, – сказал Дубов-младший. – Неплохо бы прогуляться!

– Прогуляться? – задумался Дубов-старший. – Прогуляться и в самом деле неплохо. Да ведь до шести ещё целых тридцать две минуты!

– А я подожду, – сказал Дубов-младший. – Вот тут у тебя в кресле посижу, ладно?

– Посиди, – сказал Дубов-старший. – На вот журнальчик, погляди. Наша сотрудница Залетаева преподнесла. Там напечатан портрет её дочери. Советую намотать на ус, какие бывают прекрасные дети…

И Борис Борисович снова погрузился в бумаги, а его сын сел в кожаное кресло и принялся читать журнал «Пионер» в ожидании того хорошего момента, когда отец освободится от работы.

Для начала Боря Дубов прочёл рассказ о пионерах, которые выращивали в колхозе репу. И посмотрел на часы. Рассказ занял одиннадцать минут. Оставалась ещё двадцать одна.

Боря вспомнил, что в журнале напечатали портрет чьей-то дочери, и стал быстро перелистывать журнал.

Оказалось, можно было и не искать. Нужная страница была заложена длинной бумажной ленточкой. На ленточке было написано: «Уважаемому Борису Борисовичу Дубову от Ирины Васильевны и Ани Залетаевых».

Сверху по странице шёл заголовок: «Будни 512-й московской школы».

Боря взглянул на часы. Стрелка с трудом одолела ещё две минуты.

Боря поглядел в окно, вздохнул и принялся изучать будни 512-й школы.

На первой маленькой фотографии два первоклассника поливали на окне цветы. Под ней было написано: «Алёша Иванов и Федя Коновалов любят ухаживать за цветами».

На второй фотографии была сразу целая куча улыбающихся во весь рот ребят, и под ней вообще ничего не было написано.

На третьей фотографии какая-то девчонка в спортивных трусах лезла по канату.

«Наверное, она, – решил Боря. – Не понимаю, что я тут должен наматывать на ус…»

Но под фотографией было написано: «Лиза Горышникова на уроке физкультуры».

Боря тяжело вздохнул и перевернул страницу.

Перед Борей была фотография девочки в школьной форме. У неё было узенькое лицо и тонкая шея. Она смотрела прямо на Борю.

Лицо у неё было ужасно знакомое.

«Кто такая?» – подумал Боря. И прочёл: «Аня Залетаева, ученица 512-й школы, староста класса».

Так вот, значит, о ком шла речь… Но почему у этой Ани Залетаевой такое знакомое лицо? Где Боря её видел? Откуда он её знает?..

Взгляд у Ани был строгий и застенчивый.

«Наверно, ужасно умная, – подумал Боря. – В шахматы играет. На пианино, конечно, тоже. Не то что я – „Чижик-пыжик“!»

А Аня Залетаева всё смотрела на Борю Дубова.

– Ну вот, я готов, – вдруг услышал Боря и вздрогнул от неожиданности. – Ага, нашёл её? Видишь, какая девочка хорошая! Можешь себе представить, за всю свою жизнь ни одной четвёрки не получила!

– Откуда ты знаешь?

– Да у нас на работе все это знают!.. Ирина Васильевна Залетаева очень милая женщина, но у неё есть один недостаток. Когда она начинает говорить о своей дочери, остановить её невозможно… Ну как, пошли?

– Пошли, – сказал Боря и незаметно сунул в карман куртки журнал «Пионер».