День рождения пони - Хлое Райдер

Скакать на Звёздочке по лугам Шевалии было так приятно, что Пиппа чуть не забыла, куда они направляются. Она крепко держалась за гриву принцессы и, прильнув к её спине, кричала ей в ухо подбадривающие слова. Ветер играл с кудрями Пиппы и бросал их девочке в лицо. Пиппе надоело убирать их с глаз, поэтому она доверилась Звёздочке, позволив ей самой выбирать дорогу. К Холмам подков они шли скалистыми узкими тропинками. Чем выше они поднимались, тем злее становился ветер и тем более труднопроходимой была дорога. Принцесса сначала бежала лёгкой рысцой, а затем перешла и вовсе на шаг. Звёздочка поочерёдно, очень аккуратно переставляла копыта. Пиппа решила посмотреть вниз и сразу пожалела об этом. Они двигались по гребню горы, а под ними в расщелине бурлила река. Желудок девочки тут же куда-то нырнул, и она крепче ухватилась за гриву пони.

«Не смотри вниз», – напомнила себе Пиппа, но всё равно не могла отвести глаз от зазубренных острых скал.

– Ты в порядке? – спросила Звёздочка. Пони изогнула шею, чтобы взглянуть на подругу.

– Да, – бросила Пиппа сквозь стиснутые зубы. Пусть лучше Звёздочка сосредоточится на дороге, а не на ней.

– По-моему, мы почти у цели, – ответила пони. Несколько камней с грохотом вылетело у неё из-под копыт, чтобы упасть в бездну. Шея лошадки покрылась потом, она тяжело дышала. Пиппа понимала, что должна пойти пешком, но ей было очень страшно. Тропка слишком узка, чтобы безопасно спешиться.

Звёздочка шла всё медленнее и медленнее, но затем тропинка стала шире. Мелкие цветочки с острыми листьями жались к камням. Тропинка нырнула, а затем пошла под уклон. Путницы, наконец, поднялись на холм и выехали в покрытую травой лощину. Звёздочка встала как вкопанная.

– Ох! – выдохнула Пиппа. Она соскочила со спины Звёздочки и встала, положив руки себе на шею. – Какая жуть!

Открывшийся им замок ничуть не походил на Королевский дворец. Он был гораздо меньших размеров и лежал в руинах, по которым стелился плющ. Его сильные тёмно-зелёные лозы опутывали камни. Башни разрушились. Сквозь обветшавшие стены Пиппа могла разглядеть мрачную круглую комнатку, из пола которой росли растения. Массивную деревянную дверь покрывала паутина. Девочка задрожала, и ей пришлось стиснуть зубы, чтобы они не стучали. Над развалинами замка поднималась тонкая струйка дыма.

– Там кто-то есть, – заметила Пиппа. По рукам у неё побежали мурашки. Глубоко вдохнув, она добавила: – Пойдём, узнаем кто?

Звёздочка кивнула. Глаза у неё сделались круглыми, а ноздри затрепетали. На цыпочках девочка и пони обошли замок с противоположной стороны. Плющ здесь рос гуще, полностью закрывая узкие прорези окон-бойниц. Пиппа попыталась его оторвать. В лицо ей полетела грязь, и что-то укусило за палец.

– Ай! – пробормотала девочка, отправив палец в рот, чтобы было не так больно. На этот раз Пиппа отрывала плющ от стен уже аккуратней. Первая комната, в которую им удалось заглянуть, оказалась пустой и пыльной. С потолка свешивалась паутина, похожая на серые занавески. В следующей комнате был обнаружен широкий каменный камин, видимо, комната служила кухней. Сморщенные засохшие морковки торчали из каменной кормушки, вторая кормушка, очевидно, использовалась как поилка.

– Бе-е-е! Я бы из такой не стала пить! – отвернулась Звёздочка.

Так, заглядывая в окна, девочка и пони обошли практически всё сооружение. Пиппе приходилось отрывать плющ от окон и стен, чтобы что-нибудь рассмотреть, и, честно говоря, это оказалось довольно трудным делом. И когда она уже была готова сдаться, послышался шум. Пиппа приложила палец к губам, чтобы предупредить Звёздочку. С особой предосторожностью девочка аккуратно выдернула плющ. Донёсся знакомый голос.

– Вулкания должна быть моей… Завладейте ею для меня… Если у меня её не будет… мир пони… здесь… всё… МОЁ!

Пиппа посмотрела на Звёздочку.

– Она совсем чокнулась! Ты только послушай, разговаривает сама с собой.

– Что она имеет в виду под миром пони? – спросила Звёздочка.

– Я не знаю. – Девочка прижалась лицом к оконному просвету. Внутри было темно, поэтому ей потребовалось некоторое время, чтобы глаза привыкли к полумраку. В нос ударил кислый запах. В горле запершило. Пиппа тяжело сглотнула, чтобы не дать вырваться наружу кашлю, который бы выдал её присутствие.

– Ты что-нибудь видишь? – шепнула Звёздочка.

Пиппа рассматривала комнату. В ней, судя по всему, находилась лаборатория. Сложная система стеклянных пробирок и колб, закреплённых с помощью металлических штативов и скоб над огнём. В одной колбе кипела какая-то отвратительная на вид жёлтая жидкость. Облачка пара поднимались над маленькой лабораторией и вылетали в оконный проём. Пиппа отвернулась от окна, чтобы глотнуть свежего воздуха, а затем снова просунула голову в отверстие. Сердце у неё бешено застучало, когда она увидела баронессу Дивайн в чёрном плаще, стоявшую рядом с широким дубовым столом. Губы Дивайн шевелились, и Пиппа поняла, что баронесса вовсе не сошла с ума.

– Нет! Этого не может быть! – выдохнула девочка.

– Что? Что там? – воскликнула Звёздочка, чуть не сбросив подругу со своей спины, решив тоже заглянуть в окно.

Пиппа отшатнулась.

– Крошечные пони, – произнесла она. – На столе. Они так похожи… Но это невозможно!

Пиппа потёрла глаза кулаками и снова уставилась в окно.

– О нет! Всё хуже, чем мы думали! Та маленькая белая пони… это Примула! – Она снова посмотрела на лошадок. Бедные пони были не больше игрушечных животных из набора «Животные фермы» её брата. – Дивайн уменьшила всех пони из школы верховой езды!

– Не может быть! – воскликнула Звёздочка. Она тоже заглянула в лабораторию. Дивайн наклонилась над столом и заговорила с крошечными пони, стоящими рядом с открытой потрёпанной сумкой. Глаза баронессы были абсолютно безумны.