Сканеры - Роберт М. Зоннтаг

Из этих слов я ничего не понял. Экран погас, и возникло белое перо с пропечатанным вензелем из сплетенных букв «Г» и «К», что повергло меня в еще большее замешательство.

«Сообщение окончено. Просмотреть еще раз?» — спросили меня Примочки таким радостным тоном, будто я только что выиграл в Ультрапокер.

— Идиотский вопрос, — выругался я и впервые в жизни запустил самыми любимыми и дорогими на свете Примочками в сторону сваленной на полу кучи одежды. Те, кто так ненавидит «Сканов», на деле прекрасно разбираются в их техническом оснащении.

Подобные сообщения рассылают те самые люди, что находятся в черном списке СИБПП. Сначала это видео с моим собственным горящим лицом. Теперь один из них сам лично сидел рядом со мной в маглеве. И что самое чудесное, еще и оставил мне послание, в котором говорилось, где и когда он намерен со мной увидеться. Оставил где? На зеркале в туалете.

Я по-прежнему лежал на постели. Мысли в моей голове сплетались в одну бесконечную нить. Маглев, Бергман, книга, встреча, маглев, Бергман, книга, встреча, маглев…

Мне хотелось с кем-нибудь поговорить. Но было не с кем. Отец работал, и вообще ему было некогда. Мама снова заперлась в кабине кухни и висела на очередной встрече. Я прикрыл глаза, но заснуть так и не смог.

Только спустя три часа продавливания матраса до меня дошло, почему Арне Бергман оставил мне послание в туалете. В большинстве кварталов и зон этого города туалет оставался единственным местом, где Примочки не ловили сеть.

«Ультрасеть» опутала своими проводами все, до чего смогла дотянуться. Кроме самой интимной области человеческой жизни — клозета. Компромисс, на который «Ультрасеть» вынуждена была пойти после месяцев дебатов с правительством. И все туалеты были оборудованы датчиками, блокирующими прием и передачу с Примочек.

Арне Бергман явно не хотел идти ва-банк. Весь обслуживающий персонал маглева носил Примочки. Примочки носили пассажиры, сидевшие в соседних купе или толпившиеся в коридорах. Даже попрошайка из зоны С.

О встрече, назначенной в кафе «Саншайн», не должен был узнать никто. Кроме меня. Почему меня? Почему, скажите мне, пожалуйста, именно я всегда во все впутываюсь? Почему он решил, что мне можно доверять? При этом, надо признаться, я действительно стер послание на зеркале рукавом. Я был уверен, что оно предназначалось именно мне. И это только разжигало мое любопытство.

Мне не оставалось ничего, кроме как посвятить во все Йойо. А потом выйти на связь с Номосом.

— Примочки. Вызов. Йойо.

Перед моими глазами вновь возникла его мастерская.

— Привет! Ну что, как там твоя зарядка поживает? Смотрю, ты сегодня по мне соскучился?

— Очень смешно. Я опять по поводу этого Арне Бергмана.

— Номос говорит, что множество пользователей включает в маглеве незащищенную трансляцию. Ты знаешь, что это значит. Что в Ультранете теперь есть пара минут кино, которое стоит посмотреть. Давай-ка я тебе скину.

— Что там? — я хотел свести разговор к минимуму.

— Прежде всего конец. Он непередаваем. Парень возраста чуть за двадцать на всех парах несется в туалет.

— Давно так не смеялся, сейчас лопну. Давай покороче.

— Арне Бергмана зафиксировали на нескольких записях. По данным суперсканеров, это должен быть тот самый Арне Бергман, за которым они гоняются уже не один год.

Где зарыта собака, я не понял. Арне Бергман был радикалом. О’кей. Но он не единственный.

— «Ультрасеть» назначила награду, — продолжал Йойо. — За поимку Арне Бергмана или за то, что кто-то выведет на него суперсканеров, полагается пятьсот тысяч!

От этих слов у меня перехватило дыхание.

— Если б мы добыли его адрес, могли бы годами не вылезать из парк-холла, — засмеялся Йойо. У меня скрутило живот.