Выныривай, Колибри - Лори Моррисон

– О-о-о… м-м-м… окей, – пробормотала Аннабель, хотя понимала, что Коннор шутит.

Но она не могла думать о том, как глупо выглядит, сейчас, когда его горячие руки лежали у неё на плечах и на его лоб спадала выгоревшая на солнце прядь (она всегда мечтала, чтобы её русые волосы тоже так выгорели!), а его глаза были такими… невыносимо зелёными. Как фамильный камень мамы, хризолит, который та считала слишком броским, но что она понимает.

У Коннора слегка обгорели уши, и кожа на них чуть облезла. Аннабель захотелось прикоснуться к ним. Хотя сама идея – трогать мёртвую кожу – должна была казаться отвратительной. Двоюродная сестра Мии, которая приезжала прошлым летом и непрерывно чатилась со своим парнем, говорила, что начинаешь видеть человека совсем по-другому, если он действительно тебе нравится. Будто смотришь кино в 3D-очках. Может, она имела в виду вот это? Когда не тошнит от облезшей кожи на чьих-то ушах?

Аннабель обернулась на Мию. Но та была по-прежнему поглощена тем, что рассказывала девчонкам. Когда Аннабель написала ей, что Коннор сказал Джордану после того, как она вышла из бассейна, Мия прислала в ответ всего лишь смайлик – кошечку с разинутым ртом. И Аннабель не поняла, что именно это значило: «Вау! Потрясающе! Может, Коннор в тебя… того?» или просто удивление и не больше того? Или ещё что-нибудь?

– Говорят, этим летом ты намерена побить все рекорды в средней группе? – спросил Коннор.

Сердце Аннабель заколотилось. Неужели? Он с кем-то обсуждал её? И то, как она плавает?

– Попытаюсь, – ответила Аннабель, и Коннор почему-то рассмеялся.

Это звучало так чудесно, что ей захотелось рассмешить его ещё раз.

– Но рекорд мальчиков старшей группы по плаванию на спине оставлю, пожалуй, на следующее лето.

– Оу! – он сделал вид, будто вытирает пот со лба. – Неужели ты намерена и нас согнать с пьедестала?

– Мэдисон! – окликнул кто-то, и Коннор повернулся, чтобы ответить.

Аннабель не знала, можно ли считать их разговор официально законченным и что ей делать теперь – уходить или ждать. Или ещё что-нибудь.

Прежде чем Аннабель решила, как быть, из раздевалки вышли Элиза Прайс и Кайла, старшая сестра Джереми.

– О, моя любимая пловчиха из средней группы! – воскликнула Элиза.

– Моя тоже. Только не говори Джеру, – пошутила Кайла.

Аннабель усмехнулась, не понимая, как реагировать. Раньше она всегда знала, что ответить Кайле, хоть та и была старше. Когда Аннабель, Мия и Джереми поступили в шестой класс, Кайла училась уже в девятом. Она непрерывно засыпáла их советами. Какие учителя строгие, какие мероприятия в выходные стоят того, чтобы вернуться в кампус. И так далее. Выглядело это так, будто Аннабель и Мия ей действительно нравятся.

Однажды Кайла даже рассказала Аннабель, что пятый класс был для Джереми тяжёлым периодом. Некоторые одноклассники постоянно дразнили его. И поэтому теперь Кайла ужасно счастлива, что Джереми подружился с Аннабель, которая понимает, какой он забавный, умный и интересный.

Но потом Кайла почти перестала болтать с ними. Она становилась всё худее и худее и носила тёплые свитера, даже когда не было холодно. А прошлым летом пропустила весь плавательный сезон в бассейне, поскольку уехала на материк, где проходила программу для подростков с пищевыми расстройствами. Теперь дела у Кайлы шли немного лучше, но Аннабель не знала, как вести себя с ней. Можно ли сказать, как она рада, что у Кайлы всё потихоньку налаживается? Или лучше делать вид, будто она ничего не знает о её проблемах? Или ещё что-нибудь?

– Ха, значит, не только меня впечатлило, как ты плавала в тот раз, – сказала Элиза. – Будто за тобой гналась акула!

Кайла и Аннабель переглянулись. Они обе знали, что Джереми, если бы услышал, тут же пустился бы в длинные рассуждения о том, как маловероятно, чтобы акула «погналась за Аннабель». Разве что Аннабель лежала бы на доске для сёрфинга, а акула по ошибке приняла бы её за черепаху.

– Наша Коллетт расспрашивала о тебе, – продолжала Элиза. – У неё просто слюнки текут – так хочет заполучить тебя к нам в группу, когда тебе исполнится четырнадцать. Говорит, у тебя очень хорошая техника.

Коннор закончил свой параллельный разговор и повернулся к ним, приобняв одной рукой Элизу, другой Кайлу.

– Что? О чём вы? У кого слюнки текут?

Элиза покачала головой.

– Ты прямо как пёс, который навостряет уши каждый раз, когда слышит слово «еда». Стоит кому-то сказать что-то необычное – ты тут как тут.

Коннор тявкнул по-щенячьи.

– Но ведь хороший пёс, верно?

Он снял с их плеч свои длинные мускулистые руки.

– Ладно, мне пора бежать. Увидимся, дамы. Хорошей тренировки тебе, Кей-Би.

Сердце Аннабель расширилось. Прозвище от её прозвища. Кей-Би – Колибри.

Коннор кивнул всем троим и направился к выходу. Аннабель махала ему вслед, как ребёнок, – открывая и сжимая ладонь. Потом поймала себя на этом – и спрятала руку за спину.

То, что сейчас произошло между ней и Коннором, явно тянуло на большее, чем на кошечку с разинутым ртом. Аннабель надеялась, что Мия успела увидеть их разговор хотя бы частично, чтобы потом обсудить с ней, что всё это значит.

Элиза и Кайла попрощались. Из раздевалки вышел готовый к тренировке Джереми. Он остановился, увидев, что Аннабель всё ещё стоит с сумкой на плече и в уличной одежде.

– Ты что, заблудилась? – пошутил Джереми.

Коннор обернулся, когда подошёл к ждавшим его друзьям, и снова помахал Аннабель. Очень вовремя. Она как раз вспомнила, что надо выпрямиться и слегка согнуть одну ногу. Мия говорила, так делают модели, чтобы их ноги казались стройнее.

– Аннабель? – позвал Джереми. – Ку-ку!

Только через секунду до неё дошло, что он всё ещё тут и ждёт ответа.

Когда тренировка закончилась, Митч уже сидел за одним из столов возле бассейна. Он ещё не успел переодеться после работы и был в разноцветной рубашке и шароварах. Он всегда старался прийти пораньше, чтобы поболтать об успехах Аннабель с Эриком, тренером средней группы.

Но сейчас рядом с Митчем сидела Коллетт – тренер старших. Её планшет для бумаг балансировал на краешке стола. Аннабель вытерлась фиолетовым полотенцем и завернулась в него, стараясь, чтобы никто не заметил её имя, вышитое в углу дурацкими, совершенно детскими изумрудными буковками. Спасибо маме! Она, если б могла, наставила бы инициалы даже на нижнем белье Аннабель!

– Встретимся здесь, когда переоденемся? – спросил Джереми.

Он только что вытер волосы, и они торчали во все стороны. Должно быть, через секунду появится Мия и начнёт их приглаживать, а Джереми в благодарность дёрнет её за хвостик.

– Эй, Бананабель! Иди сюда! Тренер Коллетт хочет поговорить с тобой! – позвал Митч.