Стеклянная карта - С. И. Гроув

В общем гомоне София четко различила один звук – перезвон ветровых колокольцев. С каждого ларька свисал хотя бы один. А уж там, где ими торговали, они висели гроздьями. Как тут было не вспомнить колокольчики на потолке в квартирке миссис Клэй!

Вот Барр круто свернул вправо, в ряд, где продавали ткани. Местные женщины наперебой разворачивали рулоны ярко-красной, синей, лиловой материи. Старуха с широкой и щербатой улыбкой размахивала флагом, сшитым из множества ленточек, и звонила в подвешенные над головой колокольцы. Дальше были выставлены перья, целые горшки бус и катушки ниток. София только поспевала вертеть головой, но Барр все убыстрял шаг – приходилось изрядно попотеть, чтобы держаться с ним вровень.

Потом он направился влево. Здесь было царство благовоний, духов в бутылочках, душистого мыла… И внезапно все заглушил аромат сладостей: Софию взяли в осаду ящички и коробки конфет. Чего здесь только не было! Нуга, карамель, сахарная вата, меренги… И еще уйма всякого разного – только по упоительному запаху и поймешь, что это тоже едят.

– Почти пришли! – крикнул Барр, оглянувшись через плечо.

София не ответила – она и так еле дышала от быстрой ходьбы и обилия впечатлений. Наконец Барр, пригнувшись, нырнул в сливочного цвета палатку по правую руку.

– Мазапан! – окликнул он рослого розовощекого человека, стоявшего за покрытым скатертью прилавком.

Кругом на полках громоздились тарелки, чашки и блюда.

– Моррис! – радостно заулыбался мужчина.

Он торопливо отпустил покупательницу и обнялся с Барром. Вокруг стоял такой шум, что обоим приходилось орать, но София успела позабыть про них. Женщина вручала мальчику подарок – только что купленную ложечку. Мальчик с явным восторгом откусил кончик и пошел прочь следом за матерью. На лице у него остались следы шоколада.

София принялась с любопытством разглядывать выставленное на прилавке. Она только сейчас сообразила, что Мазапан торговал шоколадом.

Шоколад, правда, был весьма необычным. Случайный прохожий наверняка счел бы хозяина гончаром, увидев стол, сплошь заставленный посудой, причем очень красивой. Чаши, тарелки, кувшинчики, ножи, ложки и вилки, подставка для торта, масленка… и целый ряд кофейников с изящно выгнутыми носиками. Все это было разрисовано сложным и многоцветным узором. София благоговейно замерла, потом осторожно взяла в руки голубую чашечку. На ощупь та ничем не отличалась от настоящей. Девочка с интересом посмотрела на творца всего этого великолепия. Мазапан продолжал громко разговаривать с Барром, и внимание Софии привлекла хозяйка соседнего ларька.

Миниатюрная женщина свирепо спорила с покупателем.

– Я принимаю какао, серебро или бумагу. Мне дела нет до того, откуда ты родом, только картинками ты тут не расплатишься!

Тощий человек, предлагавший ей какой-то черный прямоугольник, подал голос, но слышно было только торговку.

– Ну и на что мне карты читать? Сказано – не возьму! – Она выхватила у мужчины облюбованный им товар и ткнула пальцем куда-то через плечо. – Охота о картах поболтать, так и топай к тетке, которая ими торгует!

София с округлившимися глазами наблюдала за перепалкой. Тощий господин, кутавшийся в пыльный плащ, наклонился вперед и что-то спросил. Торговка, уже занявшаяся другим покупателем, не сразу повернулась к нему. Когда он тронул ее за рукав, она окинула его сердитым взглядом и коротко ответила:

– Да! Та, что лук продает!

София повернулась в указанном направлении и заметила женщину, стоявшую у корзин с луком. Барр увлеченно разговаривал с Мазапаном; тот потихоньку упаковывал свои блюда. Тео куда-то запропастился. Пока шли через рынок, она была уверена, что он где-то рядом, но, похоже, мальчик отстал по дороге. София бросила последний взгляд на Барра, удостоверилась, что уж его-то она непременно найдет по приметной шляпе, и нырнула в толпу.

Прежде она с большим трудом протискивалась сквозь людское море в кильватере у пирата, но делать это самостоятельно оказалось почти невозможно. Софию подхватил человеческий поток и пронес мимо нескольких лотков.

«Прямо как в переполненном трамвае! – подумалось ей, и тут она увидела знакомые корзины, набитые луком. – А вот и моя остановка!»

Она принялась упираться и извиваться, быть может чересчур энергично орудуя локтями, но вот наконец ее прижало прямо к корзинам. Худой мужчина уже разговаривал с продавщицей.

– Простите, господин, – качала головой та. – Карты у меня только луковые… На рынке Веракруса карт негусто. За ними в Нохтланд ехать надо!

Человек в плаще уныло развернулся и отступил в толпу. Он выглядел осунувшимся и измотанным, словно после долгого и трудного путешествия.

«Землепроходец из другой эпохи! – догадалась София. И посочувствовала: – Наверное, на мели…»

Проводив его глазами, она повернулась к луковому прилавку. К ближайшей корзине была приколота бумажка с надписью: «Нохтланд». На другой корзине значилось «Ксела», на третьей – «Сан-Исидро».

– Куда собралась, дорогуша? – громко спросила торговка. – У меня есть карты любого городка в Тройственных эпохах и еще много чего!

В ее темные волосы, туго стянутые на затылке, было вплетено не меньше десятка душистых гортензий, через весь лоб тянулась гирлянда листьев и цветов, выполненная зелеными чернилами.

София ответила, чуть помедлив:

– В Нохтланд.

– Тогда карты прямо перед тобой, дорогуша! – жизнерадостно воскликнула женщина. – Хотя, сказать по совести, вряд ли они тебе понадобятся, если выезжаешь отсюда. Просто двигайся по главной дороге – не промахнешься! На хороших лошадях всего два дня – и ты там.

Луковицы на первый взгляд были самые обычные. Желтые с медным отливом на шкурках.

– Как они работают? – спросила София.

– Что-что, дорогуша?..

– Как они работают? – повторила София. – Это действительно карты?

«Вот бы сквозь Лупу на них посмотреть!» – подумала она. Однако был полдень, да и не на рынке же такую ценность вытаскивать.

Женщина сказала без особого удивления:

– А ты, похоже, нездешняя.

– Я из Бостона… – кивнула София. – Это на Новом Западе.

– Тогда слушай: это путеводные луковицы. Каждая выращена в определенном месте. Они слой за слоем ведут тебя за собой, пока не окажешься на их родине.

– Ведут – это как? – с восторгом и любопытством спросила София.

– Ну, никто не гарантирует, что луковица выберет самый короткий или легкий маршрут, – сказала торговка. – Однако привести приведет.

София полезла за деньгами в кошелек.

– Вы наличные Нового Запада принимаете?

– У нас в ходу какао, серебро и дензнаки Тройственных эпох. Но я и новозападные возьму, причем по выгодному курсу.