Сезон несбывшихся желаний - Владимир Благов

Проходя мимо мини-рынка, Катя издали заметила толпу на перекрёстке. «Наверно, авария», – мимоходом подумала она, а подойдя ближе, увидела разбитый «Пежо» со знакомым номером. Санитары задвигали в машину носилки, на которых лежал седой мужчина. В лице его не было ни кровинки, и Катя не сразу узнала в пострадавшем Ключникова.

А узнав, ахнула: «Разбился! Насмерть!» Страх сковал её. Катя замерла на месте, провожая взглядом отъезжающую машину скорой помощи. «Как это могло случиться? – недоумевала Катя. – Именно сегодня! Именно с ним! Просто ужас какой-то!»

У разбитого «Пежо» толпились зеваки. Кто-то только что подошедший спрашивал, как было дело. Свидетель аварии охотно излагал свою версию происшествия:

– Пьяный. Разве трезвый в дерево въедет?! Он даже не видел, куда ехал.

Толпа поддерживала рассказчика:

– Зальют зенки, и за руль! Я бы таких лишал прав на всю оставшуюся жизнь!

– Богатые! Хозяева жизни!

– Пьяному море по колено.

«Это ложь! Он не пьяный! Вы не имеете права так о нём говорить! Вы его совсем не знаете!» – хотелось крикнуть Кате, но она не посмела. Глазами, полными слёз, она с отвращением взглянула на озлобленных прохожих и пошла прочь.

Шла и всхлипывала. «Как они могут?! Как у них языки поворачиваются?!» – гневно думала она и вдруг вспомнила, что сама сегодня дурно отзывалась о Ключникове, сама была на него сердита и поддержала Макса, когда он агитировал всех не ходить к Ключникову в гости.

«Мы все виноваты в этой трагедии! – осенило Катю. – И я, лично я, виновата не меньше других. Мы обвинили Ивана Николаевича в том, чего не было. Фактически мы его предали! И предали все, кроме Таньки Булавиной. Только она осталась честной по отношению к Ивану Николаевичу. Может, потому, что она его любит?»

Внезапно Катя поняла, что сейчас ей нужно идти к Тане. «Таня должна знать, что с Ключниковым беда. У Тани мать врач. Она позвонит куда надо и всё-всё узнает. Да, надо идти именно к Тане!»

Минут через пять Катя звонила в дверь Таниной квартиры. Ей открыла Елена Анатольевна.

– Катя, ты? А я думала, Иван Николаевич приехал.

Катя остолбенела.

– Вы его ждали?

– Да, я звонила ему, и он обещал подъехать. Кать, ты проходи. Ты ведь тоже в клубе. Может, ты расскажешь, что там у вас сегодня случилось? О-о-о! Да у тебя глаза на мокром месте! Моя Татьяна тоже ревёт как белуга. Ну, говори, что случилось?

– Там Ключников разбился! – выпалила Катя. – На перекрёстке, у мини-рынка.

– Не может быть! – перепугалась Елена Анатольевна. – Ты ничего не перепутала?

– Я его видела на носилках, и мне показалось, что он неживой!

– Боже мой! Что ты такое говоришь?!

Внезапно открылась дверь Таниной комнаты. На пороге стояла Таня. Глаза её были полны слёз.

– Что с ним?! Где он?!

– Может, по телефону можно узнать, куда его повезли? – предположила Катя.

– Да, надо позвонить моей приятельнице, – кивнула Елена Анатольевна, доставая из сумочки сотовый телефон.

Лидия Ивановна, её хорошая знакомая, работала диспетчером на скорой помощи, и сегодня было как раз её дежурство. Она могла выяснить, какая машина выехала на место аварии, могла связаться с бригадой по рации, узнать о состоянии пострадавшего и о том, куда его сейчас везут.

– Лид, здравствуй! – начала Елена Анатольевна. – Ты на дежурстве? Хорошо. Понимаешь, у нас беда. Знакомый – очень хороший человек – попал в аварию. Прямо у нашего рынка… Нет, скорая уже приехала. Его увезли. Но мы не знаем, куда и в каком он состоянии. И жив ли он вообще. На всякий случай, его фамилия – Ключников. Иван Николаевич Ключников. Лид, ты можешь нам помочь?.. Что? Номер скорой? – Елена Анатольевна повернулась к Кате: – Кать! Ты не запомнила номер скорой помощи?

– Двести двадцать девять эм-эм-тэ, – скороговоркой ответила Катя.

– Двести двадцать девять эм-эм-тэ, – повторила в трубку Елена Анатольевна. После небольшой паузы она нажала на мобильнике кнопку отбоя и объяснила Тане и Кате: – Сейчас тётя Лида свяжется с этой машиной по рации, всё узнает и сама нам позвонит.

Потянулись минуты ожидания. Таня молчала, кусая губы. Ей хотелось расспросить Катю обо всём, что та видела, но телефон мог зазвонить в любую секунду, и Таня ждала. А в голову ей лезли страшные мысли: «Что если у него перелом? А вдруг он не сможет ходить? А вдруг после аварии он потеряет память и не узнает меня? А если он умер?» Таня гнала их прочь, но безуспешно.

Наконец телефон зазвонил. Елена Анатольевна ответила:

– Да.

– Лен, всё в порядке, – раздался в трубке приглушённый голос Лидии Ивановны. Таня и Катя застыли, прислушиваясь. – Ключников Иван Николаевич, всё верно. При нём были документы. Он жив, в сознании, состояние удовлетворительное. Везут в кардиоцентр с подозрением на инфаркт. Всё.

– Лид! Огромное тебе спасибо! Счастливо! Пока, – Елена Анатольевна облегчённо вздохнула и объявила девочкам: – Жив. Пришёл в себя. Ничего страшного нет, но на всякий случай везут в больницу.

– В кардиоцентр? – спросила Таня.

– В кардиоцентр, – неохотно подтвердила Елена Анатольевна.

– У него инфаркт? – спросила Катя.

– Подозрение на инфаркт, – поправила её Елена Анатольевна.

Таня привыкла видеть Ключникова здоровым, энергичным, спортивным. Ей и в голову не могло прийти, что в сорок с лишним лет у человека могут быть серьёзные проблемы с сердцем. Она думала, что инфаркт – болезнь дряхлых стариков. Таня впервые задумалась о том, что её любимый человек слишком стар для неё. И тут же, будто опомнившись, воскликнула:

– Я должна к нему пойти!

– Ты? – мама сделала большие глаза и покачала головой. – Ни в коем случае!

– Почему?

– Человеку нужен покой. Ему сейчас нельзя нервничать. Неужели ты не понимаешь? От твоего появления ему лучше не станет.

Таня вздохнула и опустила голову. Она понимала.

– Но как же он там, совсем один?

– Я к нему пойду, – ответила Елена Анатольевна. – Завтра.

– Завтра?

– Завтра с утра.

– А насколько это серьёзно – инфаркт? – спросила вдруг Катя.

– Не знаю. Если у него на самом деле инфаркт, то ещё неизвестно, который по счёту.

– А сколько их может быть? – продолжала расспрашивать Катя.

– Ну… Кому-то и одного хватает, а кто-то и после третьего выкарабкивается. После инфаркта человеку главное – не волноваться.

– Значит, он не сможет больше с нами заниматься? – пробормотала Катя и тут же подумала: «А захочет ли?»

– С вами возиться – железные нервы нужны! – заметила Елена Анатольевна. – Вот объясните мне лучше, что у вас в школе сегодня случилось?