Самая младшая - Лариса Романовская

– Вишня, хочешь леденец? – спрашивает мама с переднего сиденья. Она их сосет все время, чтобы не курить.

Полина мотает головой и обнимает Беса покрепче, чтобы его укачивало не так сильно. Но Бес выть начал. Баба Тоня машет на него, он ей мешает говорить по телефону:

– Да все у нас хорошо, Ниночка! Стас со своим проектом второе место занял, теперь полегче поступать будет! Нельке неделя осталась, Славка сказал, на День Победы родит… Но легла уже, заранее.

Папа вчера утром на работу Нельку с собой забрал. Он будет в больнице младенцев лечить, а Нелька – ждать, когда ребеночек захочет, наконец, родиться. Нелька стояла в прихожей со своим пузом огромным и гоняла в папином планшете розовых зомби, а папа проверял, чего она с собой в сумку положила, как будто это школьный рюкзак, а Нелька – первоклассница. Мама Нельку обнимала (через Максово плечо) и плакала, как будто они на год расстаются или на десять. Мама так всхлипывала странно – будто сама себя перебивала и успокаивала.

У Полины тоже слезы по щекам побежали. А Нелька ей говорит: «Вишня, ты чего ревешь? Мы в следующий раз увидимся – я уже тощая буду». И засмеялась, хотя эта шутка вообще не смешная. Полина посмотрела, как на экране еще два зомби в кляксы превратились, и, наконец, придумала, что сказать: «А это я от радости». Это глупая фраза, и Полина сама себе не верила. И еще она не верила, что у Нельки взаправду внутри ребенок. Его же еще нет. Без него тут уже столько разного в жизни произошло – и история, и у них в семье. А он родится и сперва будет думать, что весь мир только для него одного создали…

Это была очень долгая мысль, была и еще – какая-то страшная. Чужая. И она все никак не кончалась. Но тут папа, наконец, сказал, что Нелька зубную пасту не положила. И мама с Полиной и Максом начали по квартире бегать и пасту искать – будто от этого что-то очень важное зависит. А потом они с мамой махали машине в окно: казалось, будто Нелька снова улетает в отпуск, и папа ее и Макса просто везет в аэропорт… Полина даже чуть не попросила магнитики.

– Ох, Нин, и смех и грех. Она в тот раз решила, что рожает, так они с Максимкой не в больницу поехали, а к нам домой. Славка смеялся, что ему халтуру на дом подкинули. Слав, тебе от Нины привет.

– Взаимно, – отзывается папа из-за руля. А дед Толя Беса по спине чешет, чтобы тот успокоился и не мешал бабушке хвастаться.

– А мне повезло – не поверишь, Нин! Анька мне однокурсника моего в блогах нашла, а он – завкафедрой. Спросил, хочу ли я у них практические по вышке вести. Первый курс, та же абитура. А мне, Нин, веришь, и хочется, и колется, и мама не велит. Толя сказал – иди обязательно! Пообещал, что с Полинкой управится. Так что с июля выхожу, прямо на вступительные. Толя, тебе от Ниночки привет!

– Ей тоже, – говорит дедушка и поправляет темные очки, которые ему Бес лапой сбил. Дед больше не слепой. Он их просто надел, потому что сегодня день очень солнечный.

– Да нет же, Нин! Толя у нас как огурчик. Ну что ты хочешь, такое уж наше поколение, из нас гвозди делали-делали, а мы все равно людьми остались. Анька вон курить бросила, мучается, а не сдается. Ань, Ниночка говорит, у тебя получится! Она сама бросала, знает.

– Скажи, я потом позвоню, посоветуюсь! – говорит мама и разворачивает новый фантик. И в машине сразу начинает пахнуть апельсиновым леденцом.

– А главное, Нин, это Полинка наша… Вот я все думала, она блаженная, а она знаешь чего выдумала? Митинг провела! Настоящий! У нас же тут нашли, кто собак травил…

И Баба Тоня начинает рассказывать всю историю. Прямо с того, как Димка с березы дворника увидел. (И еще напоминает, что Полина летом к Димке поедет!)

У них уже пробка кончилась, и они в новую встали, под мостом. А баба Тоня все говорит, говорит. Про то, как в управе пообещали собак отлавливать и в приют передавать. А еще бабушка хвастается, как Полину по телику показывали в новостях – на три секунды. Там даже было слышно, как она стихи про собаку читает – всего одну строчку. Но им всем очень понравилось.

– Да умница Полинка, что говорить, Нин. Столько денег насобирала, Стас сказал, там теперь какие-то вольеры строить можно. Он с девчонками со своими сегодня на конюшню покатил и Киру еще с собой взяли. Ну соседку нашу…

И баба Тоня рассказывает, как на собачьем митинге хозяйка Астры познакомилась с маминым Витечкой. И как они решили вместе к приютским собакам ездить. Если бы Полина до сих пор могла делать чудеса, то придумала бы, чтобы тетя Кира с этим Витечкой поженились. Они оба разведенные, им вдвоем интереснее будет.

– Полин, теть Нина передает, что ты молодчина!

– Скажи тете Нине, что она мне тоже теперь звонить может! – просит Полина. – У меня свой номер есть!

Это правда. Бабушка с дедом Полине мобильный телефон вчера подарили. Просто так. То есть – на Пасху. Хотя дедушка сказал, что на Первое мая. Ему этот праздник больше нравится. А Полине – и так и так хорошо. Она даже готова считать, что это подарок на день рождения, хотя до него еще две недели.

Мобильник розовый и с крышечкой. Он блестит, как нарядная пуговица. И на нем еще узор из цветов. Полине кажется, что телефон должен немного духами пахнуть. Он какой-то кукольный. Как для другой девочки, такой кружевной принцессной феи. А в остальном – очень хороший телефон.

Пусть по нему Полине кто угодно звонит. Она всем номер дала – Димке, родителям, деду с бабушкой, Стасу, Максу. Только Нельке не успела, но Макс сказал, что пойдет ее сегодня навещать и передаст номер. Пусть Нелища тоже Полине звонит. И ее ребеночек – когда вырастет. И теть Нина тоже пусть звонит. Она больше не противная, раз они с бабушкой только о хороших вещах говорят.

Полина перегибается через бабушкино плечо и называет наизусть номер – все свои собственные десять цифр. А потом телефон вынимает из кармана, проверяет – вдруг ей кто-нибудь уже позвонил? Но на экране только заставку видно: Полина с дедушкой и бабой Тоней у подъезда. Это Полина сама вчера снимала, когда бабушка из парикмахерской пришла. У нее на голове теперь такоооое!