Комната страха - Владимир Кузьмин

Погода испортилась еще накануне, но после столь трогательного, шумного и пышного прощания в театре мы этого даже и не заметили. Но утром выглянуть в окно стало невозможно, его сплошь затянуло ледяными узорами. Я по прошлогоднему опыту знала, что, когда вот так затягивает окна льдом, на улице никак не меньше тридцати пяти градусов по Реомюру[62].

Утро мы провели в столовой. Сначала завтракали, а после просто задушевно беседовали. Обо всем на свете. Начали со спектакля.

– Так весело было, – сказал дедушка Алексей. – Будь у меня усы приклеены, они бы тоже упали. Слезами смыло, до слез смеялся.

– Да уж, смеялся Алексей Тывгунаевич от души! – похвалила Мария Степановна. – Да и мы тоже. Вроде уже видели да, чем там дело завершится, знали. А все едино было весело.

– У меня жена такая же была. Поначалу, – вдруг сказал эвенк.

– Вот неожиданное признание! – воскликнула маменька. – Но вы сказали, она поначалу была строптивой, значит, со временем все изменилось? И как вам это удалось?

– Не как в театре. Начнет шуметь, я в тайгу ухожу. Долго брожу. Пока не соскучится. Догадалась, ласковее стала, чтобы чаще видеться.

– Даша, там снова послание принесли, – прервала наш разговор Пелагея, выходившая на стук в двери.

– От кого бы?

– А тут гадать не нужно. Полицейский принес.

Записка была очень короткой.

«Если не боитесь мороза, приезжайте к нам. Поделимся новостями. Петру Александровичу сообщил по телефону, он будет».

И снова без подписи, хотя здесь нужды гадать, кем написано, не было. Почерк Михаила я знала.

Выходить на мороз было неохота, отвыкла я все же от сибирских морозов, пусть уже испытала их в день приезда. Но любопытство заставило меня тут же одеться и отправиться в дом полиции.

Таким кабинет сыщиков я еще не видела. Мало того, что он был украшен еловыми и сосновыми ветками и гирляндами из разноцветной бумаги на них, так еще в центре был накрыт роскошный стол. Сервировано все отличным фарфором и хрусталем, приборы серебряные. Да и блюда на нем были явно изысканными и отлично украшенными.

– Сюрприз! – расплылся в улыбке Михаил, принимая мою шубку.

– Откуда такое богатство?

– Ну… Мы в основном самыми серьезными делами занимаемся. Но порой и дела попроще нам поручают, если они с важными персонами связаны. Вот раскрыли мы кражу в доме ресторатора Евсеева, того, что «Славянский базар» держит и несколько хороших трактиров. Тот в благодарность стал господина полицмейстера к себе в ресторан зазывать. А Сергей Николаевич возьми и скажи: «Ты бы, Поликарп, – они с ним давние приятели, оттого и на «ты» – сыщиков, что твое дело так быстро раскрыли и все тебе вернули, угостил!» Поликарп Петрович с таким мнением согласился, но в ресторан пойти у нас не получалось, пришлось отказаться, так он сюда велел все прислать. Не только угощение, но и посуду, и официантов, и стол со скатертью. Вот и пируем! Официанты за горячими блюдами отправились, так что нужно срочно приниматься за закуски.

– Ох, я только из-за стола.

– Я ведь тоже едва позавтракал, – сказал Петя.

– Ничего, по чуть-чуть отведайте, а там, как говорится…

– Аппетит во время еды приходит.

– Жаль, что от вина пришлось отказаться, – вздохнул Андрей Иванович. – Но нам и фруктовой воды достанет, не так ли? Вот этот балычок изумителен.

Михаил, не дожидаясь моего согласия, положил мне на тарелку немного янтарного осетринного балыка. Тот в самом деле оказался таков, что я тут же попросила еще кусочек.