Отпуск крокодила Гены - Эдуард Успенский

Гена зажмурился, разбежался и прыгнул в воду. Так с завязанными глазами он и попал в сеть, которую установил лысый Кудряш.

Зазвенели колокольчики, привязанные к сетке. Заходили волны от сильного Гениного хвоста.

— Ой, Чебурашка, здесь кто-то сеть установил. Я в нее попался. Кто бы это мог сделать?

— Я догадываюсь кто, — сказал Чебурашка. — Сейчас ты их увидишь. Они скоро прибегут.

Точно, из леса уже бежали Молчун, Папирус и Кудряш. Бежали с ведрами и котелками доставать добычу.

Гена спрятался под водой и долго не давал себя вытащить.

— Это, наверное, осетр, — сказал Папирус. Вон какая чешуя виднеется.

— Давно я осетрины не пробовал! — радовался Молчун.

— А крокодилятины вы не хотите? — вдруг заревел Гена, поднимаясь во весь рост из реки. Он так широко раскрыл пасть, что мог достать от берега до берега.

— Караул! — сказали в один голос туристы, повернулись и молча побежали к лесу.

А из леса навстречу Гене и Чебурашке прибежали четыре мальчика. Это были Иванов, Петров, Сидоров и маленький Мкртчян.

— Ой, крокодил Гена! — сказали они, не веря своим глазам.

— Ой, Чебурашка, — добавили они, узнав Чебурашку по ушам.

— А эти туристы такие плохие, — сказал маленький Мкртчян. — Они там кругом капканы расставили. В один капкан какая-то бабушка попалась. Она так ругается, вся роща завяла.

— Это старуха Шапокляк, — догадался Чебурашка. — Бежим к ней.

— Послушать? — спросил Иванов.

— Нет, выручать.

Мокрый Гена выбрался на берег и почти в горизонтальном положении помчался к лесу выручать Шапокляк. Чебурашка и ребята, разумеется, не успевали за ним.

А из рощи неслись страшные ругательства:

— Ах, вы, негодяи. Понаставили капканов! Человеку пройти негде! Вы только покажитесь! Принесите сюда свои гнусные мордарии! Да я вам ноги-то переломаю. Да я вам руки-то повыдергиваю! Да я вам хари-то начищу!

Туристы, понятно, не решались подойти к ней на таких условиях. Да и неожиданное появление Гены из реки вместо осетрины навело на них определенный ужас. Так что старуха Шапокляк бушевала в одиночестве.

Гена помог ей выбраться из капкана и спросил:

— Вам нужно воды?

— Мне нужен ручной пулемет! — ответила старуха.

— Зачем? — спросил подбежавший Чебурашка.

— Расстрелять этих негодяев.

— Они уже убежали, — сказал подобравшийся Мкртчян. — Они вместо вас ожидали зайчика. Они уже, наверное, пиво пьют в сельпо.

— Ничего, — ответила старуха. — Рано или поздно они вернутся сюда к своим палаткам и консервам. И я им тут устрою. Они еще увидят небо в алмазах. Эй, ты, зеленый, будешь мне помогать? — обратилась она к крокодилу Гене.

— Не знаю, я как-то, — ответил Гена.

— А ты, ушастый?

— Не знаю, я как-то, — ответил Чебурашка.

— Эх, вы! — закричала старуха Шапокляк. — Страшно далеки вы от народа. Ладно, без вас обойдусь.

В это время малыши Иванов, Петров, Сидоров и маленький Мкртчян окружили Гену и Чебурашку.

— Ой, расскажите, как вы живете?

— Ой, пойдем с нами купаться.

— Мы не можем, — сказал Гена. — Мы в Москву идем.

— В Москву пешком? — удивились мальчики.

— Ну да, — сказал Чебурашка.

— А почему?

— Вообще-то мы ехали на юг в отпуск, — ответил Гена. — Но у нас билеты в вагоне пропали и нас высадили.

— Но скоро уже вечер, — сказал маленький Мкртчян. — Оставайтесь у нас ночевать. А утром пойдете.

— У вас здесь есть гостиница? — удивился Гена.

— У нас здесь есть сеновал. Мы на нем часто спим.

— А что? — воскликнул Чебурашка. — Я ни разу в жизни не спал на сеновале.

— Ладно, — сказал Гена, — там мы и торт съедим.

— Ура! — закричали дети.

И весь день они купались с ребятами. Загорали. Гена катал мальчиков на спине по речке. Они прыгали в воду с тарзанки.

Когда на тарзанке висел крокодил Гена, держась за палку зубами, дерево стонало и скрипело. А Гена не умел вовремя разжать зубы и все время нырял не в воду, а на берег. Хорошо, что четыре брата успевали поймать его почти у самой земли.

Вот наступил вечер. Друзья взяли торт и пошли к сеновалу. Это был большой такой сарай с видом на звезды через дырки в крыше. Он был завален душистым сеном.

Иванов, Петров и Сидоров сбегали домой и принесли молока. А маленький Мкртчян приволок большой каравай черного хлеба.

Душистый вечер подступал со всех сторон. Они сели пировать.

— А мне жаль старуху Шапокляк, — сказал Чебурашка. — Она одна где-то там в лесу.

— Сам ты, балбес, один где-то там в лесу! — послышался голос из глубины сена. — А я здесь давно лежу в засаде. Уже целый час.

— А на кого у вас засада? — спросил Гена.

— Я еще не решила, — ответила старуха. — Мне и вы не нравитесь, и туристы не нравятся. Я пока не решила кто больше.

— Конечно, туристы, — объяснил ей Чебурашка. — Мы вам ничего плохого не сделали, а они вас в капкан поймали. Вы так кричали, на весь лес, как пьяный слон.

Чебурашка никогда не видел пьяного слона, но был уверен, что он кричит очень громко. А так как Чебурашка был из джунглей, все ему поверили. И посмотрели на Шапокляк с уважением и жалостью.

— Мы вас хотим тортом угостить, — сказал Гена.

— А ну-ка, покажите!

Она осмотрела торт и велела:

— Не кусать, не делить. Дождаться меня.

— А вы куда? — спросил Гена.

— А я к туристам, за чаем.

В руках у старухи оказался фонарик и она бесшумными шагами направилась в лес.

— А как вы речку переплывете? — спросил Чебурашка. — Туристы же ведь на той стороне.

— Эй, ты, зеленый, — приказала старуха, — за мной.

Гена решил не ссориться и вместе со старухой отправился к речке. Когда они в полной темноте подошли к берегу, она сказала:

— Сейчас ты перевезешь меня и начнешь дергать сеть, чтобы колокольчики зазвенели и они сюда примчались.

— А они, что, снова поставили сеть?

— Да. Я сама видела.