Волшебство из чайной лавки - Одри Альветт

Чарли поднял голову. Эта была девочка с щербинкой между зубами. Говорят, что такие зубы приносят удачу, но Чарли они доставляли пока одни неприятности. Видимо, по вечерам девочка на время переставала обдуривать доверчивых граждан ради более благородного занятия. И тем не менее она выглядела недостаточно взрослой, чтобы обслуживать посетителей, и Чарли решил, что она, наверное, дочь хозяйки баржи.

–Я из-за тебя вляпался в неприятности,– сказал он спокойно.

–Да неужели? Бедный пупсик!– Она ткнула в него пальцем и в приказном тоне сказала:– Возместишь мне ущерб – или пеняй на себя. Поговорим в конце моей смены!

–Клёпа! Я плачу тебе не за то, чтобы ты с клиентами лясы точила!– крикнула ей Марьяна.

Девочка тут же подхватила поднос и убежала, а Мангустина приподняла одну бровь, требуя разъяснений.

–Это из-за неё я столкнулся с патрульными…– сказал Чарли и достал из своей шапки-выручалки потрёпанную книгу.– Зато благодаря ей я нашёл кое-что интересное. Смотри! Кавалерственная дама Чик-чирик была волшебницей!

–Подожди, ты что, не знал?– удивилась Мангустина.– А ты думал, почему я учусь в этой школе? Сто лет назад она стала первой аллегорией в истории магии.

–Могла бы мне сказать!– буркнул Чарли.

–Извини. Постоянно забываю, насколько ты невежественный.

–Да ладно тебе, я уже много чего знаю…– И он отправил в рот картофельную дольку. Как только он начал её жевать, стул под ним затрясся и Чарли удивлённо рассмеялся:– Это гениально!

Мангустина улыбнулась:

–«Если есть картошка фри – не страшен даже конец света!» Вот такой девиз твоя бабушка придумала для апокартофеля фри.

–Она изобрела апокартофель?! Вот здорово!– И Чарли собрался отправить в рот сразу две дольки картошки, решив, что это не должно нанести мебели особого вреда.

Но Мангустина ущипнула его за руку:

–Невежливо трясти людей вокруг себя!

–Если бы здесь была Джун, она была бы только за!

Услышав это имя, Мангустина помрачнела:

–Нам обязательно про неё говорить? Она и так уже везде суёт свой нос!

–Она просто немного неуклюжая. К тому же ты ей нравишься.

–Да ладно?– удивилась Мангустина. Но, не найдя что ещё сказать, замолчала. Было очевидно, что она не привыкла нравиться людям, и сама мысль об этом настолько её потрясла, что она была готова изменить своё мнение о Джун.– Ну хорошо, но… она же постоянно вытворяет всякие глупости,– пробурчала она по инерции.– Хотя у неё нет причин так себя вести! Ну, в смысле у её родителей ведь самая крупная фабрика в городе по производству миндального печенья, а она, вместо того чтобы это ценить…

–О, поверь, она знает этому цену, и ещё как…– с улыбкой сказал Чарли.– Она пользуется своим положением, чтобы хулиганить. Один раз, когда на фабрике замешивали миндально-дынное тесто, она, чтобы саботировать целую партию печенья, вылила в ёмкость с тестом острый соус.

–Правда?– удивилась Мангустина.– И что потом?

–Её родители получили приз за оригинальный рецепт, после чего заказали известному иллюстратору портрет Джун и теперь выпускают печенье с новым вкусом и фасуют его в коробки с её портретом и именем. А богатые англичанки скупают это печенье, восхищаются, говоря, что оно «wonderful», и мечтают встретиться с Джун лично.

–О… даже так. Бедняжка,– сказала Мангустина с сочувствием.

Чарли на минутку оставил апокартофель и взялся за шипунью. На вкус она была как обычный лимонад, правда очень вкусный. А оригинальность её заключалась в том, что пузырьки в ней были крупные и золотые. Чарли хорошенько распробовал напиток, а потом решился задать Мангустине вопрос, который мучил его весь день:

–Я всё хотел спросить… Вокруг все постоянно твердят про Святые Ро…

–ЛОВИТЕ ЭТО МЕРЗКОЕ ЖИВОТНОЕ! ОНО СТАЩИЛО МОЮ ЧЕРЕПАШКУ С СЮРПРИЗОМ!

Чарли резко обернулся и увидел то, чего опасался: Бандит галопом мчался к нему, держа в зубах булочку в форме черепашки, с которой капала сырная начинка. Он в три прыжка оказался у их столика и, заметив шапку-выручалку, ловко в неё нырнул.

–Бандит!– крикнул Чарли.– Поверить не могу!

–На твоём месте я бы сейчас переживала не за него,– прошептала Мангустина.

Чарли проследил за её взглядом: прямо у него за спиной стояли Тибальд и его шайка.

–Мы из твоего кота чучело сделаем!– сказал здоровяк, которого звали Торус.

Чарли заметил у него на руке татуировку: это был ворон, и он щёлкал клювом, как настоящий.

–Э-э… из-за какой-то булочки? Мне кажется, это слишком,– возразил Чарли.– Вы не переживайте, я возмещу ущерб.

–Нет уж, спасибо,– вмешался Тибальд.– Не надо нам ничего «возмещать», мы и сами можем взять что захотим.– И, схватив со стола бокал Чарли с недопитой шипуньей, он вылил остатки ему на костюм.

Пузырьки полопались, и на одежде Чарли образовались золотые пятна.

–Ладно, слушайте…– начал было Чарли.

–Нет, это ты слушай, деревенщина!– Торус сказал это так, словно влепил Чарли пощёчину.– Будешь делать, что тебе говорят, и точка.– Деньги нам твои не нужны, мы в сто раз богаче тебя. Расплатишься натурой. Вот это будет забавное зрелище.

Чарли был против насилия – не важно, было ли оно направлено против него самого или против кого-то ещё. Он резко встал и расправил широкие плечи. Как он и ожидал, это напугало нападающих и они немного отступили. Но продлилось их замешательство недолго, и троица снова взялась за своё.

–Да этот клоун решил нас запугать!– оскорблённо взвизгнула Маруза.

–А должен смешить!– подыграл ей Тибальд.– У-у-у… Так он вообще ничего не понял, давайте-ка ему поможем!– И он начертил в воздухе руну. Так быстро, что Чарли даже не успел разглядеть, что это было.

«Это уже не смешно»,– хотел сказать он. Но на деле вышла какая-то мешанина: что-то вроде «Эшва-ушэ-шше-шуэ-шуо», потому что, когда у тебя полный рот конфетти, артикулировать чётко не получается. Вместе с толпой шуршащих звуков у Чарли изо рта посыпалось конфетти.

–Ф-ФТУЭ?!– удивлённо промычал он, выплёвывая разноцветные кружочки.

Боковым зрением он заметил Мангустину: она была вся как на иголках, не зная, чем ему помочь, и замерла в нерешительности. Она посмотрела на свой кулон, и на лице у неё отразилось беспокойство: магии у неё осталось очень мало.

–Ну вот, это другое дело!– воскликнул Тибальд.– Теперь наш клоун соответствует своему званию.

–Вот умора, ну ты и молодец, Тибальд!– восхитилась Маруза. Она вооружилась красивой резной тростью в виде тонкого ствола дерева, оплетённого плющом, с орлом на набалдашнике и стала лупить ею Чарли по ногам.– Давай танцуй, клоун! И заодно спой нам что-нибудь! А ну-ка! Раз-два, раз-два-три!