Тайна дерева-храма - Джей Джей Барридж

Армейский грузовик, виляя между деревьями, выехал на поляну и затормозил возле инкубатора. Бишоп выскочил из кабины и, подбежав к заднему борту грузовика, откинул перед доктором брезентовую дверь. Тот ловко спрыгнул на землю. А вот Эш подвернул ногу и упал.

— Хватайте свои вещи — через пять минут сматываемся! — рявкнул доктор и вдруг замер, прислушиваясь.

— А что делать с яйцами? — спросил Эш.

— Тсссссс! — Доктор приложил палец к губам, приказывая замолчать. — Verdammt!^[13] — яростно воскликнул он. — Генераторы молчат — нагреватели выключены! — Он вбежал в инкубатор, бормоча немецкие ругательства.

Бишоп огляделся по сторонам:

— Все тихо, фермеры ушли. Как там наш босс?

Эш покачал головой:

— Плохо — он без сознания. — Он показал жестом на задний борт. — Док говорит, что у него есть какое-то средство, которое поможет боссу поправиться и сделает в десять раз здоровее прежнего.

Они заглянули в дверь инкубатора. Доктор рыдал, прислонившись к столбу. На некоторых яйцах были трещины; птенцы начинали выбираться из них, но не смогли закончить это нелегкое дело. Из одного яйца торчала крошечная лапа — она так и застыла на холодной скорлупе.

— Все пропало! Все рухнуло! — воскликнул он. — Больше нам здесь делать нечего. Надо уезжать.

— Нет, кое-что осталось, — возразил Бишоп.

Через несколько минут они втроем подняли большой деревянный ящик, где когда-то лежали яйца, и поставили его в кузов рядом с Хейтером, который так и лежал на днище грузовика в луже собственной крови.

— Виконт будет необычайно счастлив, когда получит этот драгоценный череп титанозавра, — сказал доктор, залезая в кузов, чтобы заняться Хейтером.

— Надеюсь, он наградит нас за наши старания, — вставил Эш, присоединяясь к ним.

Мотор затарахтел, и машина рывком тронулась с места.

— Док, вы точно сумеете залатать босса? — спросил Эш. — Он совсем плох.

Доктор снисходительно улыбнулся, достал пузырек с жидкостью, добытой из желез титанозавра, и наполнил большой шприц и, выпустив пузырьки воздуха, вонзил иглу в истерзанное плечо Хейтера.

— Доверьтесь мне, — пробормотал он, — я доктор.

* * *

Еще никогда в жизни Би так не злилась, как сейчас.

— Как это Хейтера нет в больнице?! — воскликнула она, сверкнув глазами.

— Он так и не прибыл туда, — сообщил ей Теодор, скрестив руки на груди.

— А тот ужасный доктор и остальные? — спросил Картер.

Теодор покачал головой:

— Исчезли все.

— Как исчезли?! — в один голос воскликнули Би и Картер.

— Ламберт сказал, что шофера из мэрии оглушили и выкинули из машины, — объяснил Теодор. — Его нашли на дороге.

— Эта крыса Хейтер — как он все время ускользает от нас?! — разозлилась Би. — Надо их догнать — они не могли уехать далеко, а Хейтер ранен. Кто-нибудь должен был их увидеть! — Она уже хотела вскочить на Фиалку, но Теодор схватил ее за руку.

— Не в этот раз, Би, — предостерег он. — Пускай уезжают.

— Что ты говоришь?! — ахнула Би. — Теодор, мы не должны упустить Хейтера — потом мы уже его не поймаем!

Теодор вздохнул — он разделял ее гнев.

— Би, помнишь, что сказал мне стегоколдун, когда приехал со всеми заврами на похороны Банти? — спокойно спросил он. — Он сказал, что нашим дорогам — моей и Хейтера, этого негодяя, — суждено снова пересечься.

— Но они только что пересеклись, Теодор! — воскликнула Би. — А ты позволяешь ему уйти! Он убил бабушку, не забывай об этом! — Ее гнев достиг точки кипения. Почему Теодор так легкомысленно предает Банти?!

Теодор положил ладонь на ключ-камень, вставленный в рукоять ножа.

— Я уже не уверен, что это так, — сказал он, тщательно подбирая слова. — Если честно, я не уверен, что мы знаем правду.

— Как это? Что ты имеешь в виду? — испуганно спросил Картер.

— Огонь, убивший Банти, — твердо заявил Теодор.

— Но ведь Хейтер запер ее в подвале, — сказала Би. — Он дал возможность огню убить ее. Теодор, ты ведь сам знаешь, что это сделал он!

Теодор покачал головой:

— Мы знаем только то, что Банти, эта милосердная, добрая женщина, вошла в горящий дом, чтобы выпустить Хейтера из подвала. — Теодор помолчал, размышляя. — Но запереть ее там мог кто-то другой.

— Что ты говоришь?! — закричала Би. — Ты сошел с ума?! ЭТО СДЕЛАЛ ХЕЙТЕР!

Теодор еще решительнее покачал головой:

— Я ненавижу этого ужасного коротышку не меньше, чем ты. Он делал немыслимые вещи и потом хвастался этим. Так зачем ему было отрицать, что он убил ее: я же был в его власти, связанный по рукам и беззащитный? — Теодор помолчал, давая ребятам время осмыслить его слова. — Зачем ему надо было лгать? Притворяться, что он не убивал ее?

Прежде чем Би успела снова возразить ему, Теодор продолжил:

— Хейтер связал меня точно так же, как я связал его тогда в Кении, и посадил в тот самый подвал, где погибла Банти. Но вместо того чтобы сказать мне что-то страшное, что могло причинить боль — например, рассказать, как он заманил Банти и втолкнул в подвал, из которого она освободила его, или рассказать о той минуте, когда он повернул ключ в замке, решив ее участь, — он отрицал это. Решительно и непреклонно.

— Тео, он задурил тебе мозги, — заявила Би.

— Возможно, — ответил Теодор, — но я не хочу, чтобы на моих руках была кровь невинного человека, даже если это Кристиан Хейтер.

Би топнула ногой, совсем как когда-то ее бабушка:

— Возьми себя в руки, Тео!

— Но если в гибели бабушки виноват не Хейтер — тогда кто? — спросил Картер.

— Он сказал, что был тогда в доме не один, — ответил Теодор.

— А кто еще был в доме? — спросила Би и сама ответила: — Больше никого не было!

— Ламберт был, — тихо сказал Картер.

Теодор и Би повернулись к нему.

— Нет, Картер, Ламберт был на улице. Он вбежал в дом и вытащил меня, — сказал Теодор.

Картер печально покачал головой:

— До этого он был в доме.