Несси, или Тайна черной пирамиды - Заира Дреева

Девочка кивнула.

— Правда, пришлось пострадать ради такого дела, — поделился секретом попугай, — и выдрать из хвоста пару голубых перышек. Но что поделаешь — искусство требует жертв… А какие были перышки! — Он мечтательно закатил глаза и, казалось, забыл о присутствии девочки.

— Постойте! — напомнила о себе Несси. — Вы когда про безмозглых говорили, кого имели в виду? Этих желтых обезьян, которые бьют друг друга дубинами?

— Разумеется, — ответил попугай, настораживаясь.

— А вы знаете, где они живут? — с надеждой спросила девочка.

— Может, и знаю, а тебе зачем? — вновь проникся подозрениями сэр Хьюго. — Ты же не собиралась быть священной птицей!

— Я и не собираюсь, поверьте! Только скажите, где их искать, — умоляюще попросила Несси.

— Ни-ког-да! — отрезал попугай и отвернулся от своей собеседницы. Девочка тихо заплакала. Сэр Хыого потоптался на месте. Потом неловко подобрался к размазывающей по щекам слезы Несси и тоже всхлипнул:

— Не переношу, когда детки плачут! — пробубнил он сквозь быстро набегающие слезы. — Бедные крошки! Хотят быть священными птицами! Не знают они суровой действительности! — И попугай заплакал навзрыд.

Несси так изумилась, что ее глаза сами высохли. Она в недоумении смотрела на рыдающего по непонятной причине сэра Хьюго. Попугай между тем выплакался, громко высморкался и деловито спросил у девочки:

— Так зачем тебе желтые?

— Они взяли в плен моих друзей! — быстро ответила Несси. — Я следила за ними, а потом потеряла из виду.

— Я могу отвести тебя в их деревню. Но, чур! Обещай мне… — попугай замялся. — Обещай вознаградить меня двумя перьями из твоего хвоста.

— У меня нет никакого хвоста — обиделась девочка.

— Ах, да! Хвост — это у меня, — спохватился попугай. — Я имел в виду из твоих крыльев.

— Да хоть три! — обрадовалась Несси. А про себя подумала: «Надо же как всем вокруг нужны мои перья».

— Тогда вперед! — скомандовал сэр Хьюго и взмыл в воздух. Далеко лететь не пришлось. Вскоре сквозь немного поредевшие кроны деревьев показалось мрачное поселение, обнесенное стеной из огромных каменных глыб. В его центре возвышался каменный истукан, по виду такой же, как тот, на которого наткнулся маленький отряд в чаще, но гораздо больше. Величиной он был почти вровень с макушками деревьев. Вокруг истукана там и сям громоздились сложенные из таких же неотесанных глыб жилища желтых. Укрывшись с сэром Хьюго в ветвях кокосового дерева, Несси принялась высматривать своих друзей. Но пленников нигде не было!

Она с укором посмотрела на попугая.

— Наверное, это не та деревня! — горестно предположила девочка.

Сэр Хьюго пожал плечами.

— Но именно здесь я работаю, — ответил он.

Неожиданно внизу послышался рев, на этот раз не свирепый, а радостный. Из каменных домов повысыпали их косматые хозяева. Ответный рев донесся из леса. И вскоре у каменной стены показались воины, которые только сейчас добрались до своего поселения. Сердце девочки подпрыгнуло от радости, когда она увидела своих друзей. Лиса, который все еще был опутан сетью, крепко держали четыре обезьяны. Хансен по-прежнему безжизненно полулежал на коне, а рыцарь уже пришел в чувство после мощного удара дубиной и бросал на желтых уничтожающие взгляды.

— О, сегодня они с добычей, — затараторил сэр Хьюго, — значит, вечером будет добрый пир. И мне, само собой, достанется самый лакомый кусочек!

Несси в ужасе взглянула на попугая:

— Вы думаете, желтые их съедят?

— Безусловно. Э-э… То есть, я хотел сказать, вряд ли. Съесть побоятся, потому что их пленники не похожи на животных.

— Так значит, эти желтые не людоеды, — облегченно вздохнула Несси.

— О нет. Этого еще не хватало! Я бы не стал работать священной птицей у людоедов. Они, конечно, народ дикий, необразованный. И, прямо скажем, невежественный. Живут, ориентировочно, где-то в каменном веке. Говорить не умеют. Письменности у них нет. Но все священное почитают очень исправно и друг друга не едят, а только бьют.

— И на том спасибо, — немного успокоилась Несси. — Понимаете, эти пленники — и есть мои друзья.

— Ну да! — обрадованно завопил попугай. — Вот это сюрприз!

Несси неодобрительно посмотрела на сэра Хьюго. Тот, по-видимому осознав, что радоваться тут нечему, примолк и уставился в бинокль. А внизу продолжалась торжественная встреча косматых воинов, вернувшихся с добычей. Навстречу им вышел желтый дикарь, еще более огромный, чем остальные, и все поклонились ему. Затем уже вместе с ним желтые поклонились своему каменному идолу.

— Ну-с, а теперь мой выход, — важно произнес попугай, словно он был актером театра под открытым небом.

И он перелетел на макушку идола. Там он опять заломил за спину крыло и встал в уже известную Агнессе позу. Грозно скосив правый глаз, Хьюго Баткинс посмотрел на желтых. Те сразу же дружно пали ниц.

— Кря! — кашлянул попугай. — То есть ка-р-р! Тьфу ты! Что это со мной сегодня. Ар-р-р-ка! — гаркнул наконец он в полный голос.

Желтые воздели свои шестипалые руки к небу и снова уткнулись в землю.

— То-то! — удовлетворенно произнес сэр Хьюго и вдруг совершенно неожиданно для Несси заголосил: — Эй, вы! Как вас там?! Пленники! Я постараюсь помочь вам! Но только если это будет не очень опасно!

Водолей с Лисом изумленно уставились на говорящую желтую птицу в треуголке. А сэр Хьюго, довольный произведенным впечатлением, добавил:

— Не беспокойтесь, девочка со мной! Я о ней позабочусь!

Спутники Несси озадаченно переглянулись, и лицо кентавра озарила улыбка. Он обрадовался, получив известия о своей подопечной. Водолей тоже приободрился, правда, как догадалась Несси, особых надежд на обещания суетливой желтой птицы он не возлагал.

А попугай тем временем вернулся на ветку под благоговейный рев дикарей.

— Ну что же вы, сэр Хьюго, — с упреком сказала Несси. — Вы же меня выдали. Эти желтые все слышали и будут знать, что я где-то неподалеку.

— Ничего подобного, — возмутился попугай, — они не поняли ни единого слова. Я ведь вам доложил, они не умеют разговаривать. Бывало, я от души ругал их, стоя на их каменном болване, а они только благодарно мычали в ответ. Я же объяснял, мадам, — дикие люди…

Девочка вполуха слушала Хьюго и наблюдала за тем, как желтые поднялись с четверенек и запихали пленников в одно из каменных строений. Обезьяны завалили вход каменной глыбой и для надежности подперли ее тяжелым бревном.

— Ну вот, дорогуша! — сказал попугай, поудобнее устраиваясь на ветке, будто после тяжелой работы. — Теперь нам с вами, мадам, ничего не остается, как коротать время за светской беседой. До наступления темноты все равно ничего не предпринять.